Принималась зоря. Несколько минут молодые люди ехали молча, вдруг девушка натянула поводья. Подъехав ближе к Шуази, Лилианна осторожно, что бы не потревожить спящего на руках сына, перегнувшись через седло поцеловала Себастьяна в щеку.

– Спасибо тебе.

– За что? – удивился Себастьян этому нежному, почти робкому поцелую.

– За то, что уберег меня в тот день от беды. Знаешь, я была абсолютно уверена, что ношу ребенка Тробриана и ни за что бы не посмела поехать с тобой. Но и жить так как жила раньше, уже не смогла бы.

Остальную часть пути проехали в молчании. Каждый раздумывал над тем, о чем узнал. Себастьян привез девушку к небольшой деревне Ватерлоо, где была расположена главная квартира Веллингтона. Не смотря на ранний час всюду сновали военные. Бегали адъютанты с депешами, спешили куда-то верховые. Лилианна обратила внимание на большую группу офицеров в дорогих мундирах.

– Веллингтон, – махнул в их сторону один из солдат, заметив любопытный взгляд девушки.

Герцог Веллингтон стоял в окружении свиты под большим вязом, росшим на пересечении брюссельской дороги и переулка Оэн. Несмотря на раннее утро, он что-то громко говорил адъютанту. Лилианна была много наслышана об этом великом полководце и подъехала чуть ближе, что бы его рассмотреть. Почувствовав ее взгляд, генерал обернулся и несколько долгих минут он внимательно смотрел на одинокую всадницу, а потом что-то передав одному из офицеров, стремительно направился в соседний дом. Лилианна заканчивала кормить Леонарда густой солдатской кашей, когда подошел озабоченный Себастьян.

– Нас двоих вызывает к себе генерал Велингтон. Оставь малыша, о нем позаботятся. Пойдем.

Большой деревянный дом был полон народу, однако в комнате, в которую привез их офицер, кроме генерала никого не было. Почему-то Лилианна считала, что фельдмаршал должен быть значительно старше, однако герцогу вряд ли было больше сорока пяти. Не сильно высокий, худощавый, темноволосый, он был без сомнения привлекательным мужчиной.

– Позвольте представить вам мою спутницу, милорд, баронессу фон Штамберг, – поклонился Шуази, – и мою жену.

Видимо на лице Лилианны было написано такое удивление, что густые брови Велингтона поползли вверх.

– Баронесса является вашей женой, маркиз?

– Еще нет. Но я очень хочу как можно быстрее исправить эту оплошность.

– А саму баронессу вы поставили в известность относительно ваших планов? – усмехнулся герцог.

– Нет. Я уже спрашивал ее однажды и ни к чему хорошему это не привело.

Несколько минут фельдмаршал в недоумении переводил взгляд от маркиза к его спутнице.

– Ответьте мне, сударыня, вы-то хотите этого брака? – наконец прямо спросил девушку герцог.

– Да, – охрипшим голосом ответила Лилианна.

– Хорошо. Маркиз оставьте нас.

– Но…

– Это приказ. Я хочу побеседовать с вашей дамой наедине.

– Шуази человек сдержанный, я впервые вижу его таким импульсивным и горячим, – покачал головой Веллингтон, как только за Себастьяном закрылась дверь. – Вы уверены, что хотите этого брака?

– Больше всего на свете я хочу именно этого! – с жаром ответила Лилианна.

– А барон фон Штамберг?

– Я вдова. Уже более полугода.

– Соболезную. Вы молоды, а уже дважды успели овдоветь!

Услышав последнюю фразу герцога, девушка побледнела. Похоже, он знал куда больше, чем следовало. Возможно, это ловушка и ее обвинят в сговоре с французами?

– Чего вы так испугались леди Лилианна? Уверяю вас, бояться вам нечего.

– Откуда вы знаете мое имя? Разве мы знакомы?

– Знакомы, хотя вряд ли вы меня помните. Много лет назад я присутствовал в церкви на вашей свадьбе с доном Сальваро.

– Так вы видели, что произошло?

– Видел.

– Вы осуждаете меня?

– Ну что вы! Ваша юность, испуг, отчаяние, слезы все это тронуло меня до глубины души.

– Благодарю вас, – смутилась Лилианна, – неужели вы запомнили меня с тех пор?

– Не совсем. Я видел ваш парадный портрет в Мадриде.

– Вы были в моем доме? – удивилась Лилианна.

– Признаюсь, да. Ваше имя всегда привлекало мое внимание, а неправдоподобные слухи только подогревали его. В те дни, когда английская армия захватила Мадрид, я посетил ваш особняк. Простите донна Лилианна, не смог отказать себе в удовольствии.

– Сомнительное удовольствие. Дом разграблен.

– Не скажите. Ваш портрет написанный рукою мастера по-прежнему великолепен. Этот образ сеньора, тонкий, одухотворенный, трогательно ранимый. Как в церкви в тот день.

– А вы поэт, милорд. Я никогда не считала этот портрет особо удачным, – задумчиво произнесла Лилианна.

– Простите за дерзость, но меня впечатлила даже не внешняя красота этого творения, а то, что художник так тонко смог передать образ обольстительной женщины с испуганными детскими глазами.

– Иные видели в нем лишь развратную химеру, – с грустью усмехнулась Лилианна.

– Глупцы! Я никогда не верил подобным слухам. И был искренне возмущен узнав, с чьих именно уст они слетали. И уж тем более виконт Годрик не должен был втягивать вас в ту опасную историю с выкупом.

– Вы знаете и о ней?

– Знаю. Не каждая жена согласиться пойти на то, что вы сделали ради давнего знакомого. Примите мои искренние восхищения, мадам.

– Благодарю. Я очень тронута вашим участием, милорд. Но боюсь свет не будет столь милостив ко мне и моему супругу. Ведь историю с выкупом никто никогда не узнает, а скверная фигура донны Сальваро у всех на устах.

– Мне кажется вы уже начали склонять чашу весов в свою сторону мадам, к тому же я постараюсь помочь, что бы та история с выкупом достигла нужных ушей.

– О, ваша светлость, вы даже представить не можете как я вам буду за это благодарна! Я уже привыкла переносить насмешки и оскорбления, но мне невыносима мысль о том, что гордое имя Шуази будет стоять рядом.

– Не тревожьтесь. Англия и так у вас в долгу. Можете на меня положиться.

– У меня не хватает слов, что бы выразить вам свою благодарность! – с жаром воскликнула Лилианна.

– В таком случае не откажите мне в любезности и подарите мне тот портрет.

– Мой портрет? – удивилась девушка. – Да я бы с радостью, только кто же знает где он?

– Я знаю. В моем лондонском доме.

– Он у вас?

– Да. Я так и не смог оставить его там на поругание толпы.

– Спасибо милорд. Он ваш. А мой особняк? Там…там хоть что-то осталось?

– Мало. Чернь редко ценит прекрасное.

– Понятно, – тяжело вздохнула Лилианна.

– Не будем о грустном. Вы хотите обвенчаться после сражения?

– Если возможно, то до него. Один бог ведает, что принесет нам завтрашний день.

– Я вас понимаю. В нескольких километрах есть небольшая церковь.

Поняв, что разговор окончен Лилианна пошла к двери, однако не успела она взяться за ручку как герцог ее окликнул:

– Леди Лилианна, есть ли здесь у вас близкий родственник, который мог бы отвести вас к алтарю?

– Нет, ваша светлость. У меня здесь нет ни родственников, ни друзей, – зардевшись проговорила молодая женщина.

– С удовольствием исправлю эту оплошность, баронесса. Позвольте мне лично отвести вас к алтарю.

– Почту за честь, милорд, – поблагодарила фельдмаршела Лилианна, искренне тронутая его участием.

Выйдя на улицу девушка с удивлением обнаружила, что давно настало утро. Встревоженный Себастьян, нервно шагающий вокруг крыльца подтвердил, что их разговор с герцогом затянулся на час.

– Что случилось? Почему ты так долго? Я уже и не знал на что подумать!

– Все хорошо, Себастьян. Оказывается герцог присутствовал на моей первой свадьбе.

– Да я знаю, это я его пригласил.

– Ты!? – изумилась Лилианна.

– Ну да. В то время Артур еще не был знаменитым полководцем. Не смотря на то, что он был моим командиром мы крепко сдружились. Я ведь хотел тебя умыкнуть прямо от алтаря и мне были нужны пути отхода. Я попросил помощи у нескольких друзей. Они согласились придержать толпу во главе с испанцем хотя бы на пару минут, что бы дать мне фору. Но все вышло не так, – хмыкнул Себастьян.