Именно с того времени появилась возможность развиваться у всех, у всех кто смог создать у себя УСЛОВИЯ для развития. Если кто-то не смог воспользоваться – никто не виноват, если в Южной Америке в это время диктаторы делили власть, если в СССР в это время закрывались от всего мира «железным занавесом», если в Африке воевали – никто им не виноват. Вот китайцы, хоть и коммунисты, смогли воспользоваться создавшимися возможностями и договорились с кем надо, и страну не разрушили. Ну, и закругляя разговор о перепроизводстве доллара, не забудем и такие мелочи. Кто сказал, что определённый товар должен всегда стоить – один доллар. А если раньше был один товар на одного человека, а сегодня у нас на том же месте уже 10 человек живут, то значит нужно произвести уже 10 товаров. Но на них нужны 10 долларов. Так вот вопрос, что должно появиться раньше, новые девять долларов, или новые 9 товаров? Я так думаю, что сначала должны появиться деньги. Это вопрос конечно на уровне курицы и яйца, но в жизни – сначала должны появиться деньги, и лишь потом товар. «Утром деньги – вечером стулья».

Второй вопрос, возникающий из первого: сколько денег должно появиться? А фиг его знает. Величина слишком сложная для расчёта, но, грубо говоря, чтобы каждому новому человеку хватило, может по одному доллару, а может и по 10, они там разберутся сами и с товаром и с ценами. Деньги помогают развивать производство, без денег – нет производства. Это аксиома. Дальше. Сегодня многими авторитетами утверждается, что ФРС производит слишком много лишних денег. На чём это основано? На каких расчётах? Например, в Узбекистане за последние 15 лет, валюты обесценивались и менялись трижды. Узбекистан действительно печатает слишком много необеспеченных денег. В России нули и добавлялись и убирались за это же время тоже нехило. Значит, Россия тоже печатала денег больше чем Америка, хотя и меньше чем Узбекистан.

А с долларом всё не так страшно. Ну, обесценился на нолик-другой за сто лет. А кто лучше? Кто белый и пушистый с ангельскими крылышками? Нет таких. Рынок сбыта за 100 лет насколько вырос? Тут не страшно и ошибиться и напечатать много больше, лишь бы не было нехватки, ибо (аксиома) – отсутствие денег – тормозит развитие экономики. И если бы США были такими злостными колониалистами, не позволили бы они Европе создать Евро, ибо это конкурент. Реальный и опасный конкурент. Например, 30 % израильского экспорта идёт в Европу, и эти 30 % продаются за евро, а не за доллары уже сейчас и сегодня. Не говоря уже о самих европейских странах, которые во взаиморасчётах перешли на евро. Это ж страшно подумать! Для доллара за 10 лет потерян огромный рынок сравнимый по объёму с американским ВВП.

По конспиративным теориям Старикова этого не могло произойти, уже кого-нибудь должны были убрать, взорвать, запугать, подкупить, а евро не должно было появиться ни при каких обстоятельствах. Но, тем не менее, евро – это факт. Конспираторщики всегда выбирают только удобные им факты, ибо жалко портить такую красивую теорию. Этак ведь и книжку не продать. Девальвация – это снижение стоимости национальных денег на внешних рынках. В нормальных условиях используется для повышения конкурентоспособности своего экспорта. Так поступает Китай, Япония, сегодня и США. Инфляция – это снижение стоимости денег на национальном рынке. Основная задача инфляции в нормальных условиях – повышение скорости внутреннего товарно-денежного оборота. В норме внутренняя инфляция приводит к более или менее пропорциональной девальвации валюты.

Но бывают исключения. Например, рубль – он подвержен инфляции примерно на 15 % в год, при этом укрепляется к другим валютам, на 3–4% в год. И, наоборот – в Японии йена долгое время росла на внутреннем рынке, а на внешних рынках девальвировалась. А теперь, по большому счёту, какая разница между гиперинфляционным и гипердевальвационным сценарием для США? Главные проблемы США

– большие долги населения и компаний; большой внешний государственный долг; и большие объемы долларов на руках у нерезидентов; дефицит бюджета и пенсионной системы и тому подобное. При запуске управляемой гиперинфляции, количество денег в обращении увеличивается в несколько раз, причем эти деньги распределяются через Правительство и основные американские банки. Номинальные доходы всех субъектов (от бюджета до потребителя) вырастают в несколько раз, что обесценивает долги населения, государства, компаний и социальных фондов. Но реальные доходы субъектов снижаются не очень сильно – максимум на 30–40 %. Т. е. доллар за год-полтора дешевеет в 4–5 раз, а доходы населения, компаний и бюджета вырастают в 3–3.5 раза. Т. е. главными потерпевшими оказываются внешние держатели долларов и обязательств США, а также иностранный бизнес, чужие правительства и их население.

Если же запускается принудительная девальвация, т. е. если Китай, Россия и арабы сбрасывают свои доллары, то ситуация получается прямо противоположная. На фондовом и товарном рынках (без обеспечения) оказывается несколько триллионов никому не нужных долларов, и бакс дешевеет к другим валютам в те же 4–5 раз. Но! Эти лишние доллары принадлежат уже не правительству и частным банкам США (не забывайте – ФРС частный акционерный банк), а иностранным резидентам. Соответственно, номинальные доходы американского потребителя, бизнеса и бюджетов остаются прежними, а покупательная способность бакса на внешнем рынке многократно падает. Т. е. нефть, лес, газ, медь, компьютеры и даже китайские носки для американцев дорожают в 4–5 раз. А реальные долги американских субъектов при этом как были гигантскими, так и остались. Только теперь ещё и доллары никто не берёт в качестве средства погашения, а требуют с американцев евро, рубли и юани. А эти самые евро, рубли и юани обходятся американцам теперь в 4–5 раз дороже, да к тому же им нужно продать что-то действительно ценное, чтобы их получить.

То есть, гиперинфляция – это фактически способ для США списать все свои долги, а принудительная девальвация, наоборот, неизбежно приводит к необходимости начать выплачивать эти долги, причём по гораздо более высокой цене, чем сегодня. Большинство людей слишком буквально воспринимает термин «политика сильного доллара». Подразумевается (и подразумевается неправильно) что «сильный доллар» – это высокий курс доллара, причём любой ценой. Но я разочарую участников: политика сильного доллара – это стратегия управления мировым финансовым пространством с использованием долларового рычага. Т. е. доллар силён не в смысле его высокого курса, а в том смысле, что он используется как инструмент: силового влияния на иностранные финансовые системы – это раз; и принудительного колониального налогообложения – это два. Основой политики сильного доллара является постоянное использование курсовых и процентных качелей с большой численной и временной амплитудой.

Схема всегда примерно одинаковая – сначала сам доллар и стоимость долларового кредита отправляется в свободное падение и иностранные экономики в течение нескольких лет накачиваются «от пуза» быстро дешевеющими долларовыми кредитами и инвестициями в колоссальных объёмах. Причём, большая часть этих долларов тут же возвращается в американские активы и снова становится источником финансирования долларовой экспансии. Получается такая рекурсивная накачка планеты, по сути, одними и теми же деньгами, причём за счёт самих же иностранцев. Это обеспечивает США значительную дивидендную, процентную и инфляционную ренту. Следующие несколько лет доллар укрепляется (вопреки всеобщему мнению о скорой кончине), новые кредиты дорожают, а инвестиции и дешёвые кредиты ФРС начинают изыматься.

Теперь США получают спекулятивную прибыль с надутых за рубежом пузырей, а также с высокой курсовой разницы. В конце концов, массированный отток капиталов и резкое подорожание доллара приводит к кризисам в «облагодетельствованных» странах, отчего их финансовые системы начинают сильно болеть, все активы значительно дешевеют, а все многолетние сбережения убегают в «надёжные» активы США. Подешевевшая экономика быстро скупается или затаптывается новой экспансией подорожавшего доллара, и весь цикл повторяется с самого начала.