– Сделаем – уверенно ответил Вафамыч – Пока Пятый пусть листок дорезает последний, затем ему быстро ТО проведу и Богу помолившись, начнем варить.

– Я возражаю! Сначала надо полностью завершить разрезку второго корпуса! – запыхтел Лео. Как получается пыхтеть у электронной личности?

– Лео, ты знаешь, я уважаю твое мнение – вздохнул я – Но сейчас выбора нет. Мои древние русские предки сказали бы: «тучи сгущаются».

– Двигателей все равно пока нет!

– Вечером с тебя доклад на эту тему – напомнил я – Мы послушаем. Выберем несколько вариантов. А утром я пройдусь по всем точкам и определюсь.

– Ясно – недовольно проворчал ИскИн – Вы как на пятилетках – выполним и перевыполним с опережением!

– Не знаю что такое пятилетка – пожал я плечами.

– Потому что ты неуч! Пятилетка это рабочий план древних коммунистических общин!

– Я не коммунист. Я гросс. Ладно, с этим решили. Что там с доктором Ивановым?

– Прибудет с минуты на минуту. Ты себя плохо чувствуешь? – всполошился Лео.

– Я в норме. Но поскорее бы закончить врачебный осмотр и начать дело делать.

– После ужина! – на этот раз возмутился Вафамыч – И горячего кофе! Ты со здоровьем шутки не шути!

– Тоже верно – покорился я – Кстати, когда начнешь восстанавливать средний трюм под рубкой, сразу учитывай, что отныне и впредь это твоя вотчина. Если надо – сразу поставь переборку и отгороди половину объема под свой жилой отсек. В другой части мастерская под мелочи разные и кладовка. Ну и вход в двигательный отсек под боком.

– Ну спасибо, Тим. Давненько у меня не было жилого отсека… думал что и не будет уж…

– Будет – улыбнулся я.

– А ты сам?

– А я в рубке – там семь метров высоты, два уровня. Для одного человека места просто завались. Что самое поганое – жить будем в невесомости. Поэтому первым делом восстанавливай в обязательном порядке все аварийные поручни и ручки на стенах и потолке. А Лео обеспечит нас большим запасом космо-медицины. Да, Лео?

– Уже оформил предзаказ через сеть аптек СмоллФут. Но ты не разрешаешь оплатить. Сорок упаковок особого витамина «Анти-Нев 16» зависли в воздухе.

– И пусть висят. На кой черт мне витамины и стабилизаторы от невесомости, если у меня нет корабля готового к вылету? – зло буркнул я, медленно вставая и растегивая ремень с оружием – Сколько там до прихода нашего доктора?

– Двадцать пять – тридцать минут.

– Тогда я пока переоденусь и приму душ. Ох я и устал.

– А я как раз к твоему возвращению приготовлю ужин – оживился неравнодушный до еды Вафамыч – Сегодня и компот будет! Сварю из сушенной мута-клюквы. Наша клюквочка, местная, в оранжерейном блоке выращивается тоннами. И дешево и полезно! И что с того, что вкус такой затхлый, будто ее разрабатывал генетик-вонючка? Если подсластителя добавить – самое то будет! Верно, Тим?

– Угу – с легким сомнением кивнул я и заковылял прочь, мысленно дав себе слово ни в коем случае даже не пробовать знаменитую мута-клюкву.

Прославил это растение со сложным именем состоящим из букв и чисел один из мэром Невезухи. Он поддался обольстительным речам торгового представителя со случайно заскочившего сюда грузовика компании Мега Опт, рекламировавшего волшебное потрясающее ягодное растение, вышедшее из пробирки гениального ученого генетика. К рекламе прилагался настоящий патент на выращивание и пара килограмовых пакетов с семенами. Цена потрясала дороговизой, но предложенные для дегустации ягоды оказались невероятно вкусными и махнув рукой, мэр отвалил кучу с трудом скопленных бюджетных денег. Корабль Мега Опта свалил в далекую космическую туманность, а Невезуха стала, наверное, единственной станцией мира, где выращивали эту ягоду, невыносимо воняющую затхлым болотом и чьими-то никогда не стиранными сношенными носками. И выращивал ягоду никто иной как тот самый мэр, быстр смещенный с поста после выяснений вкусовых и запаховых качеств Мута-Клюквы.

В принципе никто из жителей даже и не удивился подобному провалу с покупкой патента – ведь мы жители Невезухи. Непруха для нас обычна и ожидаема. Да и мэр превратившийся в рядового сотрудника тепличных и оранжерейных блоков отнесся философски к своей судьбе… хотя встреться ему тот торговый представитель Мега Опта, он бы наверняка не сдержал руку с зажатой красной монтировкой…

Душ… как же мне нужен контрастный душ.

А еще жутко хочется спать… но этого я себе позволить не могу.

– Тим – окликнул меня Вафамыч – Движки если и брать, то только с родным электрогенератором, сам понимаешь.

– Это да – согласился я, стараясь, что накопившая усталость не шелестела в голосе.

– И пару солнечных панелей никак не помешало бы. Здешнее солнце не жаркое, но свет дает. А нам каждый ватт электричества пригодится – это я тебе как механик с большим опытом говорю. Аккумуляторы опять же нужны как можно скорее. Хотя бы парочку – стеллажи для них я прямо в двигательном отсеке обустрою. Слышишь, Тим?

– Слышу, слышу – отозвался я – Все будет, дружище. Все будет. Завтра же и начну. А сейчас душ, доктор и… кто там еще, Лео?

– И хозяин ломбарда.

– Вот – кивнул я – И хозяин ломбарда. Посмотрим, что он нам предложит….

Сам факт того что Крис, владелец широко известного в узких кругах ломбарда Золотой самородок покинул свое заведение и самолично явился в далекий корабельный ангар… сам факт этого говорил о многом.

Либо Крис испытывал ко мне настоящие дружеские чувства и решил меня проведать… это бред. Невозможно.

Либо Крис испытывал ко мне внезапно вспыхнувшие любовные чувства… это еще больший бред. Отброшено.

Либо Крису было что предложить… а вот это уже оптимальный вариант. И при этом сразу становится ясно, что речь не о дешевых наручных часах никому не известной марки.

И с последним выбором я не ошибся – это был деловой визит.

Крис прибыл чисто выбритым, в поношенном, но аккуратно выглаженном костюме и даже при галстуке. И с подарком сразу подчеркнувшим мой резко изменившийся статус – едва только мы поздоровались, как мне вручили блестящий светлым металлом перстень с глубоко выдавленным рисунком на печатке.

Официальная эмблема Невезухи.

Стилизованный венок из сплетенных хвостатых звезд-комет, где звезды из желтого металла, а хвосты из белого. В верхней части, над венком, висит отчеканенная надпись «ТехТранзит218». Посередине квадратный крест, а за ним скрещенные гаечный ключ и медицинский шприц. И в самом низу скромный номер с маленькими желтыми цифирками «000017». Общая эмблема принадлежала, по сути, не нашей Невезухе, а всей линии станций «ТехТранзит», давно уже больше не строящихся. Надпись «218» относила перстень к конкретной станции – нашей. А номер внизу «000017» приводил к конкретному человеку. К одному из первых кто ее заселил. Три первых цифры равных «0» говорили, что этот человек не только из первых жителей, но еще и из тех, кто участвовал в ее строительстве. По традиции первым эшелоном на подобные космические сооружения заселяли ровным счетом девятьсот девяносто девять жителей. Такова примета на успешную «вживаемость». Столько же, по той же традиции, выпускали специальных перстней – девятьсот девяносто девать. Три последние цифры на перстне приводили к имени человека что некогда получил его. Можно было бы смело посмотреть в официальной именной базе на странице станции, но этого не требовалось. Я знал имя человека которому вручили перстень – Тимофей Градский. Инженер. Мой прадед. Именно ему вручили перстень с номером «000017», о чем много раз упоминалось в нашей семейной хронике.

Поразительно…

Застыв словно столб, я держал на ладони наследие моей семьи. Начищенное до яркого блеска, с единственной царапинкой по левой части печатки, перечеркивающей одну из звездочек. Царапина появилась, когда мой прадед Тимофей одним ударом правой сбил с ног чересчур наглого гостя станции вздумавшего облапать мою прабабушку – тогда мои предки еще не были женаты. Но после столь мощного удара в челюсть наглеца прабабушка окончательно влюбилась в своего рыцаря. И благодаря этому появился на свет мой дед, а затем все остальные поколения Градских. Вот так вот…