Сказанное позволяет выдвинуть предположение, что за последние 100 – 75 лет средства выражения, используемые литературным языком для обозначения «тайного действия» (соответственно «тайного признака»), пережили некоторые более или менее значительные изменения, не отмеченные лексикографией или, во всяком случае, не получившие достаточно четкого отражения в словарях. Для проверки этой гипотезы была предпринята сплошная выборка фактического материала из всей литературы, входившей в круг чтения автора. Таким образом, за 18 лет (1961–1979) сложилась картотека, в которой получили отражение следующие словоупотребления:

Материал картотеки охватывает более чем двухсотлетний период истории русского литературного языка (древнерусские и современные диалектные данные в подсчеты не включены), обеспечивая достаточно надежное и статистически достоверное установление закономерности происшедших – и происходящих – здесь изменений, определение действительных, живых, фактически утвердившихся, но не кодифицированных, и утверждающихся норм употребления наречий синонимического ряда.

Осколок обширного дублетного ряда (ср. др. – рус. таи —

въ тайность – въ тайности…), наречная пара тайно – втайне сохраняла отношения абсолютной синонимии еще в литературном языке XVIII – нач. XIX в. Начавшаяся дифференциация ее членов, вызванная активной тенденцией к устранению дублетных пар, осуществлялась на основе семантически обусловленной дистрибуции, превращая эту пару в привативную оппозицию с немаркированным первым и маркированным вторым членами. Наречие тай-но сохраняло при этом полную свободу употребления, тогда как его бывший дублет втайне все более замыкался в кругу глаголов и прилагательных, обозначающих внутренний признак субъекта: «внутреннее», «ментальное» действие-состояние, ср.: втайне беспокоиться, бояться, верить, возмущаться, восхищаться, гордиться, горевать, давать (себе) слово, дивиться, думать, жалеть, желать, завидовать, замирать, замышлять, кипеть от негодования, ликовать, любить, мечтать, молить, мыслить, ненавидеть, обещать (себе), обожать, печалиться, радоваться, скучать, тосковать, убиваться и т. п.; ср. также: втайне быть благодарным, грустным, несчастным, счастливым и т. п.

Есть все основания считать это ограничение фактической нормой современного литературного языка, рассматривая употребление втайне при глаголах внешнего, механического действия как противоречащее этой норме. Вполне обычные в прошлом случаи такого рода встречаются в настоящее время либо как примета индивидуально-авторского архаического или архаизирующего словоупотребления,[78] либо как своего рода поэтическая вольность,[79] либо, наконец, как единичные lapsi linguae автора, избежавшие правки: «Эти исследования ведутся втайне врачами, не желающими подчиняться международным правилам» (Литературная газета, 17 сентября 1971); «…съезды КПК и сессии ВСНП созываются втайне» (Комсомольская правда, 18 января 1978); «[Президент] вручил платформу для переговоров с Советским Союзом, втайне сформулированную Советом национальной безопасности и не обсуждавшуюся правительством…» (А. Овчаренко. Размышляющая Америка) и др. под.

Современная не сочетаемость втайне с глаголами «внешнего» действия свидетельствует о том, что значение ‘тайно’, несмотря на безусловную выделимость корня, отступило в этом слове на второй план, заслоненное другим значением – ‘внутри’; последнее, принадлежа этимологической форме в-…-е, синтагматически актуализовалось под воздействием подчиняющих глаголов и имен внутреннего действия-признака.[80] Отсюда закономерное вхождение этого наречия в обособляющийся от тайно синонимический ряд, возглавляемый наречием внутренне (ср. устаревающее внутренне и устар. внутри[81]): в душе (ср. также устар. в духе[82]), в мыслях, мысленно, в уме, про себя (устар. в себе[83]) и др. Ср. здесь также развернутые обороты в глубине (тайнике, тайниках, недрах, тайных закоулках, подвалах, пространствах и т. п.) души[84] (сердца, сознания, существа) и др. Вот некоторые показательные сопоставления.

Втайне – внутренне (внутренно): «Нежданов внутренне подивился не столько самохвальству г-на Кислякова, сколько честному добродушию Маркелова…» (И. С. Тургенев. Новь, XVII) – «Он злился на всех и втайне удивлялся: как они не видят и не понимают…» (В. Шукшин. Беспалый).

Втайне – в душе: «Роман в душе был благодарен отцу» (К. Седых. Даурия, II, 10) – «Она втайне была благодарна Борису» (Г. Семенов. Голубой дым); «Денисов говорил пренебрежительно о всем этом деле, но в душе (скрывая это от других) боялся суда и мучился этим делом» (Л. Н.Толстой. Война и мир) – «Втайне боюсь, что, выехав раньше времени, я потеряю право на отличие…» (А. Яшин. Из дневников военных лет).

Втайне – в мыслях: «…в мыслях она не раз уже давала себе слово забыть о нем» (Р. Ребан. Танцы на мосту) – «Он тосковал и втайне давал себе слово во что бы то ни стало быть там…» (М. Е. Салтыков-Щедрин. Благонамеренные речи).

Втайне – мысленно: «Проклиная мысленно эту ночь и ненастье, он ощупью отыскал лужу» (В. Богомолов. В августе сорок четвертого) – «…он не раз уже втайне проклинал себя, что согласился ввязаться в это дело» (В. Добровольский. За неделю до отпуска).

Втайне – про себя: «Он заводит знакомство с Магнусом и, про себя издеваясь над ним, смиренно выслушивает его наставления…» (Комсомольская правда, 12 января 1978) – «…подтрунивали над бедным автором, втайне издевались над ним» (Ю. Трифонов. Долгое прощание); «Про себя, т. е. в самом нутре души, я считал, что иначе и поступить нельзя» (Ф. М. Достоевский. Подросток) – «Он втайне считал ее недалекой, узкой, неизящной» (А. П. Чехов. Дама с собачкой).

Как свидетельствуют приведенные примеры, втайне в современном литературном языке функционирует в качестве универсального показателя внутреннего действия-признака, принадлежащего ментальной сфере субъекта и замкнутого в ней. Будучи маркой ментальности по отношению к тайно, втайне оказывается немаркированным по отношению к другим членам своего ряда, употребление которых, хотя и нежестко, прикреплено к определенным в стилистическом плане контекстам и к определенным семантическим группам ментальных глаголов. Так, несущее легкий налет разговорности про себя и книжные мысленно и в мыслях явно тяготе-ют к глаголам мысли и внутренней речи,[85] тогда как разговорное в душе и не изжившее еще былой книжности внутренне употребляются преимущественно с глаголами чувства.

Отражая объективное единство и слитность мысли, слова-речи и чувства, соответствующие группы глаголов взаимодействуют друг с другом, а границы между ними внутри единой семантической сферы ментальности оказываются неопределенными, диффузно размытыми; тем не менее в своих крайних точках они различаются достаточно определенно и четко. Ср., например, очевидную и не вызывающую сомнений неотмеченность сочетаний типа *мысленно // в мыслях – бояться, волноваться, скучать, тосковать, тревожиться и т. п. или *в душе – думать, предполагать, рассчитывать и т. п. Втайне свободно от этих ограничений.