<…>

—

Впереди одна и сзади пять!

<…>

—

Последний — недолет был, остальное было хорошо! Перелет даже! Остальные были — перелет!

—

Один — там, те, которые перелет, — там планировали, планировали! Прием!

<…>

—

Нормально ведите огонь! Дайте доворот еще левее… 10, левее 10 — доворот! Прием!

<…>

—

У вас дымовые есть? Прием!

—

Дымовые есть! Прием!

—

Дайте дымовым один снаряд — огонь! Дымовым один снаряд, огонь! Я не могу разобрать, где, чьи разрывы?! Один — дымовым![192]

Несмотря на упорные попытки артиллеристов помочь осажденным на вокзале подразделениям, огонь противника не ослабевал. По воспоминаниям участников боев, артиллерия не смогла оказать им действенной помощи.

—

12-й, прием!

—

На приеме!

—

12-й, выходишь или нет, прием?!

—

Без изменений, без изменений!

—

Не понял, не понял!

—

Без изменений! Стоим — ведем бой![193]

Неожиданно блеснула надежда. На связь вышел генерал-майор Пуликовский и сообщил о выдвижении отряда десантников на помощь окруженным. Стоит заметить, что подобные сообщения 1 января многократно звучали в эфире.

—

Я 11-й, я 11-й! К вам сейчас, как вы заходили , будет выходить «Сила»… будет выходить «Сила»… так же, как вы заходили… на вокзал!

—

Прием!

—

Направляйте, направляйте ее сюда!

—

Понял, понял![194]

Наконец полковник Савин понимает, что помощь пробиться не сможет. Он вызывает генерал-майора Пуликовского и впервые просит у него разрешения на отход из района вокзала.

—

Надо срочно отсюда выходить! Всё, блядь… мне тут уже… долбят, блядь… Какая будет моя дальнейшая задача, прием?!

—

Сейчас уточню!

—

…прием!

—

…прием! Уточните мне дальнейшую задачу!

<…>

—

Я уточняю, уточняю! Не могут поставить задачу сейчас, там разбираются!

—

Задачу… мне тут пиздец приходит, блядь, уже, на хуй![196]

Однако самостоятельно отойти из района железнодорожного вокзала было сложно. Большое количество раненых и отсутствие подвижных средств для их эвакуации серьезно затрудняли эту задачу. Бронетехника бригады вся была либо уничтожена, либо отсечена огнем противника. Командование предлагает Савину выводить бригаду в парк имени Ленина, где располагался отряд 19-й мотострелковой дивизии.

—

Если можете уходить, то это к парку культуры Ленина! К парку культуры Ленина, к «Силе» въедьте !

—

Не понял, не понял!

—

Если можете уходить — то к парку культуры Ленина! К «Силе», к «Силе» туда идти!

—

У меня очень много раненых, блядь! Раненых много… я не смогу уйти, наверно… Помощь нужна!

—

Понял, тебя, понял!

—

От 30 человек уже, если не больше, блядь!

—

Сколько?

—

Я сюда не пройду!

—

Сколько? Не понял!

—

30, 30, бля!

—

Понял![197]

Понимая, что уйти с ранеными, не имея транспорта, будет сложно, полковник Савин в который раз запрашивает «12-го» — способен ли он подойти к вокзалу и помочь.

—

11-й! (Перепутал позывной, обращается к Савину. — Прим. авт.). Тебе начали… помогать дымами! Как ты меня понял, прием?!

—

10-й, я 11-й! Тебе начали помогать дымами, прием!

—

Это… 12-й, я 10-й, прием!

—

На приеме!

—

Ну, ты что? Вышел… хоть немножко или нет?!

—

Не понял!

—

Из «коробочек» не вышли, прием?!

—

Не понял!

—

«Калибр-10»…

—

Ты вышел или нет?!

—

Выхода нет…

—

… -09, прием!

—

…стою на месте!

—

Блокирован?