На плече зачесалась моя татушка. Резко обернувшись, увидел двух нападавших. Среагировав мгновенно, я отразил удар одного, и блокировал движения другого. Ударом ноги, отшвырнул одного из нападавших, а второго приподнял над землей, удерживая за горло когтистой лапой. Когтистой??

— Что? — прошипел я, голосом, больше похожим на рычание зверя. Наши противники как-то мгновенно затихли. Тот, которого я удерживал за горло, продолжал сучить ножками в воздухе. Остальные двое, упав на колени, начали что-то говорить.

Ко мне со спины подошла Рада, я чувствовал ее приближение, но не спускал глаз с противников.

— Отпусти его, — тихо сказала она. У меня в груди продолжало клокотать рычание. Почувствовал ее руку на своей ру… лапе. Ослабив хватку, отбросил беднягу в сторону.

— Блин, не хочу я этого делать, но придется, — услышал я ворчание девушки и в следующую секунду она, как и трое парней опустилась на землю. Но в отличие от них встала на одно колено. Мужчины, откинув капюшоны, смиренно опустили головы. Только девушка смотрела на меня с вызовом.

— Ты чего? — уточнил я, чувствуя дискомфорт от того, что кругом все падают на колени, как перед королевской особой.

— Отошли их, — шепнула мне девушка.

— Свободны! — сказал я, махнув рукой. Парни, схватив мечи, убежали, так же быстро, как и появились.

— Да что происходит? — уже начинал закипать я.

— Только те, в чьих жилах королевская кровь могут перекидываться частично. Как ты, — говорила девушка, стоя на одном колене и чуть-чуть склонив голову в знак уважения.

— Частично? — эхом повторил я. Рада кивнула в сторону моей машины. Я, обернувшись, замер, рассматривая в стекле свое отражение. Черты лица стали более заостренными, звериными, руки больше напоминали лапы тигра, кое-где виднелась белая шерсть с черными пятнами. Я посмотрел на свои ладони.

— Обалдеть! — выдохнул я, вновь перевел взгляд на отражение, — Ну, хоть глаза остались прежними.

— Что значит 'прежними'? — спросила Рада, подходя ближе. С приближением девушки, почуял ее запах, в горле вновь зародилось рычание. Но уже не злобное. На шее зачесалась татуировка рысёнка. Я наклонился ближе к зеркалу. Рысь, лениво потянувшись, выгнула спину и, подпрыгнув, забралась под футболку. Оттянув ворот, увидел, как она, свернувшись в клубочек, улеглась на правой груди.

— Какие глаза у тебя? — встревожено спросила Рада, — Какого цвета?

— Сине-зеленые, — тихо сказал я. Сколько себя помню, окружающие всегда удивлялись и задавали вопросы по поводу моих глаз. Вначале мне это льстило, потом надоело. Поэтому почти не снимаю очки с темными стеклами.

— Синий, как морские глубины, и зеленый, как травы на лугу? — уточнила девушка, растягивая слова, как будто пела какую-то песню, и уже обычным тоном повторила, — Один глаз ярко-синий, другой темно-зеленый.

Я повернулся к девушке, в драке очки затерялись, так что уже приготовился к очередным вопросам на злободневную тему. Несколько секунд она молчала, всматриваясь в мое лицо. Я в свою очередь любовался ее чертами. Раскосыми глазами ярко-зеленого цвета, обрамленными густыми ресницами, курносым носиком, вздернутым вверх, припухлыми губками. Мы одновременно протянули руки, касаясь щек друг друга. Почувствовал прикосновение ее нежных пальчиков к своему лицу, вновь захотелось рычать.

— Таймир Белый Тигр, — улыбнулась девушка, не отрывая от меня взгляда.

— Рада Золотая Рысь, — также тихо ответил я, как будто знал, что нужно сказать именно эти слова.

Рада, обхватив мое лицо двумя ладонями, начала что-то шептать. Под ее слова все наши татуировки ожили, паря в воздухе, и начиная медленно кружить возле нас, с каждой секундой увеличивая скорость вращения. Ветер, взявшийся ниоткуда, разметал ее волосы. Казалось, рыжие локоны согревали и ласкали языками пламени. Обхватив ее лицо своими ладонями, наклонился ближе. Вокруг нас образовался кокон изо льда. Но лед не холодил, а наоборот согревал, даря ощущение покоя и надежности.

Рада замолчала, устало прикрыв глаза. Ее волосы все еще касались моих рук, лаская кожу. Наши татуировки тигра и рыси терлись мордами, громко урча.

В это же время на другом конце города

— Ну, заходи, гостьей будешь, — пробормотал молодой человек, открывая окно и впуская маленького ястреба в комнату. Почти год каждый вечер на карниз у его окна садился ястреб и внимательно смотрел сквозь стекло. В первые дни парню было как-то неуютно от пристального взгляда птицы, но с каждым визитом он все больше привязывался к ночному гостю. Теперь же молодой человек сам открывал окно, не зависимо от погоды, в ожидании ястреба.

Птица впорхнула в комнату, и уселась на спинку кресла, в котором сидел хозяин квартиры. Сложив крылья, ястреб, едва заметно наклонившись к голове парня, потерся о его волосы опереньем, вызвав смех молодого человека.

— Я тоже скучал, красавица, — улыбнулся парень, — Знаешь, я тут подумал, мы год знакомы, а имени твоего я не знаю. То, что ты самка, я уже определил. Могучая вещь- интернет, — ласково говорил парень, похлопав по системному блоку, — Вот только имени твоего он мне поведать не может.

Парень провел рукой по крыльям ястреба.

— Я — Борислав, — подумав сказал он, — Но можешь звать меня Борис, ну или как захочешь.

Птица негромко что-то крикнула. Вспорхнув, уселась на клавиатуру, и слегка ударила клювом по клавишам.

— Помочь решила? — улыбнулся Борис, — Давай, я не успеваю с заказом, еще и клиент нервный попался.

Парень, встав с кресла, размял спину.

— Я на кухню, мяса тебе принесу и себе что-нибудь пожевать, — сказал он, выходя из комнаты, — Ночь будет длинной.

Через полчаса Борис вернувшись в комнату, увидел, что его пернатая подруга сидит на спинке кресла с важным видом, и не сводит взгляда янтарно-желтых глаз с парня.

— Дай-ка посмотрю, что ты там написала, — пробормотал Боря, присаживаясь и придвигаясь вместе с креслом к столу. На мониторе было напечатано одно слово 'Таниида'.

— Таниида? — удивленно прочитал парень, — Тебя звать так?

Ястреб как будто кивнул, издав звук, похожий на утверждение.

— Буду звать тебя Таней, идет? — улыбнулся Борис.

'Зови', - услышал парень мелодичный женский голос в своей голове.

— Ёк-макарёк, — пробормотал Боря, потирая виски, — Нужно бросать курить и спать как можно больше.

В ответ ястреб издал звук, похожий на смех.

Рада

Всю мою жизнь мне твердили о семейных отношениях, о традициях, об уважении к роду правителей и к нашему роду. Мой отец — первый помощник Короля Тимолая Правителя Туврона. Вернее был первым помощником, до тех пор, пока не пожертвовал своей жизнью ради сына правителя. В то время я была совсем еще ребенком. После смерти отца мама увезла меня из королевства, поклявшись никогда не возвращаться в родные земли, и заставила меня дать такое же обещание. Клятву на крови. Клятву, которую не сможет нарушить ни одна ведьма. Особенно ведьма Огня. Я росла в мире людей, в тайне мечтая вернуться на свою родину. В памяти остались детские воспоминания об отце, красивом замке, и живописной природе. После смерти мамы, странной и необъяснимой, я пыталась несколько раз перейти тонкую грань между миром людей и жителями Туврона. Но каждый раз обрекала себя на муки, теряя силы, и с трудом оставаясь в живых. После каждой попытки приходилось длительное время восстанавливать свои магические силы, и уже отчаялась вернуться. Я смирилась с тем, что проведу свою жизнь тут. До сегодняшнего дня у меня не было сомнений в этом. До тех пор, пока не посмотрела в глаза Таймира. Хрупкая надежда поселилась в моей душе. Надежда на мирную жизнь, надежда на то, что не нужно каждую ночь опасаться незваных гостей. После смерти мамы я постоянно переезжала, не задерживаясь на одном месте подолгу. Сама не знала, от чего приходится убегать, просто следовала велению голосов в моей голове. Как и сегодня ночью. Голоса привели меня в этот переулок, заставили скрываться от стражников. Стражники. Наемники Туврона, выполняющие приказы того, кто платит больше. Однако даже они не могли пойти против тувронцев из королевского рода.


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: