– А что, если я её найду и поговорю с ней? – подумал Алексей, – В конце концов, поиск людей – это существенная часть моей профессии.

Слава Богу, универмаг, в котором Алексей сто лет назад покупал куртку, сохранил своё существование. Он, конечно, сильно видоизменился, стал современным торговым центром, но он существовал, и это вселяло надежду на какой-то успех.

Алексей без труда нашел отдел кадров. Начальница отдела, Валентина Константиновна, была весьма солидной дамой в годах, внешность которой почему-то напоминала Алексею вид заядлых театралок, не пропускающих ни одной премьеры в московских театрах.

Алексей представился и сообщил, что его уважаемая юридическая организация разыскивает бывшую сотрудницу универмага и просит помощи уважаемой кадровой службы в этом непростом, но очень важном деле. Как только Валентина Константиновна узнала, что речь идет об отделе мужской одежды универмага в 1987 году, она тут же сообщила, что ничем помочь не может за давностью лет. Алексей понимал, что перед ним профессиональная кадровица с большим стажем и что у таких людей ничего не пропадает, даже по прошествии стольких лет. Просто предложить денег? Может не сработать. Начать умолять и упрашивать – это вообще не для этой категории женщин. А вдруг интуитивный образ завзятой театралки верен?

– Я чувствую, что имею дело не только с обаятельной, но и весьма интеллигентной женщиной. Извините, что не по теме нашего разговора, не займу у вас много времени. Я нахожусь под огромным впечатлением спектакля, который недавно смотрел.

Алексей назвал действительно нашумевшую премьеру в одном из ведущих московских театров. Валентина Константиновна как-то сразу насторожилась.

– А откуда вы знаете, что я обожаю театр?

– А у вас на лице написано, что вы интеллигентная женщина. А что может любить такая женщина больше всего? Конечно же, театр! – воскликнул Алексей, сам удивляясь глупости сказанного.

– Господи, как же я хочу посмотреть этот спектакль! – сказала кадровица, почему-то понизив тон.

– Все очень просто, – просиял Алексей, – вы мне помогаете найти бывшего сотрудника универмага, а я вам помогаю обрести билеты на желанный спектакль.

«Чуть было не ляпнул «утром деньги, вечером стулья», – подумал Алексей.

Валентина Константиновна задумалась, тяжело вздохнула и пробормотала ласкающую слух Алексея фразу: «Это ж какую махину карточек нужно перебирать».

– А я вам помогу, – угодливо пропел Алексей, – тем более я не знаю ни фамилии, ни имени, только лицо очень хорошо помню.

– Это как же мы будем искать тогда? – обескуражено вопросила кадровица. – Без имени и фамилии?

– Так ведь в кадровой картотеке есть фотографии сотрудников.

– Э, милый, не во всех карточках они сохранились. Ты скажи спасибо, мил человек, что у меня идеальный порядок сохранился, несмотря на чудовищный бардак вокруг.

Валентина Константиновна, решительно перейдя на «ты», поднялась и тяжелой походкой пошла к выходу из своей комнатушки, на двери которой гордо красовалась вывеска «Начальник кадровой службы».

– Пошли, пошли, мил человек, в архив. Там попробуем найти твою продавщицу, если повезет.

Получив в своё распоряжение огромную кипу картонных карточек, Алексей уселся в маленькой каморке, которую ушедшая по своим кадровым делам кадровица называла архивом, и принялся перебирать карточки с анкетными данными и с маленькими фотографиями сотрудников. Действительно на некоторых карточках фотографии отсутствовали, что сильно расстраивало Алексея. Но он упорно перебирал картотеку, и на третьем часу своей утомительной работы был вознагражден маленькой черно-белой фоткой, на которой была, конечно же, она. Теперь он знал её имя, отчество и фамилию, номер её телефона и даже где она была прописана в 1987 году.

Алексей прекрасно понимал, что и фамилия, и адрес, и телефон скорее всего изменились за эти годы, но он теперь знал главное, за что можно зацепиться, а уж остальное для профессионала сыска – дело техники.

– Вы не просто интеллигентная женщина, вы гениальная в своей сфере женщина, – сообщил он Валентине Константиновне, немного оторопевшей от таких непривычных для нее комплиментов, да еще исходящих от такого красавца. – Клятвенно обещаю вам прислать два билета на интересующую вас премьеру в самое ближайшее время.

Подполковник Кораблин был, как всегда, любезен. По всем вопросам так называемой установки личности сотрудники «Юрмастера» обращались только к нему. Во-первых, он был профессионал высокого класса и действующий офицер, сидящий на этих самых установках личностей. Во-вторых, он ввел абсолютно четкие расценки на свои услуги, а именно: справка – 100 долларов, досье – 500 долларов. В общем, работать с ним было легко и приятно. Естественно, взаимодействовал он только со своими, проверенными многократно заказчиками, а Алешенька, как ласково с подковыркой называл его Кораблин, и был таким своим в доску человеком.

– Да нет проблем, Алешенька, установим мы твою фигурантку. Продавщица, говоришь? Так тебе справочку или досье на неё? Досьеее? Ну тогда завтра к концу дня, часиков в шесть вечерком, о’кей? Как сам-то? Нормалек? Ну и ладушки.

На следующий день Алексей в 18.00 как штык был на пороге кораблинского кабинета. Вид у Кораблина был, как у человека, нашедшего золото партии.

– Ни хрена себе продавщица! – прошипел Кораблин, почему-то оглядываясь в собственном кабинете. – Да ты почитай, почитай! – уже нормальным голосом сказал он как бы в ответ на вопросительный взгляд Алексея, протягивая ему папку.

В досье была исчерпывающая информация о Марине: 1969 года рождения, закончила Плехановский институт, дважды была в замужестве, первый муж – такой-то, второй муж – такой-то, имеет от первого брака дочь Юлию 1993 года рождения, в настоящее время вдова, имеет вид на жительство в США, проживает в Москве и в США, владеет по наследству от второго мужа знаменитым на весь мир брендом «Виктория». Владеет состоянием с ориентировочной оценкой в 970 миллионов долларов США, включающем… Далее шло перечисление компаний, долей владения этими компаниями, недвижимости в России и других странах и прочих активов. С фотографии на Алексея смотрела очень симпатичная женщина, удивительно знакомая, хотя он не видел её с тех самых пор, когда они встретились в универмаге и она была юной девушкой. Стало понятно, что поведение Кораблина можно назвать просто очень сдержанным, поскольку оценка финансового состояния бывшей продавщицы могла вызвать шок у любого нормального человека. Но главное для Алексея ключевое слово было «вдова»!

«Дорогое» досье отличается от «дешевой» справки тем, что в досье, кроме тщательного описания жизненного пути человека, приводятся значительно более подробные сведения, которые были так важны для Алексея, адреса возможного проживания, номера телефонов и другие, так называемые, персональные данные.

– Все-таки «контора» хорошо работает, – подумал Алексей и, оторвавшись от текста и посмотрев на Кораблина, сказал. – Что бы я без вас делал, товарищ подполковник!

– У меня сложилось такое впечатление, что это досье стоит несколько дороже обычных расценок, – задумчиво пропел Кораблин.

– Ну, конечно-конечно, двойной тариф вас устроит? – не сдерживая радостной улыбки ответил Алексей и полез за бумажником.

Постепенно приходя в себя после шока от неожиданных сенсационных сведений, Алексей по дороге на работу мысленно перебирал варианты своих последующих действий. Как было бы просто, если бы она продолжала продавать одежду или сделала бы нормальную для российской женщины карьеру. Ну кем там они обычно становятся на вершине своей карьеры, главными бухгалтерами, завучами, главными врачами, в конце концов. Но миллионершами – это в дурном сне только может присниться. Как же к ней теперь подступаться? Ведь не позвонишь же владелице многомиллионного состояния и не скажешь: «Здрасте, мы с вами двадцать с лишним лет назад встречались в универмаге, вы мне куртку продали».