Под ее знаменами оказались две ложи в Йорке, по одной в Скарборо, Рипоне, Нерсборо, Ховингеме, Суинтоне и Ротерхеме (Йоркшир), одна в Маклесфилде, Чешир, и две в Холлингвуде (Ланкашир).
Великая ложа Англии также учредила в Йорке в 1779 году Великую английскую ложу к югу от реки Трент. В нее вошли недовольные члены Временной бессмертной ложи Античности и Первой Великой (Великим мастером которой в то время был сэр Кристофер Рен). Она наделила полномочиями всего две ложи (Perfect Observance и Perseveranse and Triumph), обе в Лондоне. Одну назвали Великой грибной ложей. По мнению брата У. Хьюэна, она оказалась такой же бесславной, как и родительская.
Чудовищное соперничество
Четвертая Великая ложа, учрежденная 17 июня 1751 года в таверне «Голова индейки» на Греческой улице в Сохо (Лондон) под именем «Великой английской ложи, в соответствии со Старыми институтами», стала единственным реальным соперником Первой Великой ложи. Ее члены были назначенными «древними», а вновь принятые – «современными».
«Древние», также известные как «каменщики Этола», в 1772 году избрали третьего герцога Этола в качестве своего первого Великого мастера, а после его смерти должность унаследовал сын. Организации новой Великой ложи, как полагают, послужили две причины. Во-первых, регулярная Великая ложа предприняла некоторые меры, направленные против упорствующих и бедствующих лож. Вторая причина заключалась во введении инноваций в обычаи масонства, которым прежде всего возражала оперативная секция. «Новая организация, – писал брат У. Хьюэн в своем предисловии к монументальному труду своего друга Джона Лейна «Масонские записи 1717 – 1894 годов», – стала весьма популярной и несколько лет не имела соперников, за исключением предшествующей, незначительной и менее вычурной организации». Они также согласились с тем, что не следует вводить королевскую арку, и их точка зрения была тепло поддержана, хотя и не исходила от известных «древних» (как Великая ложа «Четырех степеней»). Тем самым на некоторое время они затмили родительское общество.
Взрыв и антивзрыв
Утвердив множество лож и провинциальные ложи в Англии и в других государствах, особенно в Америке, заручившись признанием Великих лож Ирландии и Шотландии и почти единогласной поддержкой Великих лож Англии, «древние» были готовы заявить о своей независимости. Они отвергли все попытки «современных» к повторному объединению и в 1757 году анонимно распорядились о следующем:
«Если какой-либо Мастер, Хранитель, председательствующий офицер или иное лицо, в чьи обязанности, возможно, входит допущение членов или посетителей, признает и допустит к занятиям в его или своей ложе в часы ее работы во время соответствующих масонских дел любого брата или посетителя, не обязательно соответствующего правилам и порядку Великой ложи, такая ложа настолько переходит правила, что должна быть, следовательно, признана недействительной и соответственно исключена из Большой ложи».
В 1801 году старшая Великая ложа выступила с яростным протестом. Некоторых ее членов обвинили в том, что они выступали как председательствующие офицеры в «незаконном обществе, называвшем себя «древними масонами», открыто нарушая законы Великой ложи». Было решено ужесточить законы, направленные против братьев нарушителей, пока те не прекратят подобные нерегулярные собрания.
Братства ходатайствовали о примирении с Великой ложей на три месяца, надеясь, что за этот период смогут достичь объединения двух обществ. Индульгенцию даровали, «чтобы никакие помехи не смогли помешать столь заветной цели, обвинение против нарушителей братства отвели и назначили комитет, состоявший из лорда Мойры и нескольких других известных лиц, чтобы проторить путь к намеченному союзу, распорядившись использовать все средства и привести заблудших братьев к пониманию своих обязанностей и союзу».
Из этих намерений ничего не вышло, спустя два года Великая ложа сообщала, «что незаконные масоны продолжали упрямиться и до сих пор не прошли процедуру вторичного приема в масонство и не предпринимали никаких шагов, чтобы способствовать союзу». Это заслуживало осуждения, в связи с чем в отношении их ужесточили законы Великой ложи. Также единогласно решили: «Любые масоны, находящиеся под английской конституцией, в будущем должны посещать или поддерживать любую ложу или встречу личностей, называющих себя «древними» масонами, с санкции лица, принимающего титул Великого английского мастера. Если же он не будет должным образом избран в Великую ложу, то на них обрушатся суровые законы общества и их имена будут стерты из списка и переданы во все регулярные ложи, находящиеся под английской конституцией».
Усилия лорда Мойры
В 1806 году лорд Мойра доложил Великой ложе, что посетил Великую шотландскую ложу и объяснил положение, связанное с «современными» и «древними» масонами в Англии. Шотландское братство заявило, что «современные», по их мнению, относятся к совсем недавнему времени и не имеют особого значения. Убедившись в своей ошибке, они захотели установить самые тесные связи между Великими ложами Англии и Шотландии. В качестве доказательства своих намерений избрали принца Уэльского Великим мастером Шотландии.
Далее лорд Мойра заявил, что после отклонения «древними» предложений Великой ложи устранить различия между английскими масонами пока невозможно, как на то надеялось Шотландское братство. Однако они всегда открыты, чтобы принять заступничество Великой ложи Шотландии, если та сочтет подобающим вмешаться.
Спустя два года Великая ложа Ирландии одобрила декларацию Шотландского братства и уже умоляла «не поощрять и не принимать в качестве брата любого, кто отлучен Великой английской ложей за масонский проступок». В 1809 году Великая ложа согласилась с тем, что Комитет милосердия «более не должен следовать тем мерам, которые применялись с 1789 года в отношении нерегулярных масонов, запрещая нескольким ложам возвращаться к древним ландмаркам общества».
Случившееся восприняли как шаг к столь желанному союзу. Однако фактически прошло более четырех лет, прежде чем, в результате тактичного вмешательства трех сыновей Георга III, он стал возможен. Посвященный в 1787 году в таверне «Звезда и подвязка» на Пэлл-Мэлл принц Уэльский стал Великим мастером первой Великой ложи Англии в 1790 году.
Приняв регентство, он передал эту должность своему брату герцогу Эссекскому. Достопочтенный глава «древних», герцог Этхолл, который, как говорится в современном описании, «был убежден доводами царственного герцога, подкрепленными его здравомыслием и великодушием, теперь хотел способствовать действительным и дружественным отношениям двух обществ под единым руководством. Для того чтобы уступить дорогу другим масонам, его милость самым прекраснейшим образом подал в отставку…».
Он рекомендовал в качестве своего преемника герцога Кентского, отца королевы Виктории, посвященного в соответствии с «древней» конституцией в Объединенной ложе Женевы.
В 1813 году герцога Кентского провозгласили Великим мастером. Два королевских герцога ввели в совет по три наиболее известных брата от каждого общества. Они составили статьи союза между двумя ложами Англии, которые были подтверждены, ратифицированы и скреплены печатями обеих лож 1 декабря 1813 года.
В тот же день на объединенном собрании Великих лож «с одобрения масонов» эти положения ввели в действие, образовав Ложу согласия, состоявшую из равного количества членов Старого установления и Учреждения Англии. Каждый заботился о том, чтобы обе части союза находились в равном положении. По поводу первенства лож пришли к соглашению о том, чтобы две первые ложи из каждой Великой первенствовали по очереди, согласно жребию.
Жребий сложился в пользу «древних», чья Великая ложа мастера стала первой в обновленном списке, а ложа «древних» из регулярной Великой ложи заняла вторую позицию, номер 2 «древних», соответственно, стал номером 3, а вторая Великая ложа стала четвертой. «Определение указанного положения в объединенном списке много значило для таких старых лож и соответствовало их возрасту, побуждая их сказать большее, – писал У. Хьюэн, – поскольку истинный масонский дух их членов способствовал миру и гармонии, они согласились на меньшее во имя основания Первой Великой ложи».