Когда мы меняем свой вес, мы меняем стратегию. Мы становимся другими людьми. Мы начинаем по-другому думать. Визуальный доступ начинает получать больший приоритет, чем кинестетический, в определенном отношении, но это не значит, что мы теряем кинестетическую чувствительность. Люди, у которых грушевидная фигура, склонны мыслить визуально, но выводы при этом выражены кинестетически. И когда вы говорите о том, чтобы достичь желаемого веса, вы говорите о том, чтобы стать другим человеком, то есть позволить визуальному занять больше места в том, кто вы.

Мэри : Мой мозг собирается учиться, учиться, учиться, учиться, учиться.

Роберт : Правильно. Когда я похудел, у меня не было проблем в том, чтобы стать другим человеком. Мне нужно было разобраться с некоторыми вопросами, связанными с тем, чтобы научиться быть другим человеком. Чувство, которое вы сейчас испытываете, конечно, чисто кинестетическое. Это важный фрагмент информации. Это чувство возникало и раньше?

Мэри : …Похоже… У моей матери такая фигура, и у меня должна быть такая же фигура. Меня это так расстраивает. ( Слезы в глазах )

Роберт ( Якорит чувство .) Давайте немного побудем с этим чувством. Когда у вас впервые возникло это чувство? Откуда это чувство пришло? Какие убеждения с ним связаны?

Мэри : В моей семье был большой интерес к генеалогии, и детей часто сравнивали с родителями.

Роберт : У вас возникает это чувство, когда вы думаете об этих дискуссиях? Здесь много чувств.

Мэри : Нет.

Роберт : Вернитесь туда, где впервые испытали это чувство.

Мэри : …Мне было лет четырнадцать, когда мама силой поставила мне клизму. Я даже не знаю, были там какие-то медицинские причины или нет. Я помню, как я кричала и просила ее не делать этого, но она все равно это сделала. ( Начинает плакать. )

Роберт : Ничего. Какое убеждение вы вынесли из этой ситуации?

Мэри : Что она победит, а я проиграю.

Роберт : Теперь мы можем снова вернуться в настоящее. ( Выводит Мэри из состояния, мягко похлопывая ее по руке .)

(Обращаясь к группе) Обратите внимание, как часто всплывала тема «потери себя». Когда у нас есть мегачувство, чрезвычайно интенсивное кинестетическое ощущение, обычно это результат импринта. У меня возникает вопрос, когда я наблюдаю такое сильное ощущение: «Почему этот особый критерий так важен для человека?» Например, почему человек считает, что личная ответственность перед семьей настолько важнее заботы о себе? Причина, по которой человек так сильно за чтото держится, обычно связана с импринтом. В девяти случаях из десяти. Когда возникает такой инцидент, как ситуация с клизмой, у человека обычно формируется мнение о своей идентичности.

(К Мэри) Вы думаете, что ваша мать понимала вашу реакцию? Часто бывает так, что родитель навязывает ребенку свою волю, но импринта не происходит. Но бывают ситуации, определяющие нечто о том , кто вы как человек. Именно это превращает инцидент в импринт. Здесь может возникнуть импринт, потому что вы не понимали, что происходит, и знаете только одно: вам навязывают чужую волю.

Я хотел бы, чтобы вы увидели себя, когда вы были подростком, в той ситуации с матерью. Вы друг или враг? Можете перестать враждовать?… Сейчас потечет дерьмо. Хорошо, когда вы сейчас на это смотрите, есть ли какие-либо другие генерализации, которые вы тогда сформировали?

Мэри : Что она не понимает меня, она не верит мне.

Роберт : Она не понимает меня. Она не верит мне. Это еще один набор сложных эквивалентностей. Намерение вашей матери состояло в том, чтобы заставить вас проиграть, не верить вам и создавать вам трудности, которые у вас есть сейчас?

Мэри : Нет.

Роберт : Когда вы сейчас оглядываетесь на то время, как вы думаете, каким было ее намерение?

Мэри : Я думаю, что она делала то, что, как она думала, она должна делать. Я думаю, у нее были проблемы с контролем, когда я сопротивлялась

Роберт : Я уделяю этому внимание, потому что проблема контроля – это типичная проблема, когда людям трудно поддерживать желаемый вес. У них возникает своеобразный внутренний саботажник, функция которого – обеспечивать контроль. Эта «часть» всегда найдет способ сопротивляться. Итак, вам поставили клизму, и вы собираетесь держать воду внутри так долго, как сможете, просто чтобы показать вашей матери, что вы с ней не согласны.

(Обращаясь к группе) Я помню, что когда я был подростком, у меня были похожие проблемы. Мой отец мог войти утром в мою комнату и сказать: «Вставай, пора идти в школу». Я не хотел вставать, потому что он мне это сказал. Я хотел вставать тогда, когда захочу сам. Так что я собирался подождать пять минут, а потом встать, потому что сам этого хотел. Через четыре с половиной минуты он снова кричал, что пора вставать. Тогда мне нужно было выждать еще пять минут. Это была проблема контроля. Между прочим, я сделал себе реимпринтинг по этому поводу.

(К Мэри) Итак, намерение вашей матери было не в том, чтобы кто-то выиграл, а кто-то проиграл. В чем тогда нуждалась ваша мать, чтобы эта ситуация, возможно, была более позитивной для вас обеих? Чтобы этот инцидент не дошел до точки «выиграть-проиграть»?

Мэри : Ей нужно было показать мне, как я могу сделать это сама. Ей нужно было объяснить мне, зачем это нужно. В этом возрасте я, возможно, сделала бы это сама.

Роберт : Я слышу, что здесь есть проблема обучения. Итак, ей нужно знать, что вам нравится учиться, и ей нужно вас научить. Ей также нужно признать, что вы уже в том возрасте, когда можете начинать заботиться о самой себе. Мэри, я знаю, что бывают ситуации, когда вы работаете со своими клиентами, когда вы видите, что они должны сами что-то для себя делать. Когда их нужно научить, как что-то сделать самим, а не ждать, что это за них сделает кто-то другой. Вспомните ситуацию, когда у вас действительно было это чувство, может быть, даже в детстве.

Мэри : Да, у меня бывают такие ситуации… ( Роберт якорит ее состояние, пока она вспоминает .)

Роберт : Теперь давайте будем удерживать этот якорь и посмотрим на вашу мать, пока вы будете давать ей этот ресурс. Как она могла бы справиться с этой ситуацией по-другому?

Мэри : Она говорит совсем другим тоном. Она бы увела меня в другую комнату и объяснила, что происходит. Она спокойна и терпелива.

Роберт : Что происходит с вами в той ситуации? Как эта девочка реагирует?

Мэри : Она испытывает облегчение, и ей любопытно.

Роберт: Хорошо. Я хотел бы, чтобы вы снова проиграли всю сцену. Теперь, когда ваша мать действует терпеливо и с пониманием, как вы реагируете? Я не думаю, что ваше намерение тогда состояло в том, чтобы создать реакцию, которая будет досаждать вам всю оставшуюся жизнь. Какой ресурс нужен этой девочке, чтобы ситуация не привела к созданию этого неприятного импринта?

Мэри : Я могла бы ясно показать, что мне нужно больше информации.

Роберт : Вы могли бы показать, что хотите получить от мамы информацию. Проблема не в клизме. Вашей матери нужно было понимать, что это не вопрос власти, а вопрос информации. Вы когда-нибудь так делали с другим человеком? Когда вам удавалось прояснить его намерение, а также свое собственное намерение и понять, что здесь важно?

Мэри : Да, конечно, но мне не приходит в голову какая-нибудь конкретная ситуация.

Роберт : Конечно, важно найти конкретный пример. Что бывали ситуации, когда вам что-то было непонятно, и вам нужно было это прояснить, не втягиваясь в ненужную борьбу за власть… ситуации, когда вы понимали, что произошло… ситуации, когда вы говорили другому человеку: «Я понимаю, что ваше намерение, – в этом и в этом, но сначала мне нужно кое-что прояснить». Возможно, это был врач, учитель или кто-то еще.