Поиск
«Юность кончена. Приходит…»
Перевод В. Левика
Юность кончена. Приходит
Дерзкой зрелости пора,
И рука смелее бродит
Вдоль прелестного бедра.
Не одна, вспылив сначала,
Мне сдавалась, ослабев.
Лесть и дерзость побеждала
Ложный стыд и милый гнев.
Но в блаженствах наслажденья
Прелесть чувства умерла.
Где вы, сладкие томленья,
Робость юного осла!
Эмма
«Сутки должен ожидать я…»
Перевод А. Горнфельда
Сутки должен ожидать я
Сокровеннейших услад,
Что украдкой посулил мне
Нежный и лукавый взгляд.
О, язык наш так бессилен,
И плохой от слова прок:
Вымолвишь… и улетает
Вдаль прекрасный мотылек!
Ну, а взгляд — он беспределен.
Беспредельный свет струит.
От него в душе, как в небе,
Счастье звездное горит.
«Месяц тянется любовь…»
Перевод П. Быкова
Месяц тянется любовь —
И еще ни поцелуя!
Сохнут жаркие уста,
В одиночестве тоскуя.
Был так близок счастья миг,
Я дыхание любимой
Ощущал у самых уст —
И промчалось счастье мимо!
«Эмма, молви без раздумья…»
Перевод 3. Васильевой
Эмма, молви без раздумья:
От любви безумным стал я,
Или же любовь такая
Только следствие безумья?
Я измучен, друг мой Эмма,
Сверх любви моей безумной,
Сверх моей любви безумья,
Разрешеньем сей дилеммы.
«Чуть мы вместе — брань и спор…»
Перевод Д. Горфинкеля
Чуть мы вместе — брань и спор,
Нестерпима эта мука.
Но, увы, с тобой разлука —
Это смертный приговор.
Размышляю в час ночной:
Смерть иль ад мне выбрать надо.
Ах, от этого разлада
Я давно уж сам не свой!
«Тенью мрачною, густою…»
Перевод Д. Горфинкеля
Тенью мрачною, густою
К нам крадется злая ночь.
И устали мы душою,
И зевков не превозмочь.
Ты стара, и я не молод.
О весне забыли мы,
И в сердцах не жар, а холод.
Нам недолго ждать зимы.
Ах, кончаем мы в печали:
После всех любовных бед
Беды без любви настали.
Смерть бредет за жизнью вслед.
Скала Лорелеи на Рейне
Гравюра по рисунку Дильмана
1830-е годы
Тангейзер
Перевод В. Микушевича
Легенда
(Написано в 1836 году)
I
Песнь о Тангейзере пою
Отнюдь не для забавы,
А чтобы христианам знать,
Как души прельщает лукавый.
Из рыцарей рыцарь, Тангейзер наш
Страстям привержен слепо,
Семь лет подряд не покидал
Венерина вертепа.
«Венера, госпожа моя,
Прекрасная царица!
Довольно мне у тебя гостить!
Пора нам распроститься!»
«Тангейзер благородный мой!
О чем твои печали?
Тебе поцеловать меня,
Тангейзер, не пора ли?
Не каждый ли день ты пил вино
Из моего фиала?
Не каждый ли день чело твое
Розами я венчала?»
«Венера, госпожа моя!
Мне сласти надоели.
От них, Венера, я болен душой.
Жажду я горьких зелий.
Семь лет я жил, смеясь и шутя.
Хочу я слез горючих.
Теперь бы мне терновый венец,
Колючий из колючих!»
«Тангейзер благородный мой!
На что это похоже!
Не ты ли мне клялся тысячу раз,
Что я тебе всех дороже?
Скорей, Тангейзер милый мой,
Пойдем в мои покои!
Излечит моя лилейная плоть
Томление такое».
«Венера, госпожа моя!
Цвести ты будешь вечно.
Прельстила ты многих и прельстишь
Красой своей безупречной.
Подумаю, сколько богов у тебя
И сколько героев гостило,
И мне твоя лилейная плоть,
Твоя красота мне постыла.
Венера, твоя лилейная плоть
Меня пугает, не скрою.
Мне страшно подумать, сколько других
Еще насладятся тобою!»
«Тангейзер благородный мой!
Как речь твоя сурова!
Уж лучше бы снова побил ты меня,
Я потерпеть готова.
Уж лучше бы снова побил ты меня
В жестоком своем озлобленье.
Неблагодарный христианин!
Нанес ты мне оскорбленье!
Так, значит, рыцарь, за любовь
Ты злобою платишь Венере?
Тебя я больше не держу!
Открыты настежь двери!»
Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: