Интересно, что в нашумевшую экранизацию «Голода» была внесена деталь, отсутствующая в романе. Изысканные вампиры вонзают в свои жертвы острия, выполненные в виде магического знака. Он напоминает крест, но верхней частью его является петля «анкх» – древнеегипетский символ жизни вечной души после смерти. Все это говорит об оккультных познаниях режиссера Тони Скотта. Очевидно, команда кинематографистов также подобралась неслучайная. Взять хотя бы известного актера и певца Дэвида Боуи, посвященного в орден Восточных тамплиеров, относящегося к масонерии Египетского обряда.

В специфических кругах интеллектуалов начала века этот орден стал известен как тайное движение сатанистов, возглавляемое Алистером Кроули. Кроули являлся учеником некоего Самуэля Мазерса, о котором известно, что в 1898 году он получил доступ к исследованию обнаруженной в библиотеке парижского Арсенала «Книги священной магии Абра-Мелина», отпечатанной в 1458 году и являвшейся учебником оккультизма. Древние заклинания были озвучены Мазерсом, и явились те, кто должен был явиться… Новоиспеченный маг встречал их в костюме жреца богини Изиды.

В современной брошюре, изданной орденом Восточных тамплиеров, воспроизводятся любопытные документы суда, известного как «розенкрейцеровский скандал».

В апреле 1911 года судили Мазерса. В ходе процесса было доказано, что магистр розенкрейцеров «совершил акт вампиризма с целью продления жизни». Вместе с ним кровь пила и его супруга Мойна, родная сестра известного философа Бергсона.

Несомненно, Мазерс относился к тем проклятым, о ком свидетельствует Евангелие: «Кровь Его на нас и на детях наших».

Характерная деталь: чета Мазерс предлагала соорудить в Париже храм Изиды, оживившей Озириса. Она является древнеегипетским символом бессмертия. Ее знак – черная кошка, существо ночи и крови.

Терпкий вкус крови ведом был, конечно, и Кроули. Во время своей экспедиции 1905 года в Гималаи он использовал в качестве провизии двух своих проводников.

Вампиризм английских розенкрейцеров основывался на каббалистических представлениях: жизнь как бы растворена в крови, которая обладает многими магическими свойствами.

В романе «Голод» центральной фигурой является вечно живущая женщина Мириам. Она переливает свою кровь очередному любовнику, и тот сам становится вампиром, сохраняющим молодость на протяжении столетий. Так в литературной форме запечатлена средневековая, имеющая все те же каббалистические корни, легенда о священном браке с Таинственной Дамой, о браке, продляющем жизнь.

Мириам… В конце Х1Х века в окружающей нас реальности странным образом материализовалось и это мистическое имя. В Италии было создано алхимико-тантрическое общество «Цепь Мириам». Они называли себя «связью существ, являющихся одним и тем же».

О сути такой связи известный оккультист Г.И.Гурджиев писал: «У некоторых народов есть обычай кровного братства. Двое или несколько человек смешивают свою кровь в одном сосуде и затем пьют из него [21] . Происхождение этого обычая восходит к магической церемонии установления связи между астральными телами. Некоторые народы, например, евреи, приписывают чрезвычайное значение магическим свойствам крови. Если установлена связь между астральными телами, то она, согласно верованиям некоторых народов, не разрывается и смертью».

Основателем «Цепи Мириам» был некто Джулиано Креммерц. Он родился в 1861 году в Неаполе. Его портрета не существует, подлинное имя неизвестно. Креммерц – инициатическое имя. Оно означает возрожденный дух древнего халдейского мага. В юности Креммерц был учеником высокого посвященного Изара (Паскаля де Серви, который имел того же оккультного учителя, что и лорд Бульвер-Литтон). При жизни Креммерц принадлежал не только к «Цепи Мириам», но и к еще более закрытой группе – Египетскому ордену Озириса, который был связан с «Голден Доун» в Англии и «Герметическим братством» Луксора в США.

Следы существования разветвленной сети связанных между собой сатанинских обществ, своего рода разросшейся «Цепи Мириам», прослеживаются и в наши дни. К «Цепи Мириам» принадлежал, например, крупный писатель Густав Майринк. Его романы «Вальпургиева ночь», «Голем», «Белый Доминиканец», «Ангел западного окна» являют собой литературное осмысление наиболее популярных в Западной Европе мистических сюжетов. Среди его персонажей, кстати, также фигурирует Мириам, мистический брак которой и главного героя романа «Голем» преподносится как триумф каббалистического бессмертия.

Можно допустить стремление названных тайных обществ оказать целенаправленное воздействие на умы современников через литературу. Проект такой духовной экспансии, вероятно, основан на мистическом представлении о том, что произнесенное слово – лишь первая фаза материализации идеи. И затем она может быть воплощена в социальной или политической плоскости.

Возможно, что с отступлением рационализма и позитивизма осмысленное слово вновь уступает место иррациональному образу. Оно оказывает гораздо более сильное впечатление на сознание или подсознание, являющееся в человеке-атеисте обиталищем демонического мира. Именно поэтому кино и телевидение становятся главными средствами так называемой виртуальной контринициации, когда духовно неподготовленные массы людей заглатывают дьявольскую приманку.

В этом контексте интересен мимолетный эпизод из фильма «Голод». Его герой осуществляет эвокацию – ритуал красной магии. Он означает призыв Мириам. Более подробное описание подобных ритуалов мы находим в имеющихся у нас рукописях Джулиано Креммерца. Рукопись носит название «Заметки о контринициации». По информации ассоциации «Политика герметика», тексты Креммерца комментируются в работе Рене Иснара (псевдоним высокого посвященного в общество «Рыцари Святого Духа» – единственного ныне инициатического католического ордена): «Общий знаменатель этих ритуалов – сознательный контакт с нечеловеческими сущностями, снабжающими адептов экстраординарными возможностями.

В первую очередь имеется в виду тантрическая, сексуальная магия особого рода. Она тесно связана с красной магией, магией крови и с манипуляциями с определенными субстанциями животных и людей. Цель этих операций состоит в воплощении некоторых сущностей (демонов, темных демонов), с которыми практикующий связывает себя пактом крови, обещающим ему гиперфизическую человеческую реализацию (“бессмертие” в подлунном мире).

В более раннее время подобные операции имели место в случае с известным Джузеппе Бальзамо (он был одержим сущностью под названием “Калиостро”). Этот субверсионный подрывной агент высшего уровня сыграл огромную роль при подготовке Французской революции, равно как и Бенджамин Франклин. Оба поклонялись Змею…

Красной магией еще в древности оказались зараженными многие патрицианские рода, которые показали себя враждебными Христианству. Особенно это было распространено в Королевстве двух Сицилий и Неаполе, где позже родились мафия и каморра, видимые части айсберга».

Автор обращает внимание на эти адреса не случайно. Восхищаясь мраморной красотой античных богов, мы забываем: перед этими идолами пролиты реки жертвенной крови. В том числе и человеческой.

Романтизированная литераторами античная цивилизация относилась к ней трепетно. Но для магического сознания древних было очевидно: что хорошо богам, хорошо и человеку. Еще во времена Тиберия в ходу был ассиратум – целебный напиток из вина и человеческой крови.

Уместно вспомнить и о том, что писал Плиний: «Страдающие падучей болезнью пьют даже кровь гладиаторов непосредственно из ран, точно из живых кубков». Знаменитый Гален, живший во втором веке после Рождества Христова, сообщает о не менее знаменитом враче Ксенократе: «Он описал с большой смелостью, ссылаясь на собственный опыт, какие болезни могут быть излечены употреблением человеческого мозга, мяса, печени и костей черепа… наконец, употреблением крови».

Античная цивилизация пала, однако древние боги лишь притаились в развалинах античных построек, заснули под пеплом Везувия. Пришло время, и рука человека извлекла на поверхность нового мира белоснежный мрамор прошлых веков. Мрамор, таящий в себе недобрую силу обиженных богов. И она, эта сила, растеклась по выполненным явно в стиле древнего Рима статуям Возрождения.