"Если б я был султан,

я б имел трёх жён..."

На миг ему вспомнилась другая Лена - Ленхен, за большегрудость прозванная "Балкон". Перед искушением прелестями той, подосланной к нему секс-вербовщицы с планеты Западный Ахтунг, устоять не мог никто. Это было ещё в молодости, на планете Восточный Ахтунг...

- Экипажу приготовиться к взлёту! - в динамиках раздался голос командира летающей тарелки. - Экипаж, взлетаем!

Внутренний двор Льмерка, окружённый высоченными звездобашенными стенами и голубыми елями, стал за стеклом иллюминатора стремительно уменьшаться и отдаляться. Внизу мелькнула и исчезла Гемоглобиновая площадь с Лобным местом, и серая река с тёмно-серыми мостами.

Опустив веки, Путтипут стал мечтать: "Ллленочка!.. Вот, если бы государственный строй Дурдониса преобразовать в султанат! Взять, и внести поправку в Конституцию. Мы же не пидорам браки узакониваем! Наоборот, рождаемость бы в разы подняли. И у меня титул был бы... Султан-Путтипут-хан-хазретлери, Сын Света и Наследник Небесного Царства, Брат Солнца и Луны, Тень Аллаха и Создатель Рая на земле... ИНШАЛЛА, как говорится! Но это уже после Игроманиады. Сейчас некогда. А в Сочисиме не сегодня-завтра надо будет Ллленоч..."

Грёзы Путтипута прервал голос начальника переименованного КГБ:

- Вадим Вадимыч! Поступили новые данные с сайта "ВикиЛипс"... Ассандж, сцуко, опубликовал очередную порцию секретных документов Госдепа Соединённых Штатов Андромеды...

"Трудно быть Богом!.." - вздохнул Путтипут и неохотно поднял веки. Генерал Наскрёбышев протянул бумагу, в которой чёрным по белому сообщалось:

Министр обороны Дурдониса Смердюков вел в рамках официальной линии секретные переговоры со своим коллегой с планеты Альдебаран Зуфаром Арабиевым. Вечером же в неформальной беседе, после второй бутылки водки, Смердюков признался, что Дурдонис разработал супер-мега-оружие, способное разложить любую военную цель на так называемые "частицы бога" - бозоны Хиггса. После третьей бутылки Смердюков сообщил, что показательные испытания чудо-оружия уже провели в горной резиденции Путтипута в Дурдонских Альпах, а следующие приурочат к инспекционному визиту самого Верховного меркадера на строящиеся объекты Игроманиады и Чемпионата Вселенной по футболу...

Приведённые разведданные сообщены Зуфаром Арабиевым лично Энну Парси, послу Соединённых Штатов Андромеды в Абгафнистане.

Путтипут оглянулся на Смердюкова. Тот, свесив нос к пупку, сладко похрапывал в глубоком кресле, из под которого торчали его лапы в розовых тапках 45-го размера, с вышивкой белыми мулинэ "ЕVA".

"Болван нежится в сонливой лени, - скрипнул зубами Путтипут, - а в моей печенке голубиной зеленеет желчь! Мудило, так мудило! Харю нажрал - сама просит оплеухи - кровь с молоком - во-во треснет. С его мозгами только в горохе пугалом сидеть. И ничего с мудаком не поделать: его тесть - кассир Льмерка, ответственный за пилинг бюджета. И он такое знает! Придётся присвоить Смердюкову звание "Герой Дурдониса" и тихо переместить в министерство... Мирного Атома, к примеру..."

Генерал Наскрёбышев, не дождавшись указаний, шиворотным ходом вернулся на своё место.

Путтипут опустил веки и незаметно для себя задремал.

- О, нихт! Нихт щиссен! Фрау Шлидель!

Кошмар с фрау Шлидель преследовал Путтипута уже долгие годы. Будучи ещё унтер-меркадером, он служил на планете Восточный Ахтунг. Его обязанностью там было следить за соотечественниками-дурдонцами. Это теперь Путтипут пиарил себя, как доблестного разведчика. А никаких разведшкол Путтипут в жизни не кончал, и тогда в Гитлербурге он должен был подглядывать за своими, подслушивать своих, собирать всё на своих, стряпать донесения и докладывать наверх - в Контору Глубокого Бурения. Копии донесений он подшивал в папки, складывал в сейф и запирал на два ключа. И однажды ключи потерял. Это теперь он Верховный меркадер - Великий и Ужасный, перед которым трепещут гуманоиды всех дурдонских каст - олигаторы, политиканы, чваны, меркадеры, аллироги, быдлы. Да, теперь он - супер-гуманоид. А тогда... Тогда замшефа приехал проверять его бумаги, и Путтипут повёл его в гаштет угощать ужином. Замшефа не имел перспектив карьерного роста, морально готовился к увольнению в запас и любил шнапс. После двух гросс доппелей - больших стопок, он потеплел, погрузнел, покраснел и крикнул официантишке:

- Кельнер! Цвай вайтере шнапсшюссе (Официант! Ещё два шнапса)! Цвай гросс доппель (Два больших)! Шнель! Шнель!

Путтипут тогда разглядел своё мутное отражение в стекленеющих зеницах замшефа и, прикидываясь школяром, попросил:

- Галин Борисыч, научите жить!

Замшефа усмехнулся:

- Мы с тобой сёдня, шо празднуем?

- День Конституции.

- А К-н-стуция, шо такое?

- Основной закон.

Наклонясь к уху Путтипута, замшефа понизил голос:

- Основной закон - это мы! Знаешь, почему? "КГБ", знаешь, как расшифровывается? "К-н-стуция - Галимая Булда". Мы - выше К-н-стуции! Запомнил? "Право на жизнь", "судебное решение" - всё булда. Главное - замочить в сортире ДО судебного решения! На сортиры Конституция не распространяется. Мы те, Кому Гарантирована Безнаказанность. Токо, ТС-С-С! Эт г-с-дарственная тайна! Пон-л? КЁЛЬНЕР, МАТЬ ТВОЮ... АР-РЕСТОВАЛИ! Ещё шнапс!

В тот вечер Путтипут нализался так, что потерял ключи от сейфа с папками донесений. Бывает же непруха! Всегда был фартовый - однажды даже целый "Запорожец" в лотерею выиграл! А теперь запах жжёного в печах брикетного угля в воздухе Раденбергер-штрассе, так нравившийся ему в начале его зарубежной службы, стал казаться запахом преисподней. А его любимые длинные толстые и крепкие жареные и пареные сосиски с горчицей, продававшиеся на каждом углу, будто нарочно, для повышения сексуального градуса обитательниц Ахтунга, стали казаться ему рогами самого диавола. В дрёмах бессонниц ему стала являться Дама Пик - символ смерти. И он не спал, не ел, стал белее белены и начал воображать, как, и где он застрелится из табельного оружия. Он жалел, что раньше не написал рапорт об отставке, что не уволился. Его коллеги увольнялись из КГБ, ругая развал, и виновника развала - тогдашнего главу государства - фигляра Алканавта Ёлкина. И Путтипут жаловался жене:

- Кругом развал! Дурдонис доконали - средь быдл растёт презренье к меркадерам. Уволиться к чертям! А?! Быть или не быть?!

- А как семью кормить?! - недоумевала жена. - На что мы будем жить?!

- Пойду, хоть в кооператив - юристом... Ну, или, на худой конец, таксистом... на грёбаном "Запоре" таксовать...

- Но, как! Мы ведь ещё на "ГАЗ-21" не накопили!

Тогда всё обошлось - Её Величество Фортуна избрала Путтипута для своего никому ещё не ведомого промысла, и не пустила его ни в расцветавшие и процветавшие тогда кооперативы, ни в частный извоз. Пожилая гитлербурженка фрау Шлидель, нашедшая ключи, потрудилась найти и их хозяина. Отдавая ключи, приветливо улыбнулась и кивнула:

- Битте-щёён!

Но кошмарный сон остался.

Путтипут потом даже обследовался в больничке Четвёртого управления. Там сочли количество рецепторов на причинном месте - 4 тысячи. Измерили угол эрекции - почти 40o. Измерили скорость семяизвержения - 43 километра в час - короче, на своем пути все сметает. Исчислили суммарное количество произведённых сперматозоидов за все годки его житья-бытья - по объёму получилось 5 трёхлитровых банок. Всё в норме. А кошмарный сон про пожилую фрау повторялся вновь и вновь.

- Нихт щиссен! Ихь бин штази! Фрау Шлидель, мне капут!

Путтипут закричал во сне так, что Смердюков всхрюкнул, а новая секретарша Леночка решилась нажать кнопку вызова бортпроводника.