«Я бы взял самоотвод по делу с последующим переводом во Владивосток» – тихо произнёс Мазаев.

«Взять самоотвод посередине столь громкого дела было бы равносильно Вашему чистосердечному признанию» – ехидно рассмеялся консультант.

Мазаев растерянно покачал головой и продолжил ранее поднятую тему – «Но всё это ни что иное как самосуд… А как же закон? Что будет с обществом, если каждый будет судить сам?».

«Майор, как я уже говорил, что есть закон, если не свод норм и правил поведения, рассчитанный на типовые жизненные ситуации, целью которого является поддержание общества в некоем равновесном состоянии?» – с улыбкой ответил консультант.

«Что теперь будет с ним? С Мишиным?» – осторожно спросил Мазаев.

«Полагаю, что если о Вашей встрече на Кипре никто не знает, то – ровным счётом ничего» – спокойно ответил консультант – «В конце концов, наше дело уже закрыто. Если подумать более широко, то наказание преступника несёт в себе три основные общественные функции – это предотвращение повторных преступлений данным конкретным человеком в будущем, избежание совершения аналогичных преступлений другими членами общества по принципу «чтобы другим неповадно было» и удовлетворение потребности в восстановлении справедливости со стороны членов общества, пострадавших от действий преступника. В данном же случае, Мишин, как разумный человек, явно не собирается повторять свой подвиг, а «козлом отпущения» выступит уже знакомый Вам студент… Поэтому, в данной ситуации и овцы целы и волки сыты, а более точно – найдено приемлемое решение, устраивающее всех».

После этого, взглянув на простирающуюся водную гладь за бортом, нарушаемую волнами, создаваемыми движением судна, Алик задумчиво добавил – «Вполне возможно, рациональная месть действительно необходима, если баланс нарушенных прав не может быть восстановлен государством самостоятельно. И в этом отношении рациональная месть каждого действительно может построить лучшее общество для всех».

«И тебя тоже зацепила эта проклятая книга?!» – с возмущением переспросил майор.

«Увы, да…» – с ироничной улыбкой ответил Алик и добавил – «С сожалением приходится признать, что идеи, изложенные в книге, оказали своё пагубное влияние и на меня».

«Просто ушам своим не верю!» – с искренним недоумением произнёс майор и, плюнув за борт, эмоционально добавил – «Ты ведь интеллигентный и образованный человек – как ты вообще можешь верить во всю эту ерунду? Да будь проклята эта книга!».

«Майор, несмотря на всю ограниченность Вашего мышления и уж совсем невысокие интеллектуальные способности, Вы всё-таки хороший человек… И я весьма признателен Вам за откровенность» – глядя на майора, с улыбкой ответил консультант и, усмехнувшись, добавил – «Отвечу Вам тем же – это я автор той злополучной книги…».

«Вот, спасибо за такую оценку моего интеллекта…» – убитым голосом произнёс Сергей и потом, видимо, осознав вторую часть сказанного, чуть не вскрикнул – «Что ты сказал?!».

«Да вроде бы ничего особенного» – с улыбкой произнёс консультант и добавил – «И ведите себя спокойнее – нам не стоит привлекать лишнего внимания».

«Это ведь шутка? Да, конечно, шутка!» – рассмеявшись и уже слегка расслабившись, произнёс Мазаев – «Ты не можешь быть автором книги… Это было почти десять лет тому назад… Да и какой из тебя старик?».

«Да, десять лет прошло…» – с улыбкой произнёс Алик и добавил – «Майор, Вы не припоминаете, наш портрет пресловутого автора книги?».

«Студент, аспирант или профессор психологического, социологического, политологического или юридического факультета с повышенным чувством справедливости» – машинально произнёс Мазаев, припоминая слова профессора Разумовского.

«А я ведь тогда был студентом на третьем курсе юридического факультета и только – только начинал свою карьеру консультанта следственных органов…» – с упоением, неотрывно глядя на майора, произнёс консультант.

«Нет, не может быть…» – произнёс Сергей, слегка попятившись назад, и с усилием произнёс – «Для издания книги у автора должны были быть и деньги и связи с иностранным фондом – их просто не могло быть у студента!».

«Вы полагаете, майор, что, студенту, который может, по словам Ваших же собственных коллег даже «предсказывать будущее», составило большого труда заработать какие-то там сто тысяч долларов на фондовой бирже?» – с лёгкой усмешкой произнёс консультант и добавил – «Поверьте, не составило. Равно как не составило труда найти и бродягу – старика, которого впоследствии видели в том самом военном госпитале и которого Вы считали автором книги…».

Майор, получив ещё один весомый удар, тяжело облокотился на перила катера и, припомнив многочисленные попытки установления авторства, с трудом произнёс – «Нет, тебя бы нашли наши коллеги по базам данных студенческих работ и рефератов в процессе установления авторства книги… В конце концов, ты учился в ведущем университете страны, в котором имеется полный электронный архив старых работ, использующийся для предотвращения плагиата студентами ранее написанных работ. Мы бы точно узнали, если бы это был ты… В университете у тебя не могло не быть рефератов и курсовых работ…».

«И рефераты, и курсовые работы – всё было» – с улыбкой ответил консультант и, весело подмигнув, майору продолжил – «Просто наши коллеги из группы Арзамасова умеют не только создавать новых людей, по аналогии с никогда не существовавшим племянником Девятова, но и эффективно затирать следы существования вполне реальных, но по тем или иным причинам неугодных им личностей… Вот и в моём случае несколько лет тому назад их операция с эффектным названием «Шах и Мат» стерла следы моего присутствия в университете, да и не только в нём… Если бы не благоприятное стечение обстоятельств, то, вполне возможно, они бы успели тогда довести операцию до своего логического завершения…»

«Значит, ты всё знал с самого начала?! Знал и молчал?!» – взревел майор, схватив консультанта за шиворот пиджака.

«Спокойно, майор – не привлекайте ненужного внимания!» – медленно произнёс консультант и, наградив майора своим холодным тяжёлым взглядом, тихо добавил – «Знал что именно? Что это Ваш друг Мишин устроил серию взрывов на объектах энергетического хозяйства столицы в попытке привлечь внимание к какому-то там дорожно – транспортному происшествию в далёком Новосибирске?! Конечно, же, нет! В конце концов, это был Ваш друг, а не мой!».

Сергей ослабил хватку, но не сменил тему – «Но почему ты ничего не сказал?!».

«Майор, в течение всего расследования я неоднократно говорил, что книга и автор не имеют никакого отношения к данному делу, но не счёл возможным вмешиваться в работу группы и не стал препятствовать проведению расследования, в том числе и в данном направлении» – спокойно произнёс консультант. После чего с улыбкой добавил – «В ходе расследования я ничего не скрывал и никого не обманывал, ну, а то, что Ваш друг среди прочих прочитал и мою книгу – это было не более чем простым совпадением…».

Мазаев со злостью ударил кулаком по перилам и, глубоко вздохнув, спросил – «А причём тут этот некий Макс Латов? Зачем тебе нужен был псевдоним? Зачем вообще такие сложности?».

«Майор, а Вы серьёзно полагаете, что мне бы дали возможность продолжить работу в следствии по особо важным делам, если бы в моей биографии значилось авторство данной сомнительной книги?» – ехидно поинтересовался Алик и добавил – «В то время я искренне верил в то, что написал. Тогда мне действительно казалось, что эта книга в состоянии изменить мир и заставить людей мыслить свободно. Впрочем, приходится признать, что я глубоко ошибался и наш нельзя мир не изменить словами…».

«Поэтому ты и занимаешься своей консультационной деятельностью?» – после небольшой паузы поинтересовался майор и недовольно буркнул – «Опять они свою агитационную ерунду по радио крутят…».

«Работа в следствии – это мой вклад в непростое дело восстановления справедливости. Впрочем, вклад весьма и весьма скромный…» – спокойно ответил консультант, всё ещё разглядывая волны, разбегавшиеся по воде.