Похоже, ей понадобится еще мороженое.

Пока она три дня валялась в штанах для йоги и фланелевой майке и выгребала замороженные вкусняшки, у нее была уйма времени для двух вещей – для рыдания и для размышления.

Разумеется, общей темой этих напоенных шоколадом размышлений было дерьмовое состояние ее нынешней жизни и насколько эта жизнь не была дерьмовой, пока она не села на самолет в Бостон.

Проблема была в том, насколько своей не-дерьмовостью эти две недели были обязаны Джо, а насколько тому, что это был ее первый настоящий отпуск с тех пор, как она начала работать в “Прожекторе”. Вместо того, чтобы носить каблуки, от которых у нее дрожали ноги, и следить за тем, чтобы каждая мелочь, по брови включительно, была безупречно ухоженной. Смартфон. Лаптоп. Вставленный в ухо блютуз.

Даже если устранить Джо из уравнения, неудивительно, что она была счастлива в Нью-Гемпшире. Зефир на костре. Волейбол. Тандемные пушечные ядра в «дум». Что здесь не любить?

Но ее нутро не горело от мысли о том, что она никогда больше не сыграет в волейбол. Или не будет вынимать растопленный зефир из волос. А вот мысль о том, что она никогда не увидит Джо…

Очередной неудержимый припадок рыданий бросил ее в эмоциональное опустошение, в икоту и в попытки вылизать последние капли шоколада из ведерка из-под мороженого.

Так она больше не могла. С одной стороны, морозилка была почти пуста. И у нее было бы обезвоживание, если она не прекратила так чертовски много плакать. Пора было решить, где она будет счастлива.

И она, могла подумать только об одном способе сделать это.

По многу раз за много дней Джо слушал бесцветное приветствие Кэриного автоответчика и, наконец, набрал другой номер и произнес волшебные слова.

- Это Джозеф Ковальски, я хотел бы поговорить с Тиной Дешанель.

Он даже не успел определить мелодию.

- Мистер Ковальски, какой приятный сюрприз!

Ему даже голос ее не нравился.

- Мисс Дешанель, ваш репортер не отвечает на мои звонки.

Пауза была довольно-таки тяжелой.

- Кэри Дэниэлс больше не сотрудничает с журналом “Прожектор”, мистер Ковальски, но я была бы счастлива лично решить ваши проблемы.

- Хорошо. Прежде всего, я хотел бы знать, почему ее больше там нет.

- У меня нет привычки обсуждать…

- Эй, Боб, у тебя сохранился номер того парня из “Пипл”? – крикнул он папоротнику в горшке на подоконнике.

Джо никогда раньше не слышал по телефону, как на другом конце скрежещут зубами. Даже эхо небольшое было.

- Как вы наверняка знаете, мисс Дэниэлс направила в “Прожектор” интервью с вами. В нем не было, каких бы то ни было серьезных деталей, которые могли бы быть интересны читателям журнала. Когда я попросила ее переделать работу, она уволилась.

- Вы попросили ее предать доверие мое и доверие моей семьи, а она вместо этого ушла.

- В общем, да.

- Когда?

- Она пришла в офис утром по прилете и ушла два часа спустя.

Джо откинулся в свое кожаное офисное кресло, не веря своим ушам и не в силах подобрать слова. Она уволилась на следующий день после того, как ушла от него, но до сих пор не отвечает на звонки. Она винит его?

- Мистер Ковальски, я бы хотела задать вам несколько вопросов по этому поводу…

Он повесил трубку. И сразу пожалел об этом. Не только, потому что это было непозволительно грубо, как правило, он так не делал, но и потому что ему надо было бы спросить ее, не знает ли она, куда ушла Кэри.

Прошла неделя. Целая клятая неделя с тех пор, как она ушла на работу, о которой говорила, что желает ее больше всего на свете, а он не получил даже телефонного звонка. Или имейла. Черт, сгодился бы даже факс.

Это довольно-таки прямо сказало ему все, что ему надо было знать о состоянии его отношений с Кэри Дэниэлс.

Он взял карандаш, просто чтобы было чем стучать по краю стола. Пара телефонных звонков и он будет в Калифорнии к ужину. Проблема была найти ее, когда он туда прилетит.

- Привет.

Джо почти упал со стула, но быстро собрался.

- Привет, Кевин. Не слышал, как ты вошел.

- Наверное, из-за соло на барабане. Я стучал, но ты никогда не откликаешься на стук в дверь, когда работаешь. Или притворяешься, что работаешь.

- Кэри уволилась с работы на следующий день по прилете в Калифорнию.

- Как ты это узнал? - Кевин подошел к софе и примостился на подлокотник – одна из тех вещей, которые он делал независимо от того, как часто Джо просил его этого не делать.

- Я позвонил в журнал.

- Чувак, - сказал Кевин, покачав головой, - знаю, у тебя не такой большой опыт с дамами, как у меня, но когда женщина неделю не отвечает на телефонные звонки, ты ей не нужен.

- Я ей нужен, - он не знал, где она или что делает или почему не отвечает на проклятый телефон, но он знал, что он ей нужен. - Уходи. Мне нужно позвонить в аэропорт.

- Тебе не нужно этого делать.

- Я думаю поехать в Лос-Анджелес, - вот, он сказал это.

- Чтобы быть с женщиной, которая не хочет с тобой говорить? Подумай об этом.

- Я целую неделю ничего не делал, как только думал об этом. У меня есть довольно много бонусных миль, так что не похоже, что ты никогда больше меня не увидишь.

- Вопрос в том, захочет ли она тебя снова увидеть, - Кевин перебросил ногу через подлокотник дивана и соскользнул задницей на подушку. - Ты еще кому-нибудь об этом говорил?

- Нет. А сейчас мне нужно позвонить в авиакомпанию, собрать багаж и прикинуть, как я там ее найду. Так что теперь можешь пойти и сказать семье, что ты меня проверил и я все еще трезвый.

- Я здесь не для того, чтобы тебя проверять.

Джо хмыкнул. Они все эти недели искали и находили более-чем-ненавязчивые способы его проверить. Похоже, у них был круговой график, когда и кому заехать или позвонить и какие предлоги для разговора выбрать.

- Как бы то ни было. Слушай, у тебя нет никаких контактов, чтобы провести проверку по Кэри через систему? Может, получить для меня ее домашний адрес?

Кевин вздохнул и скрестил руки на груди:

- Папа прислал меня сказать тебе, что ему позвонили из кемпинга. Она там.

- Кто там? – Джо опять начал барабанить карандашом, с нетерпением ожидая, когда же его брат уйдет, чтобы он смог заняться приготовлениями. Он мог бы слетать и поговорить с ней и, если все пойдет хорошо, прилететь домой и упаковать кое-какое барахло и выставить дом на продажу.

- Кэри.

- Кэри где? - карандаш застыл, так и не стукнув. - В кемпинге?

- Да, он говорит, она там уже несколько дней. Находится постоянно в хижине.

Он слышал слова, выходившие изо рта Кевина, но они не имели смысла. Почему Кэри вернулась в Нью-Хэмпшир? Не просто в штат, но на то самое место, которое, как он думал, она никогда не захочет снова увидеть:

- Почему?

- Никто не знает, - Кевин пожал плечами. - Он позвонил папе только потому, что, как он сказал, она выглядит очень печальной. Думал, могло что-то случиться, о чем мы могли бы знать.

- Почему она мне не позвонила? – он не собирался произносить это вслух, но его брат только пожал плечами и не стал по-мужски издеваться над очень-не-мужским вопросом.

- Последние несколько дней она не принимала телефонных звонков, - заметил Кевин. - Перед этим… может, ей нужно было какое-то место, чтобы прикинуть, что ей следует делать. Или…

- Или что? - когда Кевин просто пожал плечами и отказался закончить свою мысль, Джо бросил карандаш на стол, - Ты думаешь, она винит меня в потере ее работы, так что ли?

- Ты сказал, она ушла с работы.

- Она ушла, потому что Тина собиралась ее выгнать, если она не выдаст наши семейные секреты. Так что, ушла или выгнали, но мой отказ дать ей материал, достойный работы, угробил не только ее повышение, но и всю ее гребаную работу.

- У нее была уйма материала для работы, - сказал Кевин. - Ей было достаточно использовать это, а затем предоставить Тине беспокоиться о том, что твоего адвоката хватит припадок, после того, как журнал это опубликует.