– Если хочешь, я могу предложить тебе подработать.

Глаза парня загорелись.

– Конечно, хочу!

Дамир достал визитку.

– Позвони завтра. Только работа пыльная. На заводе. Будешь мне помогать. Подойдёт? – Он знал, что мальчишка согласится.

– А то! Деньги лишними не бывают, – довольно ответил тот.

Парень протянул ему сто гривен, взял Еву за руку. Девушка стояла, не понимая, что происходит.

– Спасибо!!! – прокричал мальчишка вслед, выпучив светло-серые глаза, и переводил взгляд то на купюру, то на уходящую пару.

– Что это было? Поинтересовалась она.

– Мне нужен подсобный рабочий на склад, без официального оформления. Работа не самая лёгкая, но, поверь, это лучше, чем стоять на солнцепёке целыми днями. Да и зарплата постоянная. Мальчишка хороший. Если бы мне в то время предложили такую подработку, я был бы на седьмом небе от счастья. – Его настроение улучшилось.

– Герк, забери, пожалуйста, покупки в номер. Я не хочу идти на ужин. Пойду, прогуляюсь по берегу.

С её командным тоном не поспоришь, но охранник попытался:

– Нет. Я не оставлю вас.

У него в голове не укладывалось, как он её отпустит гулять одну по пляжу.

– Да ничего со мной не случится, меня здесь никто не знает. Я здесь никому не нужна. – Она принципиально не смотрела на Дамира. Чтобы тот не подумал, что она хочет остаться с ним наедине. А у неё и в мыслях этого не было. Она просто никого не хотела видеть в этот момент.

– Ева Викторовна, кому нужно, тот знает и кто вы, и где вы, – говорил Герк угрюмым голосом.

– Ты посмотри, сколько я накупила. Как ты с этим будешь со мной гулять?

– Не страшно. Мне не тяжело, – настаивал он.

– Не рассказывай мне сказки, – фыркнула девушка и небрежно махнула рукой в его сторону.

– Хорошо. Ждите меня здесь. Я возьму такси, всё отвезу и примчусь через несколько минут.

– Идите оба домой. Я хочу побыть одна. У меня нет настроения. Такая каша в голове. Я не могу спать. Не могу ничего делать. Не могу сосредоточиться. Я хочу подумать. Оставьте меня. Со мной ничего не случится. Дрогу домой я сама найду. Пожалуйста. – Она взялась за голову. Она не может гулять с Дамиром, зная, что он её отверг. Это слишком унизительно для неё. Заставлять его общаться с ней насильно. – Герк, пожалуйста. Я буду осторожной.

– Вы расстроены, – констатировал тот. – Я не могу. Это моя работа.

– Я даю тебе выходной. Идите. Я просто посижу на пляже.

– Пойдём, Герк. Оставь Еву, – вмешался парень, и охранник поплёлся за ним.

Только они отошли, Дамир сказал:

– Поезжай в отель, я прослежу за ней.

– Только не оставляйте её. Если вы устанете, позвоните. Я приеду.

– Всё будет хорошо.

Мужчины говорили еле слышно. Они стояли в нескольких метрах от Евы, и только повернулись, а её уже и след простыл.

– Ева… Ева. Вот где делась эта упрямая девчонка?

– Иди, отдохни, я найду её. – Дамир похлопал по плечу охранника, дружественно улыбнулся и рванул на поиски девушки.

– Молодёжь… Что же вы творите? – пробормотал Герк вслед удаляющемуся парню.

Дамир недолго искал Еву. Нашёл её около своей пещеры. Она сидела у самой кромки воды, поджав ноги и наклонив голову. Волосы развивал тёплый бриз. Вода с каждым движением волны осторожно прикасалась к её ногам. Лаская, пытаясь успокоить, как лучший друг. Ева не плакала. Она наблюдала за любимой стихией.

Он остановился, с силой провёл рукой по волосам. Несколько минут полюбовался её неземной красотой. Направился к ней. Медленно подошёл сзади.

– Ева, – нежно окликнул он, чтобы не напугать.

Она молчала. Он присел сзади, положил руку на плечо.

– Время так летит… – после долгого молчания произнесла она. – Только эта вода остаётся неизменной. Здесь ничего не меняется.

Он не узнал её настроения. Не узнал её грустный тон.

– Меняется, – его голос был тихим. Он пытался её не спугнуть, не испортить этот момент. Она сейчас такая, какой он безумно ждал её увидеть. – Камни оттачиваются. – Взял в руку гладкий камушек. – Теперь это галька. Раньше берег начинался вон там, на несколько метров дальше. Теперь, даже во время отлива, берег начинается здесь. Когда я был маленький, пещера казалась мне огромной. Сейчас я вырос и еле вмещаюсь в проход. А сколько песка нанесло. Даже волны здесь были больше, сейчас здесь более спокойно. Здесь всё меняется. Не грусти. – Он провёл рукой по её плечу. – Всё меняется. Даже этот берег.

– Это грустно. Время так быстро летит. Прошло два года. Всё поменялось. Наша встреча. Кажется, это было совсем недавно. А прошло уже столько времени. Я понимаю: это не десятилетия, но всё же. Тогда я была совсем глупая, не думала о последствиях. Сейчас стала умнее, но всё равно не могу выбраться из этой ситуации. Я думала, больше никогда тебя не увижу. Но время всё расставило по своим местам. Только удивительно, что ты сейчас здесь со мной.

– Я не могу видеть тебя такой. Я не могу оставить тебя. – Он замолчал. – И не хочу. Не смогу. Я бы с радостью сбежал бы отсюда, куда глаза глядят. Но ты… не даёшь мне такой возможности.

– Я тебя не держу, – грубовато сказала она и повернула к нему лицо. Она знала, что если она будет настаивать на том, чтобы он не уходил, он будет рад такому ответу.

– Я рад тому, что хотя бы не гонишь меня. – Он ухмыльнулся. Как приятно говорить с ней, как с нормальным человеком, а не терпеть надменность и высокомерие в её голосе. Она снова посмотрела на волны. Совсем стемнело. Вышла полная луна. Ветер стал прохладнее. – Но ты такая красивая… Ты из моря, – мечтательно произнёс Дамир, но она никак не отреагировала.

– Люблю ночь. Это время, когда можно всё не спеша обдумать. Никуда не торопиться. Все спят. Ты можешь не думать о работе. Можно заняться тем, что нравится. Своим хобби, например. Я очень люблю вязать. Или почитать книгу. Это только твоё время. Можно посвятить вечер себе, и не терзать себя обязательствами. Полная свобода. Как тебе объяснить? – Ева закусила нижнюю губку. Она не пыталась быть соблазнительной, она была очарована дивным тёплым вечером. А именно естественные жесты наиболее привлекательны. Когда она не пытается изобразить чувства, не играет. Когда думает, что ею никто не любуется. Именно тогда от каждого её жеста невозможно отвести глаз. – Это моё время. Я не должна никому уделять внимание, ни с кем общаться. Ни готовить, ни убирать. Все спят. Никому ничего не должна. Все дела завершены. Все планы оставим на утро. А ночью можно быть порочной. Я даже позволяю себе выкурить несколько сигарет. Можно обнажить свои чувства. Можно играть, притворяться, веселиться и быть жестокой по отношению к мужчинам. Чем темнее становится, тем больше я могу быть собой. Не скромной, а агрессивной, коварной, жестокой. Можно совершать такие поступки, которые бы ты никогда не совершил при свете дня. Я не люблю рассвет. Не люблю раннее утро. Не знаю, почему. Когда я вижу рождение нового дня, мне становится грустно. Даже тоскливо. Знаешь, врать так легко. Придумывать что-то. Насколько хватит фантазии. А правду говорить тяжело. Но потом становится легче. Когда я смотрю на тебя, я не хочу врать.

Ева впервые смотрела ему в глаза так искренне. Дамир затаил дыхание. Она смотрит на него, она говорит правду. Она пытается быть честной. Мысли рождались одна за другой. Но парень понимал её. Поцеловал её плечо. Он пытался поддержать её искрений порыв. Как можно быть настолько разной?

– Я люблю вечер. Время, когда можно отдохнуть от работы, от солнца и дневного зноя. Вечер остужает тело и разжигает чувства. Нежный вечер. Впереди вся ночь… Знаешь, я хочу увезти тебя на шикарном кабриолете далеко-далеко, чтобы ветер развевал твои волосы, чтобы ты улыбалась мне, – размечтался он. – Я хочу позволить тебе всё. Я хочу дарить тебе самые лучшие подарки. Радовать тебя. Но у меня нет таких денег…

Он опустил голову. Ева нежно погладила его по волосам.