— Почему, почему сейчас? Раньше его никогда не было рядом со мной, а теперь я должна просто делать то, что он говорит, — я хотела заплакать. Я была так зла.

Эмануэль убрал руку с ручки двери, когда я высвободила руку из его хватки.

— Это так несправедливо. — Я закрыла глаза и почувствовала, как Эмануэль обнял меня. — Ты должен это знать.

— Я знаю, Елена. Помнишь причину, по которой я дал тебе клятву ту ночь? Это время пришло. Он готов.

Я оттолкнула его.

— Ну, а я нет. Я никогда не буду готова. — Я выбежала через дверь, и вспышки камер озарили ночь. Я ненавидела это, и часть меня хотела вернуться к Энн, но она была мертва. Кроме того, они наверняка бросили бы меня на арену в ту минуту, стоило мне ступить на их земли. Я побежала к карете и застала Педро, ждущего перед ней.

— Елена, пожалуйста, ему нужно поговорить с тобой.

Я кивнула, сделала глубокий вдох, сегодня я так переживала за дедулю и пошла за Педро вниз по переулку.

Репортеры хотели последовать за нами, но стражники Древних закрыли им вид, и, таким образом, они выкрикивали еще больше вопросов о том, что произошло внутри, почему Блейк разрушил Холл и бла-бла-бла.

Я встретила дедулю дальше по другому переулку, и он обнял меня. На нем не было мантии Древних.

— Где ты был сегодня вечером, я очень волновалась?

— Считай это расплатой. — У него блестели глаза, и лицо казалось взволнованным. — Мне так жаль, мое милое дитя, за все, что с тобой случилось.

Он тоже знал, все знали?

— Они заставили меня отсидеться.

— Почему?

— Потому что они собирались лишить тебя титула, и когда я обнаружил, что они не собирались проинформировать твоего дракона, Педро позаботился о том, чтобы он получил приглашение очень быстро.

— Они что?

— Они не собирались посылать ему приглашение. История Стэна была ложью. Поэтому я должен был удостовериться, что он получил приглашение, иначе у нас было бы много чего другого, с чем надо разобраться, когда он, в конце концов, узнает, что они сделали.

— Это был ты, дедуля. Все не так. Он не мой дракон, — заскулила я.

— Нет? Ты ведь заявила на него права, верно? Я помню тот день, когда другие забрали его у тебя ненадолго.

— Я освободила его. У него нет обязательств передо мной.

Мой дедуля начал смеяться.

— Елена. В этом мире есть вещи, которые ты не можешь освободить, и дент — одна из них.

— Нет, я произнесла эти слова. Я знаю, что это можно сделать. Это освободило его от всего.

— Теперь я понимаю, почему он больше не может слышать твои мысли.

— Что?

— Этот милый парень пришел ко мне пару месяцев назад.

Я взбесилась.

— Может быть, садист и сущее зло, но не милый.

— Тебе еще так многому предстоит научиться, и это будет самым трудным, Елена.

Он поцеловал меня в висок.

— Скоро мы еще раз встретимся, чтобы попить чаю. Я так по тебе скучал.

— Я тоже скучала, — говорю я, игнорируя его заявление.

— Как бы то ни было, — сказал он, когда собрался уходить, — было весело наблюдать за его появлением.

Я тоже захихикала.

— Да, наверное, мне придется заплатить за все убытки.

— Это против закона Дракона, и ты скоро выучишь закон Дракона. Тебе не выставят счет за это, они ошиблись сегодня вечером, Елена. — Он сладко улыбнулся, когда я просто смотрела на него. — Дай ему шанс. Он не такой уж и плохой.

Да, я знаю, что это не так. Однажды я влюбилась в эту его часть.

Я вернулась к карете, увидев отчаявшегося найти меня Эмануэля.

— Где, черт возьми, ты была, Елена?

— Успокойся, дедуля хотел поговорить.

— Дедуля?

— Просто забудь, что я сказала. — Я вспомнила, что мало кто знает о дедуле и моих родственниках.

— Просто пойдем. — Эмануэль с кем-то говорил, и я увидела фигуру с темными волосами, снимающую мантию и маскировку. Это был Джордж. Какого черта он здесь делал?

Эмануэль открыл дверь, в карете Бекки сидела рядом с Сэмми.

Я вздохнула.

— О, нет, мисс. Этот вздох не избавит тебя от всего того, что ты сделала сегодня вечером, — начала Бекки.

— Сделала сегодня вечером? Я ничего не сделала! — я закричала и откинулась на сиденье.

— Ребята, серьезно. Ненавижу эти перепалки.

— Иногда полезно ругаться, чтобы вдолбить хоть что-то в такую тупую, как у нее, голову и вернуться в реальность.

— О, так теперь я тупоголовая, Бекки? Из-за того, что не говорю Блейку о каждом своем передвижении?

Она хихикала.

— Нет, это было бы слишком для тебя, правда, принцесса?

Захотела наброситься на неё, я так ненавидела ее в тот момент, но Мастер Лонгвей оттолкнул меня назад.

— Хватит, вы обе! — он повысил голос, когда мой гнев вспыхнул. В глазах Бекки отразилась боль, но гнев сменил ее в ту минуту, когда она поняла, что я хочу ее задушить.

— Теперь ты сделала это. Ты не можешь просто быть терпеливой? — Сэмми накричала на нее.

— Я не такая, как ты! — Бекки крикнула в ответ.

— Я сказал, хватит! — Мастер Лонгвей снова закричал. — Вы ведете себя как пятилетние.

Он покачал головой и сел рядом со мной.

Остальная часть поездки была тихой.

Она так разозлила меня своими толканиями и обвинениями, это была Бекки, и сейчас я ненавижу эту ее часть.

Злые слезы на глазах, и чувство вины на животе. Я не могла поверить, что собиралась задушить ее.

Тем не менее, сегодня вечером я была опустошена. Почти час слушать то, что они должны были сказать, что должен был сказать Калеб, вот почему я жалела о том, что дала это глупое обещание моему отцу. Если бы он только мог увидеть, кем стал Калеб, он бы забрал у него Арис. Не говоря уже о том, что бы он сказал, узнав, как его некогда лучший друг обращался со мной. Как с паразитом.

Я глубоко вдохнула, когда посмотрела в окно. Было темно, тучи слегка грохотали, и вдали я видела парящих в небе драконов; часть меня хотела летать с ними, но какой ценой? Я не собиралась заключать мир с Рубиконом.

Я посмотрела еще раз, и драконы ушли. Они просто исчезли.

Я вспомнила, что сказал дедуля, что Блейк больше не мог слышать моих мыслей, и я была так рада, что он наконец-то убрался из моей головы.

То, что он там сделал сегодня вечером, Эмануэль подвел итог всему. Наконец-то Блейк был готов взять на себя некоторые обязанности. Да, но было уже слишком поздно, идиот.

Дверь закрылась и больше никогда не откроется.

Карета остановилась, я была первой, кто открыл дверь. И снова врезалась в фигуру, зная, кто это был.

— На одно слово, принцесса, — рявкнул он.

— Что тебе надо, Блейк? — ответила я и заметила, что ему совсем не понравился тон.

— Я знаю, что тебе не нужна эта договоренность, но отныне ты будешь информировать меня о каждой встрече с Советом, особенно с Древними. Я ясно выражаюсь?

— Да пошел ты! У меня нет времени на твои дурацкие игры. — Я оттолкнула его в сторону, что было нелегко, но, к моему удивлению, он отпустил меня.

Я слышала, как он ворчал, когда вошел через главные двери академии и бросился в коридор, пока Мастер Лонгвей тоже не захотел переброситься парой слов.

Я пошла прямиком в ванную и закричала, выпуская всё, что произошло сегодня вечером.

Они бы действительно лишили меня титула, и я знала, что, наверное, должна бы поблагодарить этого идиота, но я была так зла на него за то, что он все разрушил.

Он только и делал, что всё разрушал.

Потом приняла душ и была удивлена, что ни Сэмми, ни Бекки еще не вернулись. Я надела свою пижаму.

Я нашла на своей кровати блокнот, в котором рисовала во время искусства войны.

Вот дерьмо. Они все видели эту картину. О чем я думала?

Изображение Билли было вырвано, а на странице слова, написанные большими жирными буквами — МНЕ ЖАЛЬ. Больше ничего, только эти два слова. Я могла только догадываться, кому принадлежат эти слова, но я не хотела, чтобы это был он, или я не хотела думать, что это может быть он.

Я положила блокнот в ящик тумбочки и забралась в кровать.

Не хотела закрывать глаза, но смертельно устала.

Констанс не шутила прошлой ночью, когда сказала, что это будет тяжело.

Если так прошёл мой первый день, то навряд ли я захочу вставать с постели завтра.

А потом вспомнились слова, которые Блейк произнес сегодня вечером на улице: сообщать ему о каждой встрече. Ага, конечно! Но в ту минуту, когда я оставила свои мысли, те два слова, которые были нацарапаны на блокноте, пришли мне в голову.

Это могли быть и Бекки или Сэмми, это больше похоже на них, чем на него.

Я застонала.

Я ненавидела, что все мои мысли возвращались к этому идиоту.

Хватит. С меня хватит.