Сара отыскала маму за домиком, она развешивала мокрое белье на веревку, чтобы оно высохло на теплом южном солнце. Она что-то напевала с двумя прищепка во рту. Сара наклонилась и, не сказав ни слова, начала прицеплять одну из рубашек отца на веревку. Энн посмотрела на Сару, но она оставалась безмолвной и продолжала развешивать белье.

Через несколько минут и от усилившегося хмурого взгляда Сары, ее мама нарушила неловкую тишину. 

- Сара, милая, какой приятный сюрприз: твоя компания и помощь.

- Привет, мама, - Сара пыталась подражать настроению матери, но понимала, что это будет невозможно. Она хотела продолжить, но просто не знала с чего начать. Казалось, она и Уилл так давно дали друг другу обещания, что, по ее мнению, они так и останутся верными. Но недавние взаимодействия и неоспоримое очарование Адли угрожали разрушить эту веру. Фактически это загнало ее в тупик... Уилл или Адли?

Энн продолжала свою работу, и Сара заметила, что куча мокрой одежды уменьшалась и вскоре мама займется другими делами. 

- Мама, могу я задать тебе вопрос? - Сара похвалила себя за то, что хотя бы смогла начать разговор. Если бы только остальная часть была бы столь же легкой, но это не так.

- Кончено, что тебя беспокоит?

- Ну, я подумала, я хотела спросить о...- Сара просто не могла подобрать слова, которые могли бы скрыть истинную проблему, но все же получить нужные ответы. И потом она поняла, что ей даже не нужно упоминать Уилла или Адли, ей просто нужно спросить, как влюбились ее родители, и ее мама не догадается. 

- Когда вы встретились с папой, как ты поняла, что он тот за кого ты выйдешь замуж?

Энн улыбнулась, и Сара поняла, что подобрала неудачное прикрытие. 

- Ну, дорогая... это одно из самых важных решений в жизни, не так ли? Но, также одно из самых простых. Должна сказать, что, по крайней мере, так должно быть. - Энн прицепила последний носок к веревке и посмотрела на Сару. - Когда мы с твоим отцом встретились, я, словно нашла недостающий кусочек пазла, который заполнил пустоту в моей душе. Это было то, что я чувствовала всем своим существом. - Энн поднесла руки к груди. - Я просто знала, что моя жизнь может идти своим чередом без этого мужчины, но не была уверена, будет ли мое сердце на самом деле биться, если я не проведу свою жизнь, любя его.

Сара отыскала взгляд мамы, и могла почувствовать верность и страсть, которую так очевидно испытывала ее мама к отцу. Сара попыталась представить, как выглядит ее душа, без той частички, которая завершит ее, желая почувствовать ответ. Был ли Уилл той недостающей частичкой? И если это он, будет ли у нее шанс, провести свою жизнь, любя его? Он был в тысячах милях от нее, и ей начинало казаться, что последний раз она смотрела ему в глаза целую вечность назад.

- Это помогло, милая?

- Эм, ну... я не знаю. Ты говоришь, что должно быть легко, но, кажется, то о чем я думаю более сложно.

Энн нежно улыбнулась своей дочери и обняла ее. 

- Хотелось бы мне ответить на все твои вопросы. Мне жаль говорить, но есть только один человек, который точно знает, чего хочет сердце, и это ты, дорогая.

- Да, но, что если твое сердце и разум говорят две совершенно разные вещи? Как мне понять, к кому прислушаться.

- Ну, если ты внимательно прислушаешься, одно из них будет говорить с тобой громче.

- Я просто не знаю, мама. Я так запуталась. И я немного боюсь. - Надежда Сары оставаться стойкой, во время, кажется, невинного разговора с мамой определенно не принесла плодов.

- Боишься чего?

- Боюсь... сделать не правильный выбор. - Сара посмотрела на маму, умоляя ее взглядом, просто сказать ей, что делать, и забрать выбор из ее рук.

Энн ласково провела пальцами по волосам Сары. 

- Милая, мы все боимся сделать неправильный выбор. Но обычно, глубоко внутри мы знаем, какой выбор верный, просто осознание этого самая тяжелая часть.

Сара обняла маму и пошла к дому. Она остановилась у крыльца и поняла, что для того, чтобы прояснить свои мысли, ей бы не помешала прогулка. На данный момент, она не могла расшифровать, чьи аргументы были более весомы, ее разума или сердца. И если мама права, как и всегда, Саре нужно внимательно прислушаться, кто говорит с ней более убедительно.

Она прошла по холму за сараем, который вел в поле, где пасся скот. Никогда еще Сара не скучала по Королевскому ручью так сильно, как сейчас. Чего бы она ни отдала, чтобы посидеть на берегу и послушать, как вода бежит по камням. Но напоминания о ручье сейчас были ни к чему, особенно тогда, когда ее сердце тянулось к нему почти с той же силой, что и к Уиллу. Поля было достаточно. Оно было тихим и далеко от всего, и, что более важно, от всех кто мог ее отвлечь.

Она нашла небольшое скопление деревьев, которые откидывали тень, а шелест листьев на ветру напоминал ей об осинах. Она села и прислонилась к одному из стволов деревьев, и полюбовалась видом. Как сильно он отличался от Колорадо, но, тем не менее, по- своему прекрасен. Откинув голову и закрыв глаза, она попыталась навести порядок в своей голове, и внимательно прислушаться к сердцу и разуму, и что белее убедительно указывало ей путь к правильному выбору.

Большая часть ее жизни прошла в Колорадо, и с Уиллом. И до самого вечера совместного пикника, у нее не было причин полагать, что вся ее жизнь может пройти без них. Почти в каждом воспоминании о детстве присутствовал Уилл. Все ее мечты, пока она взрослела, заполнял Уилл. Не было ни каких сомнений, что все ее прошлое было связано одним общим знаменателем - Уильямом Харстоном.

Она представила в памяти то утро у Королевского ручья, когда она и Уилл встретились, чтобы попрощаться. Сара была уверена, что никогда не забудет ту болезненную пытку, когда она смотрела последний раз в его глаза, и жгучие слезы были доказательством того, что это воспоминание было по-прежнему огромной ее частью. Но единственное, что она не может забыть, это его слова, предназначенные для нее, и ее слова предназначенные для него. Он отказывался прощаться с ней, и умолял ее помнить, что они пообещали друг другу. Однажды, они будут вместе, и сделают друг друга счастливыми. Она обещала ему, что будет помнить.

Ме Вер Ву. Она обещала. Она должна была быть глухой, чтобы не услышать, о чем кричало ее сердце сейчас.

Но нельзя было отрицать тот факт, что все это на самом деле было в прошлом. Затем ее мысли метнулись к Адли. Он был здесь, он был сейчас, и как она могла не принимать во внимание такой огромный фактор в своем решении?

В Адли определенно были качества, которые имели большое влияние на Сару, особенно когда она была в его присутствии. То, каким прозрачным он был в своих намерениях, одновременно и льстило и напрягало. Теперь, когда он знает, что в ее жизни есть кто-то другой, изменит ли это его впечатления о Саре, или задушит растущее влечение к ней. Неожиданный укол беспокойства поразил Сару, и это послание она тоже слышала громко и ясно. Ее всегда волновало присутствие Адли, и не однажды она замечала, как он взглядом ворошил ее тело. Впрочем, она сама не без греха, так как было почти невозможно не восторгаться, от того, как его широкие плечи переходили в накаченные руки, и задаваться вопросом, какого это будет, если эти руки будут обнимать ее. Она спросила себя, действительно ли она хочет, чтобы это все закончилось.

Сара наблюдала, как солнечный диск садится за горизонт, и понимала, что пора отправляться домой. С тех пор как она присела здесь часами ранее, она на не стала более уверенной в том, что делать. Разочарование было изнурительным, и ей казалось, что она едва может подняться с земли. Наконец, она встала и отряхнула пыль с одежды. Она снова прислонилась головой к дереву и закрыла глаза, придя к заключению, что пока с нее хватит. "Я не знаю как, или когда, но мне придется просто поверить в это, когда приедет время ответ станет очевидным.

Сара стояла, уставившись на порог маленького дома. Она добралась до дома, немного успокоившись, и приняв решение, что ее метания между Уиллом и Адли в подходящее время решатся сами собой. Но сейчас она смотрела на ожидавший ее букет Калифорнийских Маков перевязанных ленточкой и сложенной запиской с ее именем. Это, не подходящее время. Она задумалась, как ей не заметить цветы и все что написано в записке, чтобы они просто исчезли . . . но в очередной раз, двойственность ее эмоций не позволила ей так поступить. Разрываясь между желанием отклонить подарок, или спотыкаясь броситься прямо к записке, ей ни чего не оставалось, кроме как стоять и смотреть. Сара закрыла глаза, и без преувеличений чувствовала себя измученной. Этот день превысил свою справедливую долю эмоциональных потрясений. И очевидно, сюрпризы еще не закончились.