счета…

52

Я просто истерически рассмеялся. Мне не было дела до моих денег, я готов был

отдать их им, без всякого объяснение. Но маски снимаются только после маскарада.

– Чёрт с ним… – я все ещё продолжал смеяться. – И так, это уже не мои деньги! Это

деньги моей милой жёнушки.

– Мы можем его остановить! – сказал Мэндельс.

– Не надо! Мы едем на похороны, потом разберёмся с ним. – Я отвел взгляд в окно,

чтобы избежать дальнейшей дискуссии.

В голове все ещё никак не укладывалось то, что мой лучший друг, тот человек

советам которого я всю жизнь доверял и каждый раз прислушивался, так подло со мной

поступил. Когда-то я думал, что смогу ему довериться, доверить ему моё все самое

дорогое… Но я тоже принял неверное решение, я сделал ошибку.

* * *

Театр. Наверное, так можно было назвать церемонию моих похорон,

здесь собралось столько людей. Большую часть из них я никогда не знал лично, но они

знали меня. Никто даже не заметил, бородатого мужчины в старом сером костюме, в

сопровождении чернокожей привлекательной женщины и старика.

Я слушал речи, которые говорили все такие чувственные, будто бы они знали меня

больше, чем я сам. Много нового, если честно узнал о себе, об некоторых фактах никогда

бы сам не догадался, но мне раскрыли глаза.

В некоторых моментах хотелось подняться со своего места, поаплодировать и

сказать «Благодарю за внимание, мы закрываемся!».

Потом встала моя жена, я искал глазами Мартина, но так и не увидел. Его здесь не

было.

– Благодарю вас всех что вы пришли сегодня… – она тяжело вздыхала, чёрный вуаль

прикрывал заплаканные глаза, на ней было чёрное длинное платье. Актриса что надо, так

искренне роняла горькие слёзы. – Мой муж… Он был хорошим человеком. Лучшим из

тех что я знала… За что Дэвид… за что ты покинул меня одну? – вот в такой момент я сам

чуть ли не разрыдался, меня схватила прямо за душу её трогательная речь. – Я всегда

думала, что мы проживём долго и счастливо. Богатство было его самой большой

53

проблемой, часто он говорил мне, что это не его жизнь… А сейчас его больше нет…

Дэвид всегда останется в наших сердцах, как светлый луч, который освещает в самую

тёмную пору. Ты всегда со мной… Всегда любовь моя…

– Ваша жена, лучшая актриса, которую я когда-либо видел! – тихо на ухо прошептал

мне Мэндельс.

Я увидел, что в двери стоит моя бывшая ассистентка Лиза. Она боялась войти внутрь,

стояла прямо у двери, роняя слёзы. Мне нужно было с ней поговорить, потом я заметил,

как она развернулась и начала уходить. Я не мог потерять шанс.

– Вы куда? – спросила меня Ана, я поднялся и начал выходить через узкий проход

между людьми.

– Сейчас вернусь! – быстро ответил я и стал пробираться сквозь сидящих людей.

Я вышел из церкви, наблюдая за Лизой, она быстрым шагом покидала территорию

кладбища. Здесь было столько машин, что яблоку негде было упасть, не то что

припарковаться. У входа на кладбище дежурило несколько десятков журналистов,

которых по распоряжению моей жены не пропустили внутрь.

Быстрым шагом я проскользнул сквозь толпу, чтобы не потерять из виду Лизу. Она

направлялась к своей Ауди. Я помчался за ней, сделаю самую большую ошибку или же…

Пока она садилась на сторону водителя, я быстро сел на сторону пассажира.

Она закричала.

– Вылезай или я вызову полицию! – она прижалась к стороне окна, чтобы отдалиться

от незнакомого ей человека.

– Лиза…

– Быстро я сказала! – у неё всегда был решительный характер и нажимать на мужчин

я хорошо её обучил, за все годы работы со мной.

– Лиза — это я! – я снял очки.

В первые секунды её лицо сменило краску, розовые щеки быстро побледнели. Не

было странным то, что она потеряла дар речи, ведь перед ней сидел покойник.

– Лиза — это я Дэвид… – я попытался успокоить её.

– Ми…Мистер Линкольн… – на её глазах выступали слёзы, как реагировать она не

знала и скорее всего была в полном шоке – Но… как?

– Лиза давай быстро уедем отсюда! Здесь могут нас заметить… я скоро все тебе

объясню! – в её глазах все ещё стоял ступор, но потом она быстро нащупала кнопку

зажигания и мы тронулись с места.

54

Мы ехали в полной тишине, она боялась говорить, только иногда кидала на меня

взгляд. Странно, наверное, встретить покойника в день его похорон на его же похоронах.

Через несколько минут мы приехали к ней домой, жила она на втором этаже, в

квартире. Квартирка была скромной, несмотря на то, что получала она у меня на работе

достаточно неплохое жалование.

– Располагайтесь… – все ещё страх был в её глазах.

– Лиза! – я взял её за руки, она тревожно и недоверчиво смотрела на меня. – Мне

надо тебе все рассказать… но я не знаю, могу ли я тебе доверять…

– Доверять? – удивлённо спросила она. – Я работала на вас столькие годы, ни разу не

подводила вас… а сейчас… я подвела вас мистер Линкольн… Если бы в тот день я

поехала вместе с вами… – Она прижалась ко мне и зарыдала.

– Лиза… Ты ни в чём не виновата! Послушай меня! – я пытался вытащить её из того

состояния в котором пребывала она.

– Что с вами случилось? Как…

Мы сели на диван и впервые я раскрылся ей. Я рассказал ей все, что произошло на

самом деле. Иногда у неё текли слёзы, иногда смотрела на меня, как на сумасшедшего.

Но одно я понял в её взгляде, она рада что я не умер.

Когда я рассказал ей о том, что увидел на видеозаписи, она сказала.

– После того как на вас напали… Ваша жена, миссис Линкольн уволила меня… и

сказала, что это я во всём виновата и это я подстроила все…

– Это все ложь Лиза… Они с Мартином подставили меня…

– Что вы сейчас намерены делать мистер Линкольн?

Я сделал длинную паузу, так как не представлял, что я сейчас хочу сделать. Я не желал

мщения, я хотел справедливости. Они грабят меня, они предали меня и в этот момент я

понял, что больше не люблю Кэтрин. Её поступки убили во мне человечность. Моё сердце

превратилось в камень.

* * *

55

«За что?» как спросила кого-то, наверное, высшую силу моя жена, за что мне все это?

Я никогда не просил у жизни богатства и славы, я просил только простого человеческого

счастья. Хоть немножко любви и чтобы возле меня был такой человек, которому я мог

бы доверять в любой ситуации больше чем себе.

Чем я заслужил такое отношение к себе? Богатством, которым владел, или же тем,

что полюбил её больше чем свою жизнь?

Наверное, я больше никогда никому не смогу доверять, даже на такую долю правды,

как я верю себе. Себе самому я тоже часто не верю, я могу принять одно решение, а в

результате, в последний момент изменить его. Я могу доверять и презирать человека,

думать о нём плохое, а потом сменить своё решение. Ведь, как говорят, вы встретите

меня по одёжке, увидите какая у меня причёска и в чём я одет, но вы никогда не узнаете

о том, что я думаю, и какой я человек внутри. Здесь в «театре», под названием жизнь, мы

играем всего лишь жалкие роли, создавая себе образ, маску под которой прячется

совсем иной человек.

И самое трудное во всём этом процессе, что мы сами не знаем кто под нашей маской.

Каждый уверен, что он знает самого себя, но это лишь заблуждение. Чтобы изучить

самого себя у нас, наверное, ушли бы многие столетие, а что же тогда можно говорить о

том, чтобы познать кого-то другого. Можно выучить его привычки, что он любит, а что