Что за беспорядки? Сейчас расскажу. Дело в том, что Басра считается у мусульман, если не священным городом, вроде Мекки или Иерусалима, но все же - важным духовным центром ислама. Арабы уже много лет делят ее с новыми хозяевами этих земель, турками - так что беспорядки случаются здесь с дивной регулярностью. Нас угораздило явиться в город как раз в такой "интересный момент" - древняя Бассора наполнилась "вогабитами" - явившимися из пустыни, мрачными, фанатичными бедуинами, в очередной раз решившими свести счет с турецкими завоевателями - а заодно со всеми, кто посмел исказить нечистыми бида* истинный ислам.

  ## * Ныне Калининградская область, территория РФ.

  ##* Бида - "принесенное извне" - Последователи Мухаммада ибн Абд-аль-Ваххаба (ваххабиты) полагали, что настоящий ислам практиковался только первыми тремя поколениями последователей пророка Мухаммеда.

  *******************************************

  Из путевых записок О.И. Семёнова.

  Басра встретила нас неласково. Город был охвачен беспорядками - и грозили они вот- вот перерасти в мятеж. Бедуины- вогабиты в развивающихся плащах "аба", кучками собирались на площадях и рынках, бродили по городу, пугая местных жителей пронзительными взглядами: в их глазах горожанам мерещилось пламя, пожирающее их дома Мне сразу вспомнилась "Дюна" - вот так, наверное, встречали фрименов в городах Арракиса, и с таким же неистовым презрением смотрели они на изнеженных избытком воды и комфорта горожан.

  С турецкими солдатами вогабиты не задирались - пока. Но краснофесочники заметно нервничали - патрули ходили по улицам с примкнутыми штыкамиофицеры же и вовсе перестали появляться в городе иначе как верхом. Полицейские, вооруженные длинными палками, сделались тихими и незаметными, а перед вогабитами чуть ли не заискивали.

  А вот европейцам появляться на улице Басры не рекомендовалось категорически. Нам сказали об этом сразу же, как только мы сошли с парохода - и добавили, что пакетбот на Суэц уйдет лишь через два дня, а устроиться в порту на ночлег негде. Так мы могли либо провести эти три дня под каким-нибудь навесом, на войлочных кошмах и циновках, либо искать прибежища в городе. Таковое, к счастью, имелось - немецкая "фактория", в часе ходьбы от порта; не фактория даже, а скорее база крупной строительной компании - ангары, мастерские, площадка для локомобилей, штабеля стройматериалов; всё обнесено крепким забором. Туда- то мы и направились под охраной турецкого патруля, согласившегося проводить нас за горсть турецких лир.

  Устроившись в местной гостинице, мы неплохо провели вечер в почти настоящей баварской пивной. Сопровождал нас, конечно, Вентцель. Он уже успел разузнать, что творилось в Басре - и конечно, подробнейше нам все изложил...

  Началось все, как водится, с ерунды - на постоялом дворе ограбили четверых бедуинов, приехавших в город продавать лошадей. Воров не нашли; на беду, один из пострадавших, препираясь с полицейским, схватился за нож и был немедленно арестован. Немедленно к полицейскому участку явилась толпа бедуинов и стала требовать выдачи соплеменника - их разогнали, была стрельба, дело кончилось кровью. В схватке погибли двое бедуинов и один страж порядка. С тех пор город лихорадит уже два дня - пустынные жители то и дело сцепляются и с полицией, с турками и с местными арабами. Бедуины охотно припомнили свою природную неприязнь к торгашам, менялам и лавочникам, погрязшим в городских излишествах, и только и знающих, что искажать свет истинного ислама. В ход идут палки, камни, ножи - за неделю ползучих беспорядков погибло около полутора десятков человек с обоих сторон. Но потом стычки прекратились - как отрезало. Бедуины-вогабиты попрятались по щелям,; зато в город стали подтягиваться их соплеменники. Они прибывали группами по пять- десять человек и пока вели себя тихо - но горожане уже осознали, что грядет большая беда.

  Нас угораздило явиться в Басру как раз в тот момент, когда тлеющее по углам недовольство запылало ярким пламенем - и выплеснулось на улицы кровавой кашей мятежа. Так что назавтра мы проснулись под звуки ружейной стрельбы (пока еще - отдаленной) и под очень даже близкое кудахтанье прислуги гостиницы. Постояльцам предлагалось эвакуироваться на территорию фактории, под защиту стен и винтовок турецкой охраны; впрочем, это касалось вообще всех обитателей "немецкого квартала". Мы наскоро позавтракали и собрались, было, под шумок добраться до порта - теперь перспектива провести два дня в ожидании парохода под открытым небом нас не пугала. К счастью, в гостинице появился Курт - и объяснил наивным путешественникам, что улицы Басры - это сейчас сплошное поле боя: вогабиты режутся с местными арабами, с турками, с полицией; а уж европейцам - если, конечно, это не каре померанских гренадер, - соваться туда и вовсе не резон. Прирежут и убьют, причем как вогабиты, так и "мирные жители" города, дорвавшиеся, наконец, до настоящего веселья...

  Так что пришлось нам - мне, Ивану и Антипу, навьюченному нашей поклажей, - воспользоваться немецким гостеприимством.

   Вопрос о том, как попасть в порт, оставался открытым. В фактории мы узнали, что персонал фирмы в лице управляющего местным "филиалом" герра Штайнмайера принял решение выводить своих подчиненных в порт, дабы эвакуировать их морем, в Суэц - и пусть местные пока разбираются друг с другом, сколько им влезет. Оставалась понять, как почти полсотни европейцев и техников- турок сумеют преодолеет пылающие мятежом и залитые кровью улицы Басры...

  *******************************************

  Глава шестая

  В два часа пополудни экипаж барона Корфа, остановился на Немецкой улице*, против Фанагорийских казарм. Сворачивая на Немецкую, карета миновала высокий храм на Елоховской - Ромка улыбнулся ему, как старому знакомому. Он в первый раз выбрался на прогулку по Москве девятнадцатого века; по просьбе Ольги, Никонов поручил ее брата заботам барона Корфа - тот как раз собирался навестить старого армейского друга, командовавшего одним из резервных батальонов московского гарнизона.

  Николай Николаевич Фефёлов, подполковник, в 1877-м году закончил по первому разряду курс Чугуевского пехотного училища и, получив производство в офицерский чин, отправился на Балканы. Там он и познакомился с Корфом - на почве увлечения сокольской системой гимнастики**. После войны их тропинки не раз пересекались - и тот и другой оказались энтузиастами внедрения в армии гимнастической подготовки; Фефёлов вот уже два года как сочинял учебник по штыковому бою для нижних чинов и офицеров, а Корф, владелец фехтовального и гимнастического клуба, охотно ему содействовал.

  Барон часто навещал Николая Николаевича в казармах; Фефёлов отобрал особую группу нижних чинов и занимался с ними, отрабатывая методики для своей книги; порой к занятиям присоединялся и Корф.

  ## * Ныне - Бауманская улица

  ## ** Сокольская система гимнастики возникла в 60- х гг. XIX в. в Чехии. Была особо популярна в русской армии.

  Никонов представил Ромку Корфу только утром; поначалу молодой человек робел перед блестящим конногвардейцем (барон для визита к Фефелову обыкновенно бывал при параде), но скоро лед растаял и Роман принялся расспрашивать ротмистра о военной службе в Российской Империи - его собственные знания об этом предмете ограничивались беллетристикой и кинематографом.

  - А вот у нас писали этот, как его.. ну не помню, неважно. Короче, вроде бы офицеры солдат все время обворовывали и за счет этого денег немерено гребли? А те голодные ходили?

  Барон усмехнулся. Его, как когда-то Николку, несколько выбивала из колеи манера выражаться, присущая гостю из будущего. Да что там - барон всего- то два дня как узнал, что и Ольга, ее брат, и остальные "гости" Никонова явились из двадцать первого века - и был рад случаю поговорить с одним из "потомков" - тем более, тот тоже оказался военным. Вопросы молодой человек задавал, на взгляд барона, дикие, да и сам рассказывал весьма странные вещи. Беседа с Романом так увлекла Корфа, и дорога от Спасоглинищевского до Немецкой пролетела незаметно.