Купюра перекочевала к бармену. Он отдал что-то парню. Тот закивал в благодарность и дальше повел себя неожиданно: воровато оглядевшись и, как зафиксировал Хижняк, стараясь проскочить прежде всего мимо сарматов в светлых пиджаках, шмыгнул по ступенькам на второй этаж и скрылся там.

Тем обстоятельством, что посторонний, который непонятно зачем окопался у бара и торчит тут, стал свидетелем некоей сделки, бармен заметно тяготился. Потому сразу же подошел к Виктору и даже не объяснил — доложил:

— С девкой договорился.

— Ты?

— Он. — «Ковбой» кивнул в сторону лестницы на второй этаж. — Ключи от комнат тут, в баре. Ну, сами понимаете… Пока телка такая, какая нужно…

— Там же молодым приготовлено…

— Не там, — успокоил бармен. — Что я, леший — спальню молодых сдавать?

— Мне-то что, — пожал плечами Виктор, — дело молодое. — И зачем-то добавил: — Сам такой был. Чай сделаешь?

— Черный, зеленый? — Бармен обрадовался равнодушию клиента.

— Зеленый. С лимоном. Есть лимончик?

— Дык елы-палы!

«Ковбой» живо принялся готовить клиенту чай.

А Хижняк внимательно смотрел на стилизованный под рецепцию квадратный щит, на котором были развешаны ключи от комнат на пронумерованных брелоках.

Он давно заметил их. Даже обнаружил, что одного не хватает. Если они правильно развешаны, нет номера «3».

Но только он не видел, чтобы, отдавая ключ предвкушающему сексуальное приключение парню, бармен протянул руку и снял его с соответствующего крючка.

Этот ключ «ковбой» достал из-под стойки. Выходит, приготовил заранее. Знал, что будет происходить.

Допустим, ничего страшного в этом нет. Еще и не такое бывает. Но тогда зачем разыгрывать этот маленький спектакль с торгом и покупкой права взять ключ, если это действо оговорено заранее? Да, там молодые проведут свою первую ночь. Только ведь не в комнате под номером «3» — бармен просто не рискнул бы здоровьем и работой, пуская на брачное ложе кого попало.

Значит, спектакль родился по ходу. Для него, случайного зрителя. А «ковбой» тут же бросился оправдываться.

Итак, все-таки он чем-то рискует, передавая ключ от одной из комнат на втором этаже постороннему человеку.

Взяв принесенный барменом чай, Хижняк отошел подальше, к самому краю стойки, сделал большой глоток из чашки. Сейчас он отдавал себе отчет в том, что обращает внимание на какие-то незначительные странности и ломает над ними голову исключительно от скуки, пытаясь чем-то занять себя. Может быть, даже развлечь. Если бы не дурацкий конфликт со службой охраны, Виктор бы сейчас пытался веселиться, поддерживая в этом желании Марину, которая, разумеется, не дулась бы на него…

Ди-До ставил песню за песней. Гремела музыка. Свадьба гуляла.

Парень в цветастой рубашке спустился вниз и, не глядя в сторону бара, слился с толпой танцующих. Его не было всего минут пятнадцать, пока Хижняк допивал свой чай. За это время ни одна девушка за ним так и не проскользнула. Хотя ключ брался именно для возможности уединиться с дамой.

И главное — парень не вернул ключ.

Здесь что-то происходит, решил Виктор. Или должно произойти.

Теперь он почувствовал, как напряжение бармена передается ему волнами. Пока надоедливый клиент маячит рядом, «ковбой» дальше будет мандражировать. Виктор сполз со стула, сунул руки в карманы брюк и отошел, делая вид, будто выискивает кого-то в зале. В нескольких шагах от стойки потолок подпирала квадратная колонна, Хижняк отошел к ней, стал, прислонился плечом. Теперь со своего места бармен не видел его. Вернее, видеть-то мог, за колонной не спрячешься, но наблюдать было затруднительно. Тогда как Виктор со своей позиции имел возможность следить за происходящим в зале и держать взглядом цветастую рубашку, похотливый обладатель которой не спешил реализовывать свою сексуальную энергию. Отсюда, как оказалось, можно было идеально наблюдать не только за залом, но и за лестницей на второй этаж.

Минут через десять, когда отзвучали две песни, вверх по ступенькам, уже минуя барную стойку, проскочил еще один молодой парень, с виду гость со стороны молодоженов. Бармен старательно протирал бокалы. Ему понадобилось делать это именно в тот момент.

Парень, скрывшийся наверху, был в пиджаке. Виктор вдруг отчетливо вспомнил: рассевшись за столами, все мужчины, независимо от возраста, и он в том числе скинули пиджаки. Исключение составили братья Поляки, молодожен Валера и его почетный свидетель. Охранники-сарматы не в счет, они за столами не сидели, под пиджаками топорщились кобуры.

Под пиджаком легче всего прятать оружие. Хижняк ведь сегодня поступил точно так же.

Поднимаясь наверх, молодой парень надел пиджак.

Убедившись, что бармен не смотрит в его сторону, Виктор отделился от колонны, быстро, натыкаясь на выпивших гостей, обошел зал по периметру. Один раз он чуть было не столкнулся нос к носу с белобрысым «сарматом». Но в нужный момент вклинился в толпу танцующих. И пробрался к подножию лестницы, при этом сумев не обратить на себя внимания.

Набрав полную грудь воздуха, Хижняк на выдохе рванул вверх по ступенькам и оказался в начале коридора, ведущего на второй этаж, к номерам.

Здесь было тихо, свет не горел, хотя выключатель Виктор увидел рядом с дверью, — протяни руку и освети путь. Окно в противоположном конце коридора, которое могло пропускать естественное освещение, забрано жалюзи. Комнаты располагались по обе стороны коридора. Прикинув, откуда может начинаться нумерация, Хижняк шагнул к первой двери слева — номер «1», чуть по диагонали напротив — номер «2», значит, номер «3» — вторая дверь с левой стороны.

Двигаясь стремительно, но почти неслышно, Виктор Хижняк подошел к нужной двери, убедился, что на ней нарисована тройка, коснулся подушечками пальцев, толкнул. Как и предполагалось, дверь открывалась вовнутрь и сейчас была не заперта.

Он вошел.

На убранство смотреть было некогда — у кровати на коленях боком к двери стоял парень в пиджаке. Сначала почувствовав, но уже в следующую секунду увидев Виктора, он резко выставил перед собой руку.

На Хижняка смотрело дуло пистолета.

Противник не был готов стрелять.

Вернее, как потом понял Виктор, к бою парень, конечно же, готовился, только начинать его собирался позже. Потому, когда незнакомец вдруг появился, просто замешкался, на подсознательном уровне решая — стрелять, не стрелять, и если стрелять, то что за этим последует. Тем самым Хижняк выиграл несколько нужных секунд.

Реакция не подвела и оказалась молниеносной. Прыжком сократив расстояние между собой и противником, Виктор ударом ноги выбил пистолет и в следующее мгновение припечатал подошву своей туфли прямо в лицо неприятеля. Парень с криком повалился на пол и при этом попытался одной рукой дотянуться до утерянного оружия. Однако пока его крики не входили в планы Хижняка. Он вообще не знал, какими будут его дальнейшие действия, и просто навалился на парня сверху, придавливая коленями грудь. Прижав противника к полу, Виктор наотмашь ударил ребром ладони по плечу, стараясь перебить ему ключицу через ткань пиджака, — и таки услышал слабый хруст, сопровождаемый глухим криком боли и отчаяния. Ставя в этой схватке жирную точку, Виктор убрал колени, удобнее уперся одной ногой в пол, резко развернул парня, перехватил поврежденную руку и рванул вверх, причиняя противнику нестерпимую боль, от которой парень, как и было задумано, потерял сознание.

Снизу доносилась гремевшая в зале музыка. Никто ничего не услышал, никто ничего не понял. Очень хорошо.

Подобрав пистолет, Хижняк осмотрел оружие. «Стечкин», заряженный и готовый к бою. Секунду подумав, Виктор наклонился, пошарил под кроватью и выволок оттуда сумку.

Она оказалась пустой, если не считать двух запасных обойм. Причем вторая обойма была к «макарову», а сумка могла вместить не только пистолет, но и более крупное оружие. Значит, парень в цветастой рубашке поднимался сюда за тем же, за чем и этот тип. И бармен, выходит, тоже в деле… Сколько их всего — трое или больше? А главное — когда они начнут стрелять и в кого?