С кадрами мне совершенно неожиданно помог Ашот. Как-то он пригласил меня в ресторан, мы пили красное вино и мило болтали ни о чем. Я уже несколько раз отказала ему в близости, но Ашот отнесся к этому с пониманием. В конце концов, я придумала отговорку, что пока прохожу курс лечения и половая жизнь мне противопоказана. Я думала, что Ашот сразу потеряет ко мне всякий интерес, но, оказывается, я его очень недооценивала.

– Дорогая! – воскликнул он. – Мне доставляет наслаждение любоваться твоей красотой, как я любуюсь прекрасным цветком. И если пока шмель не может опуститься на этот цветок, то он полетит к другому и возьмет там. Но все равно вернется к прежнему, чтобы вновь любоваться его красотой.

– Значит, мы друзья, несмотря ни на что? – улыбнулась я.

– Вах! Как ты могла в этом усомниться? – даже обиделся Ашот. – А как твои профессиональные дела? – более серьезно спросил он. – Может, пойдешь ко мне в клуб хореографом?

И тут я рассказала, что затеяла свое дело. Но всю правду тоже не стала открывать. Я всем говорила, что это стилизованные японские танцы и песни в исполнении очень красивых девушек. Ашот задумался.

– Конкурентка, значит? – пошутил он. – Кто бы мог подумать, что такая хрупкая прелестная барышня захочет заниматься мужскими делами!

– Да что ты! – рассмеялась я. – Я и кадры-то найти не могу. Только офис сняла.

– И на чьей территории? – спросил он, тут же став серьезным.

– Этим занимался другой человек, – туманно ответила я, не желая называть фамилию родителя моей солистки.

– Ясно. А с кадрами я могу тебе дать один совет.

– Да? – сразу став внимательной, спросила я.

– У одного моего друга был танцевальный коллектив, этакая восточная экзотика. Понимаешь?

– Стриптиз? – напряглась я.

Такого сорта девушки меня интересовали в последнюю очередь.

– Ну почему ты, а?! – воскликнул Ашот, всплеснув руками. – Сразу о плохом думаешь, а?!

– Успокойся! Просто уточнила.

– Не совсем стриптиз. Просто современные танцы с эротической тематикой. И девушки, в основном, кореянки. Такие черноглазые, невысокие и гибкие. У них танец был с настоящим удавом, так они его втроем с трудом поднимали, – усмехнулся Ашот.

– И что с ними сталось? – нетерпеливо спросила я.

– Финансовый кризис, – хмуро ответил он. – Часто так бывает. Нет спроса, нет работы, нет и денег. В рекламу нужно вкладываться сразу. Три месяца они всего просуществовали. Потом, говорил я ему, кто же такие дела начинает в мае? Все на юга разъезжаются, светская жизнь затихает, и мы, конечно, страдаем. А приезжие не очень-то в наши заведения летом захаживают. Деньги экономят. Я тебе дам телефон одной из девушек. Зовут Нари. Ты уж сама с ней договаривайся.

Невысокая, очень изящная, кареглазая и белокожая Нари и ее светловолосая и сероглазая подруга Майя понравились мне с первого взгляда. Девушки, оставшись без работы, с радостью ухватились за мое предложение. И я начала с ними занятия в пустовавшей комнате. Достала лекции госпожи Цутиды и исправно вводила девушек в курс дела. На мое счастье они обе имели профессиональное хореографическое образование и к тому же умели играть на гитарах. Я принесла сямисэн и показала основные аккорды. Они быстро переняли приемы игры. А потом начали прилежно репетировать. Я видела, что они очень заинтересованы. К тому же на первой лекции я четко провела границы между гейшами и проститутками. Через две недели ежедневных занятий я, наконец, заметила, что у обеих появилось нужное мне выражение отрешенности и внутренней постоянной улыбки.

Как-то к нам заехал господин Ито. Я познакомила его с Лизой, Нари и Майей. Он вежливо поздоровался, потом внимательно осмотрел помещение.

– А тут у тебя что? – поинтересовался господин Ито, заходя в аудиторию, как мы ее сейчас называли.

– Пока с девушками занимаюсь, – сказала я. – Танцы репетируем и на сямисэне играем.

– Понятно, – задумчиво сказал он. – Впоследствии подумай над тем, чтобы проводить здесь чайную церемонию. Идеальное место.

Я запомнила его совет и решила поразмыслить об этом на досуге. Мы прошли в мой кабинет. Лиза принесла нам по чашке кофе и тут же удалилась.

– Когда думаешь приступить? – спросил господин Ито. – А то меня все спрашивают, почему я прячу очаровательную и таинственную Аямэ.

– Девушки почти готовы, насколько это возможно за такой короткий срок, – ответила я. – Но мастерство будут нарабатывать в процессе. Пока я ими довольна.

– Может, в начале ноября пожалуешь с ними ко мне на гранд-прием, который я устраиваю в своем загородном доме? Я решил оставить его за собой и на зиму. Официально вас представлю. Тебя, конечно, в качестве Аямэ. Я уже сам соскучился по милому набеленному личику моей гейши! – добавил он. И после паузы предложил: – И визитки раздашь. Как тебе?

– Идея отличная! Вы так добры ко мне, Ито-сан!

– И даже не догадываешься, насколько! – неожиданно рассмеялся он. – Я и кимоно из Токио привез. Но среднего класса, так что извини.

С ужасом я почувствовала, как мои глаза увлажняются. Господин Ито сразу засобирался.

– Я пришлю за вами машину, – пробормотал он, выходя из кабинета.

На следующий день от господина Ито доставили несколько необычайно красивых шелковых кимоно, два симисэна и коробки с гэта. Я пригласила профессионального фотографа, девушки загримировались, надели кимоно. Снимки получились удачными.

– И это я? – воскликнула смешливая Нари, когда фотографии доставили в офис.

– Я тоже супер! – сказала Майя, изучая свое изображение.

– Сейчас отдам их Лизе, и она сделает красивые портфолио, – проговорила я.

Потом задумчиво оглядела девушек.

– В таком виде и состоится ваш дебют на вечеринке у господина Ито. Но один нюанс: нужны псевдонимы.

– Мишель! – тут же пискнула Нари и запрыгала, хлопая в ладоши.

– Сюзанна! – подхватила Майя.

– Нет, девочки! Только – японские.

Они посмотрели на меня вопросительно. Нари получила имя Идзуми, а Майя – Сакура.

– Ну, сакура, понятно, что вишня, – рассмеялась Нари. – А мое имя?

– Идзуми переводится как фонтан, – улыбнулась я. – А ты у нас – настоящий фонтан веселья и жизнерадостности.

Наш дебют прошел превосходно. Когда настал подходящий момент, господин Ито объявил немного торжественно:

– А сейчас, по многочисленным просьбам моих друзей, возвращение прекрасной Аямэ! Прошу!

И в многолюдном обществе наступила такая тишина, что стало слышно постукивание о стекла дома летящей снежной крупки. Я вышла на середину гостиной с сямисэном в руках. По бокам, чуть сзади, шли Сакура и Идзуми. Мы остановились и замерли в заранее отработанных эффектных позах. Три гейши вместо одной! Три ярких праздничных шелковых кимоно, три белых фарфоровых личика с красными губками – бантиками, живые цветы в высоко поднятых прическах – это выглядело необычно и красиво! Я потом видела нашу фотографию в одном глянцевом модном журнале именно в этот момент, когда мы замерли разноцветной феерической группой, давая гостям возможность полюбоваться собой.

Успех был ошеломительным. Присутствующие, когда вышли из шока, начали бешено аплодировать и громко выражать свое восхищение. За вечер я раздала все визитки, которые приготовила, и их еще не хватило. И уже со следующего дня пошел такой вал звонков, что Лиза не успевала отвечать. К концу рабочего дня ее язык заплетался. Я привезла ее домой настолько уставшей, что она даже не стала ужинать и сразу упала в постель. А я долго сидела на кухне и обдумывала открывающиеся перспективы. Двух гейш было явно мало. И я понимала, что мне придется еще какое-то время самой продолжать появляться в образе Аямэ.