Белоснежные волосы Фейт свободно спускались по ее спине. Она несколько раз оглянулась, чтобы убедиться, что бабушка и я следуем за ней. Ее бледная кожа светилась в тусклом свете холла, и стройная фигура выглядела так, словно, она очень мало ест.

Мы поднялись по изогнутой лестнице на этаж с широкими перилами из красного дерева. С каждой стороны лестничной площадки высокие арки вели к двум длинным коридорам. Наши шаги отдавались эхом о каменные стены. Странный запах пряных трав наполнял воздух, напоминая мне о том, как Афтон использовала благовония в своей комнате.

Я наклонилась к бабушке, когда мы повернули направо.

— Ты флиртовала с Мерлом. Он слишком молод для тебя.

— Чепуха, — отмахнулась она. — Ему сто два года, что по меркам чародея составляет около сорока восьми. По крайней мере, так пишут в газете Мистиков.

Я остановилась. Газета Мистиков? Понимая, что отстала, я побежала за ними.

— Так что, если бы он был человеком, то ты была бы старше его на пятнадцать лет. Ты бы выглядела как любительница молодых парней.

Она рассмеялась.

— Я никогда не встречаюсь с мужчинами своего возраста. Они слишком… старые.

Ладно. Отличный разговор. Довольно. Старики и флирт. Это неправильно.

Я решила рассмотреть произведения искусства, в надежде забыть о теме любви в жизни бабушки. Кроме огромных картин и оружия, висящих на стенах, мое внимание так же привлекли изящные хрустальные люстры, освещающие залы. На каждом шагу попадались коридоры и лестницы. Мы прошли еще несколько поворотов прежде, чем остановиться у двери, чуть меньшей, чем в фойе.

— Это ваша комната, — сказала Фейт, глядя на меня. Она отперла дверь, а затем распахнула ее. Ее голова повернулась к бабушке. — Ваша находиться рядом, но вы можете пройти в нее через эту комнату с нами, — она улыбнулась, обнажая зубы. Я клянусь, что слышала музыку из фильмов ужасов, заходя туда.

Она протянула мне ключ. Я замешкалась прежде, чем взять его из ее костлявых пальцев.

— Эм, спасибо. Я уверена, мы найдем все, что нам нужно.

— Они не рассказали обо мне, не так ли?

— Э… эм… что рассказали? — заикаясь, спросила я.

— Всегда есть, что рассказать, — произнесла она. — Мисс Кернс, прошу, заходите.

Я повернула голову к бабушке, и та беззвучно произнесла: «Нет»!

Бабушка только улыбнулась и пошла прямо в логово льва, а я была настолько глупа, что последовала за ней. Проходя мимо Фейт, я практически задержала дыхание. От нее пахло гнилью.

В комнате было словно в отеле люкс, за исключением средневекового интерьера.

Я бросила свой рюкзак на пол.

— Здесь что нет телевизора?

— Телевизор в комнате отдыха в подвале, а так же бар, — сказала Фейт. — Он всегда открыт, если захотите туда сходить…

— Нет. Не стоит, — я ни за что не пойду никуда здесь одна.

Медленно ступая, я пересекла комнату и заглянула в ванну. Рядом находилась дверь, ведущая в другую комнату.

Фейт толкнула дверь спальни, и она закрылась за ней. После она подошла к кровати и села на покрывало.

— Я понимаю, что вы не встречались с моим видом раньше, — она скрестила ненормально длинные ноги и положила хрупкие руки на костлявые колени. Ее грудная клетка была необычайно широкой, с полным отсутствием груди. Она напоминала мне борзую. — Вы, должно быть, испугались меня.

— Почему я должна была испугаться? — с волнением спросила я.

— Кроме того, что я работаю в отделе безопасности Мерла, я так же Ланиар, — сказала она. — На самом деле в ваших легендах наш вид называют вампирами. Из-за них… — она открыла рот, и прикоснулась языком к одному из длинных клыков, — некоторые легенды о вампирах произошли от Ланиаров с тех времен, когда мы открыто жили с людьми. Некоторые считали нас оборотнями.

— Да. Я понимаю. Ты словно нечто среднее между ними, — ее клыки выглядели так, словно, могли проколоть шину. — Вы пьете кровь нашего вида, или что? — опасаясь того, что она, возможно, захочет перекусить, я изобразила черепаху, вжимая свою шею в плечи.

Бабушка косо посмотрела на Фейт.

— Если ты не в курсе, я должна тебя предупредить. Я — Беспорочная ведьма, потомок магии Инкантора. Ты знаешь об этом даре?

— У них способность испепелять внутренности человека, сжигать невинную душу изнутри, не так ли?

— Правильно. Это моя внучка, и я сожгу тебя, если ты прикоснешься к ней.

— Или высосешь мою кровь, — добавила я.

Фейт фыркнула.

— Вопреки распространенному мнению, люди вовсе не так хороши на вкус. Они горько-соленые. К счастью для вас, я здесь для вашей безопасности. Я обещаю не съесть вас во время выполнения своих обязанностей.

— Ох, отлично.

— Вы могли бы об этом предупредить Германа. Он в Аквалиане, — я заметила намек на передразнивание в ее голосе. — Он вроде подозрительный.

Мне понравилась она, но ей необходимо было побрызгаться духами.

— Ну, если ты остановилась здесь, то могла бы принять ванную в этой комнате. Мы не будем против.

Фейт улыбнулась.

— Это было бы весело. Не помню, когда принимала ее в последний раз…

— Не помнишь?

— Никто никогда не говорил мне, как часто я должна принимать ванну. Меня вернули клану после того, как моих родителей убили. — Фейт принюхалась к своим подмышкам. — О, действительно все довольно плохо.

— Ты имеешь в виду, когда переродилась, став Ланиаром?

— Неужели вы думаете, что все происходит именно так? — рассмеялась она. — Я повторюсь, мы не вампиры или оборотни и тем более не гончие.

— Мне жаль, — сказала я.

— Не нужно сожалений. Я едва помню свою семью. Мне нравилось жить с кланом. Там я познакомилась с Рикардо.

— О, он твой парень?

— Был им, пока не закрутил роман. Я тяжело переносила это, чувствовала себя опустошенной и бросила клан. Вот тогда меня и нашел Мерл.

— В дни моей юности у меня был такой же Рикардо. Это был прекрасный мимолетный роман, — бабушка подошла и обняла Фейт.

О, Боже. Не сейчас. Никто не должен когда-либо услышать о романах бабушки, ни о прошлых, ни о настоящих, ни о будущих.

— Давай, дорогая, мы поможем тебе принять ванну. Девушка должна принимать ванну или душ каждый день, — бабушка любила подбирать бродяг, даже если те имели клыки.

— Или, если ты похожа на меня и много тренируешься, то можешь принимать его два раза в день, — добавила я, следуя за ними. Я схватила небольшой нож с подноса для сыра и фруктов с журнального столика, когда проходила мимо него, а затем затолкала его в задний карман. Кто знает, что может скрываться в коридорах… или даже стенах…

Уговорить Фейт выйти из ванной напоминало попытки вытащить Афтон из торгового центра. Солнце поднималось на горизонте, и, по-видимому, Ланиары сгорали на солнце, так как их кожа была тонкая, словно бумага, и кровь могла испариться от сильной жары. Я начала подозревать, что Ланиары и были вампирами, но просто не хотели клейма, которое шлейфом струилось за ним. Я понимала это. Не люблю, когда меня называли пацанкой.

После ванны, и, невзирая на мои протесты, бабушка настояла на том, чтобы Фейт осталась на диване в гостиной, а не в холле. Не то, чтобы мне она казалась плохой, но не хотела, чтобы у нее вдруг появилось желание поесть соленой пищи. Фейт опустилась на подушку и листала один из многочисленных журналов бабушки.

Я провела пальцем по золотистым причудливым узорам на одеяле и посмотрела на штору, ограждающую кровать, пытаясь заснуть. Я больше не могла бороться со сном. Мои глаза болели. Во всяком случае, если Фейт хотела нас съесть, у нее было достаточно времени, чтобы полакомиться двумя блюдами и счастливо убежать, переваривая нас. Ко всему прочему я успокаивала себя тем, что Мерл заверил нас, что Фейт не съест мое лицо.

— Джиа, ты еще не спишь?

— Нет.

— Мы не вампиры.

Какого черта? Она может читать мысли?

— На всякий случай я хотела бы уточнить, если тебе все еще интересно. Вампиры мертвые. Мы живые. Я теплая. Подойди, прикоснись ко мне, если не веришь.

Я решила, что, если не потрогаю ее, это будет продолжаться вечно. Я выскользнула из постели, подошла к ней и положила руку ей на плечо.

— Ты теплая. Черт, на самом деле. — Отлично, возможно, она говорит правду. Я бросилась обратно в постель, закрыла шторы и натянула одеяло по шею. — Спокойной ночи… эм… утра. Без разницы.

— Спи крепко, — сказала она. — О, и спасибо за то, что честна со мной, и за ванну, и за то, что позволила остаться мне на диване, пока я охраняю вас. Это намного лучше, чем стоять в коридоре.

— Без проблем, — я засунула руку под подушку, чтобы убедиться в том, что нож для сыра все еще там.

— Еще одна информация о Ланиарах, мы отлично умеем защищать. Наш слух лучше, чем у собаки.

— Это полезно знать, — сказала я, зевая, и закрыла глаза, погружаясь в сон.

Видение вспыхнуло перед опущенными веками. Я в длинном коридоре, обрамленном горящими факелами. Страх скрутил мне живот, и в голове роились разбросанные мысли.

Я не могу провалиться, иначе тысячи людей умрут. Великие бури. Смерть. Многие, многие уже погибли. Я почти у цели. Где она?

Мои шаги отдавались стуком на чем-то металлическом, покрытом соломой. Ловушка. Вздох сорвался с губ. Я достигла конца коридора и повернула ручку единственной двери.

Заперто? Она не должна быть заперта.

Пронзительный грохот эхом разлетелся по коридору. Я повернулась к тому, что приближалось ко мне. Отражение мелькнуло на темном окне рядом со мной. Я ожидала увидеть себя, но вместо этого там была красивая молодая девушка с длинными светлыми волосами. Она напоминала мне сказочную принцессу в своем красно-золотом платье эпохи Возрождения, которое достигало пола, за исключением меча в ее дрожащей руке.

Тень, двигающаяся по коридору, приближалась. Я ахнула, или точнее это сделала принцесса. Меч затрясся в ее руке, когда она обнажила его. Пол затрещал, словно кто-то очень тяжелый ступал по нему.

Существо вышло на свет. Его лицо с львиными чертами, свирепыми глазами, плоским носом, расколотой верхней губой, зубами с клыкам, и все это обрамляла грязно-рыжая грива, которой он смахнул свечи, свисающие с потолка, предстало передо мной. Но было и нечто иное в этом существе, нечто человеческое.