Мы так и остались на кровати, прижавшись друг к другу: выпитые до дна и счастливые. Время шло, сон подкрадывался, но всё не мог меня сморить. Я просто лежала поверх застеленной кровати в ласковых объятиях.

- Любимая, - шепнул Глеб, поглаживая по волосам. Я приоткрыла один глаз, мой мужчина не удивился.

- И давно? - уточнила я тоже шёпотом; дрёма слетела, как ни бывало.

- Очень. Но сначала ты притащила из путешествия Сергея, потом чуть с ума не сошла из-за арийского дома и гильдии, а попутно из-за арийца, да и я волновался, что ты отца до сих пор любишь... как-то случая не представлялось сказать.

- А сейчас нашёл самый подходящий? Вместе со всеми, - ехидно уточнила я.

- Почему со всеми? Я подождал, пока ты их разгонишь. Я бы, конечно, мог ещё потерпеть, но потом подумал, что лучше ты переживёшь очередное признание, чем я нового ухажёра рядом с тобой.

- Правильно решил, - подтвердила я, прижимаясь к Глебу поближе. И запасная кроватка в комнате тоже очень правильно.

***

Мы всей семьёй, даже вместе с бабушкой и приехавшим погостить Женей, сидели за чаем в зимнем саду. Лена тоже осталась с нами, но дочку няньке не отдала, укачивала тут же. Лёша наблюдал за племянницей, сидя у дяди на коленях. Соня покинула нашу компанию недавно, отправилась с ворохом созданных мной артефактов в гости к арийцам, а точнее к одному всем в Зайцевске знакомому арийцу, который последнее время занимал мысли молодого некроманта.

И вдруг дворецкий принёс необычный конверт с моим именем, прервав нашу идиллию. Я пробежала по строчкам. Меня приглашали как знаменитого артефактора в столицу, давая лишний повод для гордости. Я торжествовала, понимая, что теперь больше никто не посмеет диктовать свои условия.

Первым делом я передала конверт Глебу, чтоб он тоже порадовался. Потом бумага пошла по рукам, а за ней последовали восторженные поздравления.

- Когда мы отправимся? - как бы невзначай между радостью родни заметил Глеб.

- Мы? - удивилась я, не сразу сообразив.

- Я бы хотел поехать с тобой.

Глеб говорил тихо, но неожиданно за столом повисло напряженное молчание. Напряженное и заинтересованное. Я не сразу поняла, чем вызвана реакция, пару раз непонимающе моргнула глазами. А потом вспомнила, что из самой первой своей поездки я умудрилась привезти любовника, а в Арийских степях завести другого. И расхохоталась, хотя Глеб по-прежнему продолжал на меня смотреть внимательно и настороженно.

Я нагнулась к нему поближе, чтобы не работать на публику. Он покорно наклонился ко мне, и я прошептала:

- В пятницу как проснемся, любимый!

И он, ни капли не стесняясь пожилых родственниц и маленьких детей, поцеловал меня. Да, теперь он имеет даже полное право исполнить свое желание и оформить наши отношения официально, чтобы я принадлежала только ему и не смогла никуда удрать. Как бы ни демонстрировал, что ему все равно, а периодически думал о таком, но не хотел на меня давить. А я уже давно пережила тот период, когда боялась замужества как огня, и подумывала, что Николай давно хотел погулять на свадьбе. Да и я, если честно, тосковала от мысли, что не прошлась в белом платье.