Глава 20

Месяц третий

ЕЛЕНА

Сегодня приятный летний день, хотя это какая-то бессмыслица. Сейчас должна идти зима, а я сижу в библиотеке — самом моем любимом месте во всем доме — и любуюсь летним пейзажем.

Не похоже, что Виверны как-то празднуют Рождество, жаль, я очень люблю этот праздник.

От стука в дверь я слегка вздрогнула и обернулась посмотреть, кто там, молясь про себя, чтобы только не Сеймур.

Я взглянула на Блейка, точнее на его двойника. С единственным отличием — глаза.

— Можно войти?

— Сеймура здесь нет.

Он улыбнулся. И снова как Блейк. Вспомнились слова Энни, что он тоже садист. При этой мысли я прикрыла глаза.

— Я не к нему. Я просто подумал, может, нам стоит немного пообщаться. Узнать друг друга.

Только не это. Ещё один.

— Слушай, я совсем не такой, как Сеймур. На днях я видел, как он входил сюда, и видел тебя через окно пару раз, когда летел на Пенелопе.

— Кто такая Пенелопа?

Он улыбнулся.

— Моя Виверна.

— Ты, правда, приручил Виверну?

Он подошёл к ней.

— Нет, это не совсем так. Вопрос во владении вивернским языком.

— Так ты говоришь на вивернском?

— Свободно.

Я хихикнула.

— А ты?

— Нет, мне не нужна Виверна.

— Это не обязательно плохо, если Виверна рядом, Элль. Знаю, они выглядят пугающе, но Виверны не так уж и отличаются от драконов.

Удивительно! Да они просто небо и земля. Но я решила, что лишь рассмешу его этими мыслями.

— Ну, ладно, тогда расскажи мне, что делает их практически одним видом с настоящими драконами.

Он улыбнулся, и сердце немного оттаяло.

— Ну, во-первых, у них крутые способности.

— Мы все знаем, что у них за способности, Билли.

— И ты не считаешь их интересными?

— Считала, когда-то, но это было очень давно.

— Хотелось бы узнать, что же такого сделала та Виверна.

— Он убил того, кого я любила, очень любила.

Он вздрогнул.

— Прости, наверное, он вылупился из гнилого яйца, поверь, Пенелопа совсем не такая.

— Как долго она у тебя?

— Уже пару лет.

— И ни разу не предала тебя?

— Нет, и она знает, как на самом деле я отношусь к этому месту.

И все же она не помогла тебе сбежать. Действительно, настоящий друг.

— Ну и какого вида Виверн эта Пенелопа?

— Она Ткач Мыслей.

Как и Пол.

— Тебе нравится, что она может читать твои мысли?

Он ухмыльнулся.

— Где ты такое услышала? Таких крутых нет ни драконов, ни Виверн.

Блейк мои мысли читал.

— Просто они могут внушить тебе что-нибудь. Это действует как убеждение.

Таким образом, чтение моих мыслей было выдумкой. Он просто мастерски все вынюхивал, и что-то мне подсказывает, Пол точно знал, кто я.

Я молча кивнула.

— Что ж, я рада, что у тебя все получилось. Все, что я скажу, это то, что в тот день, когда я доверилась одному из них, я потеряла того, кого любила.

— И снова мне очень жаль это слышать. Слушай, я знаю, что здесь не так уж много вариантов для доверия, но ты можешь доверять мне. Я постараюсь занять Сеймура, чтобы он не доставал тебя так сильно.

Он встал и собрался уходить.

— Зачем ты это делаешь?

— У меня есть свои причины, к тому же они говорят, что первое впечатление — самое верное. В первый раз, когда ты меня увидела, ну, скажем так, у меня даже в животе затрепетало. Что-то такое, чего больше не происходит на этой стороне.

Я улыбнулась.

— Спасибо тебе.

— Добро пожаловать, Элль.

Он повернулся на каблуках и ушел, оставив меня с этим образом убийства Блейка с глупым, чудесным поцелуем.

БЛЕЙК

— Блейк! — ЗАКРИЧАЛ ЭММАНУЭЛЬ… — Ты слишком близко подошел!

Я увидел огромную уродливую пасть, щелкающую зубами рядом со мной. Я поднырнул, и она щёлкнула в воздухе всего в дюйме от меня. Ещё одна прицепилась к моей спине и потянула в заросли. Ко мне приближались все больше и больше пастей, они вонзали свои зубы, и я услышал собственный рык.

Эмануэль выпустил струю пламени на них, что едва ли помогло мне. Он ушел чуть ниже и снова выдохнул пламя.

Когда некоторые из них отпрянули, я напрягся изо всех сил, и та, что прицепилась ко мне, разорвалась пополам. Оставив свою пасть висеть у меня на спине.

Я попятился. Это все тупой план Эмануэля. Он сказал слушать свое сердце, и просмотрите, куда это меня привело. Проблема в том, что Эмануэль больше не самый быстрый дракон. Он едва поспевает за мной.

Что пыталось сказать мне сердце? Что она мертва, а это просто такой способ покончить с собой?

Я почувствовал, что Эмануэль внизу, и мы полетели в парк в Тите.

Половина лианы, что прицепилась ко мне, издавала ужасный звук. Я почувствовал, когда Эмануэль выдохнул пламя, пытаясь убить эту гадость, но это не сработало.

Я почувствовал слабость, из-за растекающегося по венам яда лиан.

Я едва мог взмахивать крыльями, и Эмануэль пытался удержать меня от падения с высоты.

Перед глазами все поплыло, но я смог разглядеть впереди здания и много верхушек деревьев перед ними.

— Парк, — едва смог я произнести.

— Именно туда я и направляюсь, держись.

Я терял сознание, и Эмануэль тихо зарычал, потому что я повис на нем всем телом.

— Блейк, оставайся со мной, — прорычал он.

Его драконья форма не шла ни в какое сравнение с моей. Последнее, что я помню, это крики и действительно жесткое приземление.

Открыв глаза, я различил значок мед. работника.

Миллион вопросов — наверное, это снова пресса — мне кричали миллион вопросов. Я услышал, как чья-то рука размахнулась и встретилась с чем-то твердым.

Эмануэль. Кому досталось от него на этот раз?

— Блейк, ты меня слышишь? — спросил один из медиков.

— Что это значит? — закричала какая-то женщина. — Неужели принцесса погибла?

Я открыл глаза и увидел позади камер крадущуюся фигуру. Блондинка, я попытался сфокусировать взгляд. Она стала исчезать.

— Елена, — едва смог я вымолвить и резко поднялся на ноги.

Пиявка уже отвалилась со спины, но от ее яда — слава небесам, не смертельного — меня тянуло в сон. Я во что-то врезался и понял, что, рухнув с неба, повалил за собой несколько деревьев.

Что это всё значит? Была ли Елена просто видением, погибла ли она?

А потом я услышал собственное сердцебиение так громко, словно стучало прямо в ушах. Я не знал, виноват ли в этом яд. Наверное, да, потому что не важно, как сильно я старался раньше, ни разу не получалось мгновенно. Я концентрировался изо всех сил, но никогда не чувствовал подобного. А потом я услышал это. Знак, о котором молил последние три месяца. Второе сердцебиение, чуть быстрее моего. Она жива.

ЕЛЕНА

— Да говорю тебе, что-то тут не чисто, Элль.

— Не говори так, Энни. Если мы не сможем остаться здесь, то обе погибнем. Ты сама знаешь.

— Знаю. Попытаюсь выяснить побольше, но Сеймур и его дружки что-то затевают, и это очень плохо.

— Уверена, что правильно расслышала?

— Нет, не уверена, но повторяю, он ведёт себя, словно он здесь главный.

Я закрыла глаза и вздохнула.

— Они что-то замышляют, Элль. Я это чувствую.

— Понятно, постарайся узнать побольше. У тебя есть преимущество — твой слух. У других его нет, так что тебе даже не нужно подходить близко.

Она кивнула.

— Будь осторожна.

— Я не из тех, кто нужен этому психу, Элль. А ты держись подальше от Билли.

Я кивнула тоже.

Неделю назад, после пира я увидела, как Билли пил кофе на крыльце. Мы снова разговорились. Он так сильно напоминал мне Блейка. Но когда рядом оказывался Сеймур, он снова менялся. Он вел себя двояко.

Часть меня знала, что ему не следует доверять, другая часть все же проникалась доверием, так как он оставался верен своему слову. Когда Сеймур начинал опять меня доставать, Билли приходил на помощь. Я не в силах была сдержать зарождающейся симпатии.

Когда бы Билли ни оказывался рядом, мне становилось легче. Словно в этом аду появлялся сам Блейк.

За каждым углом таилась опасность, а инициировали большую ее часть Сеймур и двое его дружков, Патрик и Дерек. Девушки, или птички, как сами парни называли их, были просто в ужасе.

А теперь ещё и Энни услышала что-то, что не очень-то вязалось со всей картиной. Она услышала, что Сеймур собирался предать отца, по-крупному. Но как — это нам нужно ещё выяснить.

Мне нужно как-то предупредить Клайва. Я должна.

— Клайв, пожалуйста, послушай, — умоляла я, — Сеймур что-то затевает.

— Сын знает на собственном опыте, что меня нужно опасаться. Он не причинит тебе вред.

— Я переживаю не только за себя. Я переживаю и за тебя тоже. Если тебя не станет… — я просто не могла даже думать о таком.

Он нежно коснулся моей щеки.

— Ты одна из моих любимиц, Элль. Но я сильнее, чем кажусь. Сеймуру ещё многое предстоит узнать.

Он лишь посмотрел на меня.

— А теперь иди и ложись спать. Ты в безопасности.

Я кивнула и увидела, как Клайв уходит в одном лишь халате. Джеймс сегодня приходил, и за его жизнь я тоже опасалась.

Я не могла представить, что с Джеймсом сделает Сеймур, если узнает, что в круг интересов отца женщины не входят совсем.

Сон ночью здесь был роскошью. Я поняла, что могу теперь уснуть только на пару часов.

Клайв ошибался. Его сын был сукиным сыном, и что-то подсказывало, что это Клайву предстоит узнать, насколько ужасный его сын.

БЛЕЙК

— Какого хрена ты тут вытворяешь? — спросила Бекки, и я открыл глаза. — Ты спишь?

— Нет, не сплю, — раздражённо ответил я.

— Тогда что это было?

— Настройка.

— Чего?

— Ничего, о чем Маленькой Мисс Ценный Комментарий следовало бы беспокоиться.

Она с резко втянула воздух и швырнула в меня салфеткой, а Джордж рассмеялся.

— Между прочим, я не Маленькая Мисс Ценный Комментарий.

— Да ну! Тебе постоянно есть что вставить, особенно когда никто из нас не хочет слушать.

— Просто я так устроена, ясно?

— Да как скажешь, пофиг.

Она вздохнула. Мы все рассмеялись, а потом нас снова окутало тяжёлой тишиной понимания, что Елена все ещё не нашлась. Уже почти четыре месяца. В Рождество без нее было особенно тяжко, а о Новом Годе и говорить не стоит. Новый Год должен был знаменовать новое начало, новый шанс, он должен был быть нашим первым событием, а я провел его с Эмануэлем, в походе, мы даже не напились, а просто продолжали поиски. Посмотрели немного салют. Но все вокруг вдруг стало таким серым с той самой ночи, когда я проснулся один в своей постели.