В Русском мире веками существовало исключительно негативное отношение к гомосексуалистам и лесбиянкам. За педерастию законы Государства Российского предусматривали «каторгу и лишение всех прав гражданского состояния». Большевики в октябре 1917 года свой первый декрет издали отнюдь не «о земле и мире», как об этом утверждается, а «об отмене уголовного наказания за преступления против нравственности», а проще – за педерастию. Неужели не ясно для чего им нужен был этот указ?

Сталин, в отличие от властителей Кремля 1917–1933 годов, не был извращенцем. И когда достиг вершины власти, то 7 марта 1934 года добился постановки гомосексуализма вне закона. А с 1935 года Сталин начал освобождать от педерастов и Кремль. После Сталина до 1990-х отношение Кремля к этой «детали дьявола» не менялось. Однако после 1991 года российская «элита» решила наверстать упущенное. Тема гомосексуализма стала обыденной для нашей печати. Прямо как по директиве Гитлера в отношении Русского мира: «Гомосексуализм надо объявить легальным» ([31], с. 107). Его не просто легализовали, но и рекламируют все его «прелести». Дошло до того, «главная лесбиянка России» через самую массовую газету добивается финансовой помощи от российской власти. Главный ее аргумент таков: «На Западе – в Германии, Швеции – существуют правительственные программы поддержки гомосексуальных организаций, деньги выделяются государством…»

Печально, но это уже не удивляет. Массовые газеты полосами предоставляет место для рекламы и пропаганды педерастии и лесбийской любви. Это, мол, такая «голубая культура»! Ничего себе дожили!.. Какая же это «культура», если одни ограничивают себя 1–2 детьми, другие – пропагандируют педерастию да лесбийские взаимоотношения, а третьи обходятся резиновыми куклами да электрическим вибраторами?

Нет, стимулирование гомосексуализма – это не развитие культуры – это всего лишь еще один «инструмент дьявола» в ускорении процесса удушения русского народа демографической петлей.

Не может быть речи о развитии культуры, если нет рождаемости.

Ведь без детей саморазвития народа просто и быть не может, – в принципе!.. Это закон Господа Бога!..

В принципе, неважно как называется идеология «общечеловеков» – коммунистическая или либеральная. Неважно, по какому пути: либерализма или коммунизма – нас обещают вести. Неважно и какой «рай» обещают. А важно то, что оба пути ведут в одну и ту же демографическую петлю вырождения. Обе идеологии разлагают в человеке основы нравственности.

Так что дело не в различиях между коммунизмом и либерализмом!. Дело в том, что их объединяет.

Коммунизм и либерализм – это химеры ХХ века. Причем название вполне точное во всех его значениях. Первое: химера – как фантазия, неосуществимая мечта, из-за которой люди обкрадывают будущее своих же детей и внуков. Второе: биологическая химера – искусственное соединение из генетически разных органов. Такая химера возникает в живых организмах при вживлении чужеродных клеток и тканей. Третье: Химера древнегреческой мифологии – порождение Ехидны полуженщины-полузмеи и стоглавого чудовища Тифона.

Веками, в основе развития, – хоть Русского мира, хоть мира Европы была семья, которая совершенно необходима и обязательна для саморазвития. Это было, своего рода, исходное условие, заложенное Господом Богом в генотипы: и человека, и народов. К ХХ веку стоглавое, как Тифон, ненасытное чудовище мировой финансовой олигархии и коварная, как Ехидна, сатанинская идеология породили «химеры» коммунизма и либерализма. Сами они жить не могли. Их нужно было «вживить» в народы.

Сущность социализма-коммунизма вполне выражается формулой: «справедливое распределение».

Но, чтобы иметь возможность «справедливо распределять», продукцию для «распределения» – надо еще сначала произвести. Для этого сатанинская идеология искусственно «вживила» в Русский мир чужеродный и разрушительный принцип – «приоритет общественных интересов». При этом интересы и человека, и семьи – автоматически оказались на втором плане. Когда интересы и человека, и семьи перестали быть первостепенными, неизбежны принудительный труд и отмена религии.

Десятилетиями «строительства коммунизма» приучали русского человека: работа на общественное производство – это самое важное, почетное и поощряемое дело. Но у каждого человека в сутках 24 часа, из них 6–8 тратится на сон. Заставив мужчин и женщин 10–12 часов в сутки посвящать производству, идеологи коммунизма поставили их в условия, когда времени на развитие свой семьи осталось совсем мало…

Вот в этой установке приоритетности интересов производства над интересами семьи и состоит разрушительная сущность «химеры коммунизма». И хотя коммунисты везде и всегда на словах трубят об «интересах народа», но своим подходом они сразу подрубили наиглавнейший «корень жизнеродности» – семью.

Сущность капитализма-либерализма, – тоже, вполне, выражаемая формулой: «получение прибыли хозяину». Самый простой метод увеличения прибыли – это минимизация зарплаты рабочих под угрозой увольнения. Но это же, фактически, «принудиловка наоборот» – угрозой безработицы.

Хозяева Запада быстро поняли: «работа с охоткой» – это в десятки раз эффективнее, чем «коммунистическая принудиловка». Поэтому идеологи либерализма стали искать способы, как заинтересовать работников, чтобы они как можно охотнее шли «на производство», чтобы работали «на хозяина» с большим рвением.

Когда цель: «получение прибыли хозяину», то ставить интересы производства выше интересов и человека, и семьи – это слишком нагло. Прибыль хозяину несла работа конкретных работников. Поэтому-то сатанинская идеология «вживила» в мир Европы другой элемент – «самодостаточность личности». Для жизнеродности народа – это было тоже разрушительно. Ведь при этом интересы семьи для «самодостаточной личности», – опять же, автоматически уходили на второй план. Махина капиталистического производства выработала массу приемов, чтобы любой работник не забывал: кому он обязан реализации свой «самодостаточности». Так что интересы семьи для большинства работников автоматически оказывались на третьестепенном месте. В этом разрушительная сущность «химеры либерализма», которая, – опять же, подрубала наиглавнейший «корень» жизнеродности – Семью.

Ведь и в либеральном обществе у человека в сутках 24 часа. Убеждая работников в их «самодостаточности», идеологи либерализма создали условия, когда большую часть времени человек тратил на производстве «хозяина», а на семью – что оставалось.

Конечно, побудительные мотивы «самодостаточности личности» либерализма, намного эффективнее, чем «принудиловка» коммунизма. Поэтому с экономической точки зрения первый эффективнее второго. Но в обоих системах автоматически создавались условия, когда тратить время на «производстве» становилось психологически престижно, и экономически выгодно. А вот тратить время на развитие свой семьи – крайне невыгодно!

При реализации любого из идеалов: и коммунизма, и либерализма – неизбежна перестановка приоритета семьи с наиважнейшей роли на второстепенную. А это неизбежно должно приводить к уменьшению детей в семье. В обеих системах у человека на интересы семьи оставалось не более 6 часов и Семья из наиважнейшего условия саморазвития народа превратилась в «ячейку общества».

Кроме того научные достижения ХХ века предоставили людям массу новых возможностей по улучшению комфортности жизни и массу соблазнительных удовольствий. Поэтому перед человеком возникла масса соблазнов. В результате многие стали жертвовать рождением соответствующего количества своих детей ради повышения комфортности своего существования и погони за удовольствиями.

Веками белая цивилизации Земли развивались по Великому Нравственному Закону: «Чти родителей своих. Обеспечение их старости – это твоя сыновняя забота. Взращивай детей своих, воспитывай их так, чтобы было кому позаботиться и о твоей старости». Этот Закон постоянно напоминал человеку: «ты живи ради детей своих». Идеология же коммунизма и либерализма стала стимулировать в человеке соблазн «жить для себя». Так что надо признать прямо: причины спада рождаемости связаны, прежде всего, с изменением ценностной ориентации, – хоть русского, хоть европейского общества. Душевный настрой людей изменился кардинально – с необходимости на необязательность.