Практическая цель суфизма для большинства состояла в достижении экстатического транса (ваджд = факд ал-ихсас — "потеря сознания"), но это, однако, уже не был ваджд[582] ("встреча с Богом") истинных суфиев, а скорее деградация, которую предвидели ранние учителя, когда предостерегали против сама'. Суфийский Путь мистического познания, постижение которого определяется в значительной степени темпераментом индивидуума и врожденной одаренностью, существует только для избранных. Суфии считают, что большинство людей "рождаются глухими", лишенными способности к мистическому восприятию. Религиозные приемы орденов были грубой попыткой вызвать характерные эмоциональные эффекты, создать для простого человека иллюзию мимолетного приобщения к Истинному. Поэтому суфии отождествляли экстатический транс с потерей сознания при единении с божеством. Развитие в этом направлении — признак того, что мы называли упадком суфизма, хотя можно его рассматривать и как приспособление обряда к потребностям и способностям среднего человека.

Экстатическое состояние достигается чтением повторяющихся коротких обращений-восклицаний при контроле дыхания в координации его с определенными телодвижениями, балансированием и наклонами. Все это сопровождается вокальным и инструментальным аккомпанементом, поскольку музыка способствует высвобождению физических усилий от сознания, так как ум и воля, когда наступает транс, должны быть во взвешенном состоянии. Это рассчитано на то, чтобы вызвать особое ощущение, при котором потеря сознания считается "соединением", эмоциональным тождеством ищущего и искомого. Для некоторых такая практика становится наркотиком, по которому тоскуют душа и тело. Непосвященному члену общины участие в зикре, который эпизодически приводит его в экстатический транс, сулит в худшем случае уход от трудностей каждодневной рутины, а в лучшем — некоторую свободу от узких рамок человеческой жизни и моментное приобщение к трансцендентальному опыту. В суфийских орденах этот экстаз или подобное трансу "состояние" называется хал, хотя настоящий хал, в строго суфийском смысле этого слова, означает непрерывный ряд озарений, испытывая которые суфий движется к следующей стадии (макам) навстречу конечной цели духовного совершенства[583].

Различают практику трех основных типов: зикр ал-авкат — ежедневное занятие; зикр ал-хафи (и би-л-джалала) — индивидуальное поминание и зикр ал-хадра — коллективное радение. Для обыкновенного члена ордена зикр ал-авкат состоит из повторения короткой формулы после двух или нескольких обычных канонических молитв. Это обязательное упражнение, необходимость которого усиленно обосновывается Кораном: "А когда вы закончите молитву, то вспоминайте Аллаха — стоя, сидя и на своих боках" (IV, 104). Разрешение на чтение зикра дает шейх. В ордене кадирийа самая простая его форма предписывает повторение формул субхан Аллах, ал-хамду ли-л-лах и Аллаху акбар, каждую из которых произносят 33 раза подряд. Следует отличать распространенный вид хвалебной молитвы, читаемой вслед за ритуальной (салат), от формул зикра, посвящающих в таинство, которые произносит муршид.

Четки (тасбиха, тасбих или сибха) помогают не сбиться при повторении формул, и в каждом ордене, как правило, имеются собственные особые четки. Так, например, четки ордена кадири насчитывали 99 бусин, разделенных на три секции, в каждой из которых по 33 бусины. Четки тиджанитов состояли из 100 зерен, разделенных на секции из 12, 18, 20, 20, 18, 12 бусин. Встречаются и другие, более редкие сочетания. В ордене халватийа четки имели 301 зерно, и, кроме того, там были четки, состоящие из 1000 бусин, которыми пользовались только в особых случаях, связанных с какими-нибудь событиями в жизни одного члена общины или же всей общины, например в первую, третью, седьмую и сороковую ночь после похорон. Четки приобрели символическое значение благодаря тому, что ими стали пользоваться во время инициации, возведения в ранг и других религиозных церемоний. Они превратились в символ власти — четки основателя таифы переходили по наследству к его преемникам и стали предметом особого поклонения, поскольку они несли на себе бараку произношения божественных имен при жизни основателя. Их держали в особом ящичке, при котором находился особый страж (шайх ас-сибха) и хранитель (хадим ас-сибха)[584].

Истинный зикр хафи (тайное поминание), который обычно описывается в руководствах, строится на ритмичном дыхании: выдох — вдох. С закрытыми глазами, сомкнув крепко уста, поминатель (захир) произносит формулу тахлил[585] и делает вдох на ла илаха, с тем чтобы отбросить все отвлекающее извне, а затем на илла-л-лах он вдыхает, тем самым удостоверяя, что нет никого, кроме Бога. Весь процесс и приемы зикра детально разработаны в наставлениях. Нередко описания так сложны, что их невозможно перевести без комментария. Здесь приводится наиболее простое описание зикра хафи, принятого в накшбандийа:

"Салсабил" ас-Сануси полон таких описаний, нередко разрозненных, часть которых представляются незаконченными. Мы приводим одно из его описаний зикра ордена кадирийа, принадлежавшего, очевидно, к индийской группе:

Отказываясь от публичных радений и рецитаций (сама'ат)[590] и отдавая предпочтение тихому зикру (хафи), накшбандийа в этом следует традиции маламати. Одиннадцать основных правил дают нам представление о цели упражнений этой тарики. Первые восемь были сформулированы 'Абдалхаликом ал-Гидждувани, а три последние добавлены Бахааддином ан-Накшбанди[591].

1. Йадкард — поминовение или совершение поминаний, вслух или про себя. Всегда повторяй предписанный тебе зикр так, чтобы ты мог сподобиться видений райского блаженства. Бахааддин сказал: "Цель зикра — добиться того, чтобы сердцем всегда ощущать божество (ал-хакк), ибо сама практика зикра исключает невнимание",

2. Базгашт — стеснение. Закир, повторяющий наизусть "благословенную фразу"[592], должен чередовать ее с такими выражениями, как "Боже мой, ты моя цель, и стремление мое направлено к тому, чтобы ты был удовлетворен мною", дабы не дать рассеиваться мыслям. Другие наставники утверждают, что это означает "возвращение", "сокрушение", а именно возврат к божеству (ал-хакк) путем искреннего раскаяния (инкисар).