Список Брынцалова По мнению участников рынка лекарств, компания Владимира Брынцалова подделывала следующие препараты: арифон, баралгетас, баралгин, бисептол, бромгексин, виагра, валокордин, дексаметазон, дифлюкан, зантак, зофран, кавинтон, капотен, канестен, карсил, кефзол, клафоран, кларитин, козаар, коринфар, курантил, ламизил, листенон, лоринден А, лоринден С, манинил, мезим форте, мидокалм, миакальцик, мильгамма, мотилиум, натуркарсевт, низорал, но-шпа, ново-пассит, ноотропил, норваск, омез, отинум, панангин, пипольфен, постинор, предуктал, реопирин, ретарпен, рулид, смекта, структум, стугерон, сумамед, супрастин, тавегил, таривид, тиреокомб, тиреотом, темпалгин, терафлю, трентал, трихопол, триампур, трииодтиронин, урографин, упсарин УПСА, упсавит, фестал, фервекс УПСА, флуцинар, фторокорт, целестодерм, церебролизин, церукал, эссенциале форте».

В этой статье содержится вполне конкретный намек на то, что Брынцалов со своими выходками не мог бы так долго держаться на плаву, если бы не определенная заинтересованность властей в успехе его бизнеса. И правда, эта тема многократно обсуждалась на разного рода собраниях участников рынка. Например, на конференциях Адама Смита в Санкт-Петербурге, где часть производителей бушевала и требовала принять меры, а вторая часть отвечала им, что меры не принимались и никогда не будут приняты, так как российское государство принципиально не желает заниматься проблемой подделок.

На самом деле под лозунгом борьбы с подделками неоднократно вводились разные формы и способы сертификации лекарственных средств, которые страшно осложняли жизнь всем добросовестным предпринимателям на рынке. Например, некоторые процедуры забирали до трех недель дополнительного времени перед началом продажи каждой вновь полученной партии, что крайне негативно сказывалось на оборотном капитале, и стоили в целом до 1,5–2 % стоимости всего товарооборота по лекарствам, то есть вели к вынужденному увеличению цен. Производители подделок все эти правила на раз обходили, а весь остальной рынок отдувался вместе с населением. Честно говоря, я до сих пор уверена, что истинной цели остановить распространение подделок система сертификации никогда перед собой не ставила. Ее цель всегда была гораздо проще – наладить бесперебойное собирание денег с бизнеса (и, следовательно, с населения за счет повышения цен). Тема сертификации очень интересная, и я несколько позже специально к ней вернусь.

Сам Брынцалов оправдывался в прессе следующим образом:

...

«Я не произвожу подделки, – заявлял в прессе депутат Брынцалов, комментируя обвинения в свой адрес. – Я занимаюсь импортозамещением. Мои лекарства не хуже западных, но на порядок дешевле и доступнее российским гражданам. И никаких законов мы не нарушаем». В этих словах был определенный резон. Доказанной в судебном порядке информации о том, что на фирме «Брынцалов А» выпускаются имитации оригинальных препаратов, нет, хотя подозрений предостаточно. А вот «аналогов», как их называет сам Брынцалов, – сколько угодно. Вместо ноотропила производства компании «Плива» выпускается нотропил, вместо рулида от «Авентис Фарма» – брулид и т. д.

Так или иначе, ситуация с Брынцаловым изменилась существенно позже, уже в середине 2000-х годов. В конце концов дело о массовом изготовлении подделок все-таки удалось довести до суда. Как говорят, причиной стали какие-то международные обязательства России, одним из пунктов которых оказалась борьба с «пиратской» продукцией разных видов. Показательной жертвой этой борьбы был избран Брынцалов. Нашим любимым правоохранительным органам была дана команда «фас», и тут уж его бизнес ничего не спасло. Но сам он все-таки выкрутился. Выяснилось, что Генеральным директором предприятий, занимавшихся подделками, был не он лично, а его сестра Татьяна, а сам Брынцалов постоянно жил уже в Монако. Из Монако его достать не смогли или не захотели, и Татьяна ответила за все. Вот как развивались события («Википедия»):

...

«В 2006 году сотрудники МВД изъяли в компании “Брынцалов А” фальсифицированные лекарства. По версии следователей, произведенные на заводе “Ферейн” таблетки расфасовывали в упаковки, отпечатанные в типографии того же предприятия. В результате сестра Брынцалова – генеральный директор компании “Брынцалов А” – Татьяна Брынцалова и ее менеджеры были обвинены в незаконном предпринимательстве и незаконном использовании товарного знака. Бизнесмен проходил по делу как свидетель. Слушания по делу начались в декабре 2007 года. Приговор обвиняемым был вынесен в апреле 2009 года: все они, включая Брынцалову, были признаны виновными по всем пунктам обвинения. Эксперты оценивали доход от фальсифицированных лекарств не менее чем в 80 миллионов рублей, однако обвиняемые получили лишь условные сроки. Сестра бизнесмена была приговорена к пяти годам лишения свободы условно и штрафу 50 тысяч рублей».

Честно говоря, не бог весть какое наказание понесла бедная Татьяна. А зарабатывал ее брат на всех этих чудесных операциях неплохо, хотя, наверное, много платил в разные места, чтобы его не трогали, и прилично потратился также на свои политические предприятия. Политических затей у него была масса, видно, он действительно хотел каким-то образом прочно окопаться на политическом уровне, чтобы иметь гарантированно безопасную позицию при таком объеме разных бизнес-рисков. Из этого ничего путного так и не вышло, но впечатляет даже краткий перечень этих проектов.

...

«Депутатская судьба бизнесмена сложилась не сразу – в 1993 году он неудачно баллотировался в Государственную Думу РФ по Орехово-Зуевскому территориальному округу (Московская область), проиграв руководителю аппарата Совета Министров В. Квасову и набрав всего 22,1 % голосов. В декабре 1995 года Брынцалов все-таки был избран депутатом Госдумы по тому же округу как кандидат от “Блока Ивана Рыбкина”. Одновременно он был первым в региональной группе “Карачаево-Черкесская Республика”, однако блок не набрал 5 % и в Думу не прошел.

До депутатской регистрации Брынцалов числился в составе “Российских регионов”, затем вошел в состав группы “Народовластие”, которую покинул 2 февраля 1996 года. После этого объявил, что он – вне фракций. В заявлении “Народовластия” отмечалось, что Брынцалов вел себя неэтично и “в ходе избирательной кампании в Госдуму добивался встреч со многими политическими лидерами, предлагал им свои услуги, но прежде всего везде выгадывал свой интерес”.

В 1996–1997 годах Владимир был известен тем, что устраивал драки и скандалы в Государственной Думе, раздавал депутатам средства для повышения мужской потенции и т. д. В мае 1996 года в программе Невзорова “Дни” назвал самого себя “главным фармацевтом страны”. В конце следующего года Брынцалов стал членом фракции НДР, куда был принят после длительного испытательного срока и после прихода в руководство фракции В. Рыжкова и ухода Л. Рохлина.

Неутомимый депутат-бизнесмен не мог пройти мимо президентских выборов, которые проводились в 1996 году. С целью организации поддержки своей кандидатуры в начале года он вступил в Социал-демократическую партию России, надеясь в перспективе стать ее председателем. Об этом были проведены соответствующие переговоры с тогдашним главой СДПР Белозерцевым, однако эти планы не были реализованы. Одной из версий является то, что Брынцалов “запятнал” свой социал-демократический имидж национал-патриотизмом и антисемитизмом. Ему приписывали, к примеру, такое высказывание о конкурентах: “КПРФ, в принципе, неплохая партия, потому что в руководстве почти нет евреев”.

Рассорившись с социал-демократами, кандидат в президенты решил создать свою политическую организацию. В апреле 1996 года Брынцалов был избран лидером “Русской социалистической партии”. Выступая на учредительном съезде, он отметил, что ни одно из российских политических сообществ не выдвинуло программы, которая гарантирует успешное преодоление кризиса, за исключением РСП. Партия будет сочетать русскую духовность с принципами истинно русского социализма и защитой частной собственности.