Хотелось поскорей покинуть проклятую пустыню! Казалось, что вот за тем очередным барханом на горизонте, наконец, замаячат силуэты домов. Но каждый раз нас ждало разочарование. Трагуги неслись вперёд, как ошпаренные, словно и им осточертел этот унылый пейзаж. Но треклятая Пустошь будто и не желала заканчиваться!

Преодолев ещё один бархан, нам пришлось остановить муравьёв. Замерев, мы не веря своим глазам смотрели вдаль.

— М-да, — выдохнул я.

— Что делать будем? — спросила Алая.

Хороший вопрос, с учётом того, что на горизонте чернела высокая песчаная стена. И она явно ползла в нашу сторону.

— Нужно укрыться где-нибудь, переждать бурю, — предложила Орила.

— Хорошо бы ещё найти это самое «где-нибудь» в этом богом забытом месте! — сказал я. — Да и сколько будем ждать? Потеряем время.

— И что ты предлагаешь? — Алая взглянула на меня, в её глазах я видел надежду.

Блин! Если я ошибусь, нам конец. Тяжело чувствовать себя ответственным за чужие жизни, а за жизни близких — тем более.

Я обернулся. Позади горизонт оставался чист.

— Только не говори, что нам надо возвращаться, — съязвила Орила.

— Ни в коем случае, — я мотнул головой. — Иначе всё зря.

Я напряжённо размышлял, что же предстоит делать.

Найрин!

«Да, Шаин».

Ты сможешь нас вынести отсюда?

«К сожалению, нет. Только тебя одного. Но ты понимаешь, что в этом случае вы все умрёте».

Триста шагов, мать их перемать! От досады я хлопнул ладонью по спине трагуга, отчего тот недовольно заскрипел жвалами.

— Что случилось, Шаин? — разволновалась Алая.

— Задница случилась… с нами! — огрызнулся я. — Я не знаю, что делать!

— Не паникуй! — крик Орилы привёл меня в чувство. — Так мы точно не выберемся из этой самой задницы. Стоит просто поискать, где укрыться.

— Да, ты права. Прости, Алая, что сорвался.

— Всё в порядке, Шаин.

— Ничего не в порядке. Это я вас сюда привёл. Можно попробовать пройти сквозь бурю, но мы можем заблудиться, потерять друг друга. Если ветер окажется достаточно сильным, то разбросает нас. И тогда…

— Да, помню. Три сотни шагов, — Алая стянула с лица ткань, защищавшую нос и рот. Она улыбалась. И от этой улыбки стало как-то легче. — Не волнуйся. Мы выкрутимся из этой передряги. Неужели Шаин, победивший гигантского демона, не сможет справиться с какой-то песчаной бурей?

— Скажешь тоже «с какой-то песчаной бурей», — усмехнулась Орила.

А ведь точно! Я вспомнил, как Найрин, будучи в форме каргана, защищала меня световым куполом.

— У меня идея, — сдерживая ликование, произнёс я.

— Насколько сумасбродная? — поинтересовалась Алая.

— Очень сумасбродная, — я ухмыльнулся самому себе.

— Хм. Тогда может сработать, — Орила кивнула. — Выкладывай.

Таргин лежала на софе в своих покоях и размышляла о предстоящем турнире. Он обещал быть интересным. Ведь в этот раз у её гладиаторов имелись высокие шансы на победу.

— Хави, — прошептала она в пустоту родное имя. Имя, которое вспоминать было больно. — Получится ли у тебя в этот раз?

Хозяйка башни почувствовала, как оборвалась магическая нить, связывающая её с кольцами трёх гладиаторов. Единственной связанной троицы. Троицы, в которой был Шаин. Она открыла глаза и тут же поднялась с софы. Спустя мгновение перед ней возник Даир и опустился на колено.

— Моя госпожа! — маг выглядел встревоженным, и в то же время Таргин явно ощутила в его мыслях долю радости. Она знала почему.

— Я вижу, что ты рад смерти Шаина, — произнесла Таргин.

Даир даже не вздрогнул.

— Посмотри на меня.

Некромант поднял взгляд на хозяйку и посмотрел в её ледяные тёмно-синие глаза.

Таргин шагнула в его сторону.

— Я знаю. Ты рад его смерти, потому что боишься Вахираза.

Даир молчал. Да и что он мог сказать? Хозяйка читала его мысли, как открытую книгу.

— Где он погиб? — спросила Таргин, уже зная ответ из мыслей подчинённого. И ответ ей совсем не нравился.

— В Пустоши Демона, — ответил некромант — он должен был отвечать, даже несмотря на то, что хозяйка северной башни уже прочла его мысли.

Таргин исчезла, чтобы в следующий миг возникнуть перед некромантом. Её пальцы сжались на горле старика, резкий рывок заставил его встать с колена.

— Это было глупо с твоей стороны! — в её голосе прорезалась сталь, а через её глаза на мага взглянуло нечто тёмное. — Зачем, Даир? — вопрос не требовал ответа. — Ты усомнился во мне? Страх сковал твой разум, о мудрый некромант?

Пальцы сильнее сжали горло. Даир захрипел, его глаза расширились от ужаса, готовясь выскочить из орбит.

— Не в страхе дело, — Таргин вдруг залилась зловещим смехом. — Всё из-за ревности! Ты специально настроил портал так, чтобы Шаин оказался очень далеко. Ему не осталось выбора, кроме как идти через Пустошь!

Всё тело некроманта покрылось чёрными узорами.

— Не…т, про… шу… гос… по…

— Познай Храм Боли!

Узоры тут же пришли в движение, вспыхнули огнём. Таргин отпустила подчинённого, и тот, рухнув на пол, затрясся и зашёлся в диком крике. Скрюченные в конвульсиях пальцы царапали пол, колени старика дрожали, он пытался биться головой об пол, чтобы смерть пришла быстрее, но это не помогало. Боль вгрызалась в кожу, в мышцы, скрежетала невидимой пилой по костям, по черепу, раскалёнными иглами проникала в мозг, скручивала в узел кишки. Огненные узоры выжимали из Даира всё. Зрачки хозяйки башни тут же накрыла золотая поволока — Таргин собиралась до последней капли выпить энергию боли, которую породят муки некроманта.

Она вернулась к софе, легла и закрыла глаза, в то время как Даир очень медленно умирал, не переставая оглашать гигантскую залу нескончаемым криком. В итоге связки не выдержали, но это не избавило некроманта от страданий, и он продолжал хрипеть и дёргаться как поломанная кукла.

Только Таргин никак не могла насладиться муками подчинённого — ей мешала злость.

— Люди, — проговорила в пустоту Таргин, не обращая внимания на хрипы Даира. — Тысячи лет прошли, а вы по-прежнему, поддавшись страстям, совершаете ошибки!

Какая досада! Она ждала семь сотен лет, и все планы разрушились из-за ревности возомнившего о себе невесть что старика! Сколько же теперь придётся ждать? И не факт, что очередная инкарнация Вахираза окажется столь же удачной, как в случае с Шаином. А может статься, что не окажется уже никогда, и демон, которым пугают детишек в Дархасане, обезумеет окончательно и бесповоротно…

Таргин открыла глаза. Золотая поволока на её зрачках растворилась. Спустя три часа мучения Даира закончились. От мага осталась лишь горстка пепла на полу.

— Хави… — вновь прошептала Таргин. — Жаль, что и в этот раз у тебя ничего не получилось…

Буря свирепствовала, ревела, будто хор тысячи львов. Накрывшая троицу гладиаторов стена чёрного песка затмила солнце, погрузив путников во мрак. Но непроглядная темень бушевала лишь снаружи. И в этом штормящем песчаном океане островком света выделялась сияющая сфера, защищавшая гладиаторов от ветра — под магическим куполом он заметно слабел и всего лишь трепал их одежды.

— Ты как?! — Алая старалась перекричать рёв бури.

— В порядке! — Шаин сидел верхом на трагуге и держал выставленную вперёд руку. Узоры на правом предплечье сияли, поддерживая магию купола, по которому без конца тарабанил песчаный дождь. — Но не знаю, сколь долго будет держаться щит!

— Продержишься?! — не выдержала Орила.

— А у меня есть выбор?!

Уже который час они шли сквозь бурю, а та словно и не собиралась успокаиваться. Трагуги двигались медленно — песок под их ногами постоянно осыпался, и гладиаторы опасались, что ездовые могут сорваться.

— Надеюсь, мы не свернули с прежнего пути! — прокричала Алая.

— Нам только и остаётся, что надеяться! — ответил Шаин.

Но надеждам не суждено было сбыться. Песок под ними ухнул вниз, и гладиаторы провалились во мглу.