— А Микио?

— Сложная судьба.

— Много плохой кармы?

— По линии отца.

— Ясно. А что эти ребята делают там наверху?

— Оживляют первую чакру Ягуры-сана, — улыбнулся Учитель. — Это если описывать коротко.

— Вот как? А говорят, что сейчас в Японии растёт плохая молодёжь! Я в их годы не умел такого!

— А я и сейчас не умею, — рассмеялся Учитель.

— Я кончил! Тоши, будешь? — Микио обернулся к своему другу.

— Нет, нет!

— Чего нет? Давай! Давай, пока он тёплый.

— Микио, я прошу тебя — уедем и закончим с телефоном.

— А что там заканчивать? Деньги готовы? — Микио прошёл в ванную Митико. — Это мой первый опыт! — раздался его голос сквозь шум душа. — Послушай его сердце! Как, не ожил?

— Стучит! По-моему чаще, чем раньше!

— Вот! Ведь я говорил тебе! Если он оживёт, ты будешь называть меня Микио-сэнсэй!

Ягура-сан почувствовал изменение в тяжести воды.

— Ты всплываешь! — услышал он голос Учителя.

— Значит, я не присоединюсь к Вам?

— Не в этот раз!

— А когда мы снова увидимся?

— Я всегда жду тебя на восьмой чакре, Ягура! — улыбнулся Учитель. — Я всегда здесь! Чакра номер восемь!

— Стой! Стойте!

— Да? Слушаю тебя.

— Неужели Ваше общение с Митико означает, что она вышла на восьмую?

— Это необходимое условие, ты прав.

— Но как она смогла?!

— Митико сделала важный выбор, узнав о твоём поступке. Она приняла смерть, и свою судьбу как ученика. Это разом выбросило её туда, где она смогла собрать мир, в котором мы находимся. Однако это состояние было непродолжительным. С тобой сейчас происходит нечто подоб… — Учитель не договорил последнюю фразу, но Ягура-сан понял её смысл.

Он смотрел в светло-голубую бездну, в которой скрывался Лао Ши. Ему даже показалось, что Учитель там не один. Словно стайка рыб промелькнула на невероятной глубине. Ягура-сан с сожалением вздохнул и только сейчас заметил течение. Оно несло его в противоположную от Учителя сторону. Он попробовал сопротивляться, но течение лишь усилилось. Оно неотвратимо влекло его к чёрной громаде, возвышающейся впереди. Происходящее становилось похоже на сон. Неожиданно Ягура-сан увидел перед собой тёмную стену, в отверстие которой устремлялась вода. Дыра была забрана ржавой металлической решёткой, её покрывали водоросли и ещё остатки чего-то нехорошего. Отверстие было страшным. Последнее, что успел увидеть Ягура перед тем, как его с нечеловеческой силой ударило о решётку, это цифра 8, нарисованная на стене красной краской.

— Микио! Он просыпается. Валим отсюда.

— Да пошёл он. Почему я должен спешить? — Микио был снова одет в костюм человека-паука, в котором появился в квартире Митико.

— Поехали, поехали! Тебе хочется возиться с этим стариком? Везти его в больницу? Объясняться с ним? С врачами? Ты уже всё ему доказал. Ты опустил его. Ты выиграл, а он проиграл. Ого! Ты видел? Это, наверное, комплект Го?

— Но он ожил?! Он ожил! Не трогай камни!

— Ну, ожил. Почему нельзя посмотреть?

Микио подошёл, и со злостью вырвал камень из руки Тоши. В этот момент Ягура-сан был прижат к прутьям ужасной решётки. Колоссальная масса воды грозила раздавить его тело. И тут он понял, что тела нет, есть только восприятие, и что это восприятие свободно! Ягура-сан преодолел решётку и помчался вглубь тёмного тоннеля.

— Потому что! — ответил Микио. — Потому что ты даже не знаешь, что это такое, а хватаешь здесь всё, что попадается тебе в лапы.

— Почему не знаю?! — от обиды голос Тоши пресёкся. — Это Го, наша национальная игра.

— «Ваша национальная игра», — передразнил Микио. — И что ты знаешь о нашей национальной игре?

— Пока немного, но надеюсь узнать!

— Сначала узнай!

Тёмный канал изогнулся и Ягуру ударили лопасти чудовищного механизма. Его тело, лежащее на постели Митико, резко и конвульсивно вздрогнуло. Микио и Тоши повернули головы.

— Вон как колбасит чувака, — прокомментировал Микио.

— Я, может, хочу научиться. Я, может, заинтересовался!

— Может, Может! Всё может.

— Я открою свой Клуб!

— Ха-ха-ха! Ты откроешь свой клуб? Это я могу открыть свой клуб, потому что я Накамура. И могу взять тебя в него, если захочу.

— Ты зря смеёшься, Микио! Я всё равно найду правила игры и изучу их!

— Ладно, поехали. Валим отсюда.

После страшного удара лопастями Ягура вылетел вверх, обвалил>ся вместе с водопадом, и неожиданно увидел… свет. «Гидроудар в восьмом агрегате!» — услышал он далёкий голос. Но этот голос уже не волновал его. Ягура-сан открыл глаза, и сначала долго не мог узнать место, в котором очнулся. Через час он пришёл в себя, и, найдя глазами телефон, пополз к нему по полу. Добравшись, он сделал два звонка. Сначала Ягура-сан поговорил с неизвестным нам человеком. А затем вызвал врача.

Глава 23 Птеродактиль

Напротив Карины стоял мужичок в костюме и тёмной рубашке. Мир, в котором он жил, был плоским, блеклым и безвкусным. Здесь не было леса, животной опасности, объёмных звуков, запахов, кружащих голову. Даже свет здесь был каким-то поддельным. У Карины заложило уши от ненастоящей и фальшивой тишины. Она презрительно огляделась по сторонам.

— Ты кто, бабонька? — лишь удивление в голосе мужичка было настоящим.

Карина оценила расстояние и прицельно плюнула. Слюны было мало, и она вместо лица попала на рубашку.

— Ты чего?! — возмутился обладатель пиджака. — Охренела что ли? Ты как взялась здесь? Ого, как кости поломаны! Что? Авария?

— Отсылай меня обратно, я ещё не всё сказала этому упырю!

— Обратно? Это я не знаю! Я тебя в аппарат не сажал.

— А я тебе говорю — отсылай. Небось, умеешь, вон инструкция на полу!

— Игра окончена! Начинаем опрос стендов! — громким голосом ожил коммутатор. — Носорог?!

— Да-да, — ответил тихий усталый голос.

— Тиранозавр?!

— На базе.

— Траходонт?!

— Яволь!

— Птеродактиль?! Птеродактиль! Ответьте!

— Мы здесь, — отозвался мужичок, — но у нас форс-мажор!

— У кого «у вас»? В чём дело? — отозвался коммутатор голосом носорога.

— Да вот сам не знаю, Маэстро. Накладочка у нас. Неизвестная науке личность в птеродактиле!

— Не понял.

— Сам не понимаю. Придётся Вам разбираться!— Ничего не трогайте! Службу безопасности в шестую лабораторию!

— Э! Только чтоб меня не задели. Тут женщина в скелете. На вид лет сорок. Кто — не признаётся.

— Да пошли вы! — зло отозвалась Карина. Надсадно болели руки. Выкрутил-таки, гад, подумала она и отвернулась от мужичка.

Через пятнадцать минут Карина в скелете птицеящера экспонировалась в большом зале. Двенадцать мужчин рассматривали её со всех сторон. Карине было холодно, противно и гадко.

— Это что за мисс-динозавр? Почему без таблички? — попытался пошутить низенький человечек с круглым красным лицом. — Артур, Артур, а я тебя вообще не заметил поначалу. Нет, конкретные впечатления, совершенно конкретные! Я не жалею!

— А я сначала видел только землю! Кто-то из наших, не помню кто, мне говорит, мол, «выше задницу, мы же смотрим через очко»!

— Дим Димыч! Как же получилось, что ты не слетал? — спросил полный крепыш с тёмной шевелюрой на голове.

— А этот утконосый меня изнасиловал! — вынесла вердикт Карина, сама испугавшись своего голоса.

Все замолчали и повернули головы.

— Да кому ты нужна! Ты на себя-то посмотри! — крепыш сложил губы трубочкой и воинственно отвернулся от скелета.

— Кто кого изнасиловал, мы разберёмся позже, расскажите нам, как Вы попали в стенд и соответственно в институт? — произнёс высокий человек в клетчатом френче.

— Я здесь работаю.

— Кем работаете?

— Лаборантом.

— Именно здесь работаете?

— У неё было с собой вот это, — работник службы безопасности держал в руках книгу Груздева.