— Это невозможно. Так не бывает.

— Ещё как бывает! — откликнулась оказавшаяся рядом Джанет, тоже нагая и необыкновенно прекрасная, со струящимися по плечам золотыми волосами. Она сгребла охапку снега и вывалила его на Варламова.

И снова вместо холода он ощутил тепло, а потом пьянящий аромат — это белые цветы сыпались на него вместо снега.

— Жаль, что мы здесь ненадолго, — снова раздался нежный голос Джанет. Её губы коснулись его губ, и она увлекла его на пушистое ложе…

Так Варламов снова увидел Сад, таинственный мир по ту сторону времени. И не только увидел, но теперь будет помнить. Он не понял значения этого и не скоро поймёт. Но и в этом блаженном мире его слуха достигла печальная песнь ветра…

Он проснулся.

В машине было душно. Варламов наполовину вылез из мешка и приоткрыл боковое стекло. Вместе с морозным воздухом внутрь не впорхнуло ни одной снежинки — снег перестал идти, хотя ветер ещё не утих. Евгений залез в мешок и прижался к Джанет. Ему хотелось снова оказаться в мире тёплого снега и ароматных цветов, снова увидеть сказочно прекрасную Джанет в одеянии из золотых волос.

Он заснул, но больше в тот мир не попал.

Окончательно проснулся от яркого света. Солнце сияло над снежными полями, но здесь было холоднее, чем в том сне — пока Варламов влезал в промёрзшие брюки и ботинки, зубы застучали от холода. Двигатель завести не решился, машину завалило чуть не по самую крышу. Отыскал складную лопату — хорошо, что догадался держать в салоне! — опустил стекло и принялся отгребать снег от дверцы. Снег и здесь был пушистый — легко поддавался, и так же легко ссыпался обратно, так что Варламов не скоро смог выйти.

Теперь он стал расчищать капот и передние колёса. Снежная пыль веяла в лицо, попадая за воротник, то и дело приходилось засовывать руки под мышки, чтобы согреть их. Ещё больше времени ушло, чтобы докопаться до выхлопной трубы. Скоро Евгений забыл о холоде и даже вспотел.

Наконец вернулся в кабину и попробовал завести двигатель. Его ожидал приятный сюрприз, мотор заработал как часы. Видимо, «Чёрный ровер» был рассчитан и на такие переделки. Варламов поскорее включил отопление.

Джанет выглянула из спального мешка.

— Холодно, — пожаловалась она. — Не хочется вылезать.

— Потерпи, дорогая, — ободряюще сказал Варламов. — Скоро салон прогреется.

Он снова вылез и принялся откапывать машину дальше. Занесло их основательно, а вдобавок действительно съехали с шоссе — в круговерти метели Варламов принял ответвление за главную дорогу. Она угадывалась метрах в десяти по двойному ряду сугробов.

Варламов уныло прикидывал, сколько времени займёт до неё докопаться, когда увидел вдали искрящийся на солнце снежный фонтан.

Сначала он испугался и сквозь наполовину расчищенное заднее стекло поглядел в машину. Джанет вылезла из мешка и одевалась. Она улыбнулась Варламову. Он снова посмотрел на равнину: теперь стало видно, что фонтанов два и они приближаются вдоль занесённого шоссе.

Варламов перевёл дыхание — это два снегоочистителя шли по дороге, отбрасывая веера снега в стороны. Первая машина ярко-жёлтого цвета поравнялась с занесённым «ровером» и, высыпав водопад снега почти к ногам Варламова, остановилась.

Из кабины выглянул чернокожий водитель в красной кепке и свитере. Наверное, заметил лицо Джанет за стеклом, потому что осклабился в улыбке:

— Привет, мистер! Пришлось заночевать? Надеюсь, подружка не дала тебе замёрзнуть?

— Привет! — так же весело откликнулся Варламов. — Не расчистите для нас дорогу? А то я упарился с этой лопатой.

— Нет проблем!

Водитель скрылся в кабине и, пока второй снегоочиститель стоял в ожидании, сделал несколько заходов своей громоздкой машиной. Варламова обдало снежной пылью, теплом и бензиновой вонью, зато дорога оказалась расчищена почти до колёс их «ровера».

Сзади раздались хлопки — это Джанет, выйдя наружу, аплодировала водителю.

— Пока, мисс!

Негр помахал Джанет, вывел агрегат обратно на дорогу, и оба снегоочистителя с рёвом устремились дальше, вскоре пропав в облаке снежной пыли.

Евгений стал заправлять машину, канистры в багажнике, наконец, пригодились.

По расчищенной дороге ехали быстро. Снег искрился, голубое небо безмятежно сияло и, казалось, все неприятности остались позади. Вдруг у очередного перелеска Джанет попросила:

— Юджин, останови.

Варламов посмотрел в направлении её взгляда, секунду помедлил и нехотя нажал на тормоз. «Опять», — подумал тоскливо.

Пока пышно-белый мир замедлял бег вокруг, окинул взглядом окрестности: сугробы, деревья в белых кружевах, пусто вокруг…

Он знал, что это ни о чём не говорит. Только когда машина остановилась, снова глянул направо.

Опасался, что это кто-то наподобие Ренаты, но оказалось иначе.

На снегу, на подостланной дерюжке сидела девочка. Голова непокрыта, соломенно-жёлтые волосы заплетены в косички. Одета в бесформенную куртку, на ногах большие армейские ботинки. Девочка с любопытством смотрела на машину, уперев локти в коленки и положив подбородок на сплетённые пальцы.

Тоска Варламова усилилась. Отличная уловка для засады: какая женщина проедет мимо ребёнка на снегу? Не хватало попасть в плен — то ли к товарищам недавних бандитов, то ли к другим. Выкуп заплатят цзин, можно не сомневаться. И подходящих зарядов в футляре Сирина не осталось. Варламов опустил руку и коснулся приклада двустволки, на этот раз пристроил между сидений.

Джанет уже открывала дверцу:

— Как тебя зовут, девочка? И что ты здесь делаешь?

Девочка смотрела на Джанет с восхищением.

— Меня зовут Эмили, — немного хрипло сказала она. — Я была в гостях, и мне надо обратно в Дулут. Вы меня подвезёте?

— Конечно, Эмили. — В голосе Джанет послышалась жалость. — А где твоя мама? Почему отпустила тебя одну? Ты могла замёрзнуть.

Она открыла заднюю дверцу. Подхватив дерюжку, девочка подбежала к машине и забралась на сиденье.

— Ой, у вас тепло! А моя мама там… — она неопределённо махнула в сторону, куда уходило белое шоссе. — Вы не думайте, она обо мне заботится.

Варламов хмыкнул, не переставая оглядываться. Но больше никто не появился, дверца закрылась, и он с облегчением нажал на газ.

— Странная у тебя мама, — задумчиво сказала Джанет. — Я бы не отпустила свою дочь в такую погоду. Да и вообще одну. Мы недавно повстречались с бандитами.

В зеркале заднего вида Варламов увидел, как девочка хитро поглядела на Джанет.

— Верно, мама немножко странная, — согласилась она. — Но очень красивая, как и вы. И всегда за мной присматривает, так что не беспокойтесь.

Джанет вздохнула, а Евгений снова стал ждать подвоха: Эмили попросит остановиться, а бандиты тут как тут. К тому же они не собирались в Дулут, дорога № 33 к канадской границе отходила влево, не доезжая города. Если завозить девочку, то потеряют время…

Девочка как будто задремала. Проехали поворот на 33-ю (Варламов только скрипнул зубами). Миновали развязку, справа показалось тускло-стальное зеркало — озеро Верхнее. Длинные мосты вдали, городские постройки…

Вскоре оказались в городе. Много брошенных домов, ни одного пешехода, и лишь несколько машин попалось на занесённых улицах: слишком близко Висконсинская тёмная зона.

Эмили зашевелилась, открыла глаза и стала смотреть по сторонам. У Варламова возникло неприятное чувство, что она только прикидывалась спящей.

— Куда тебе, Эмили? — спросила Джанет.

— Дальше, — неопределённо ответила девочка, и нехорошее чувство у Евгения окрепло: есть ли у неё кто в Дулуте?

Проехав по улице вдоль залива (запустение, тусклый блеск воды между зданий), они нашли выезд на 53-ю к Интернашенал-Фолс, но ближе к окраине пришлось остановиться. Дальше дорога была завалена снегом.

— Что будем делать? — после молчания спросила Джанет.

Варламов колебался:

— Даже не знаю. Грегори хотел, чтобы мы ехали по пятьдесят третьей, через Интернашенал-Фолс. Давай подождём. Если дорогу не расчистят, то рискнём и поедем по шестьдесят первой, на Тандер-бей.