Сказание о Юэ Фэе. Том 2 i_001.jpg

Цянь Цай

Сказание о Юэ Фэе

Том 2

Сказание о Юэ Фэе. Том 2 i_002.jpg

Глава сороковая

Юэ Юнь находит невесту в поместье Гунцзячжуан. Чжан Сян спасает государя на горе Нютоушань

Издревле к счастью
Тропы неизвестны,
Но жениха
Всегда влечет к невесте.
Вы, связанные
Узами любви,
И разлученные
Душою — вместе!

Итак, Юэ Юнь провалился в яму, и какие-то люди поддели его крюками. Но юноша не растерялся, громко гикнул, конь взвился на дыбы и вынес его из ямы. Перепуганные разбойники разбежались.

Это были конокрады. А возглавлял их Лю Ни, второй сын предателя Лю Юя. Больно уж понравился ему рыжий конь Юэ Юня, и он непременно хотел им завладеть.

Между тем Юэ Юнь скакал по горной дороге. Начинало смеркаться, но подходящего места для ночлега не попадалось. Наконец, когда уже совсем стемнело, он очутился возле какой-то усадьбы. Люди как раз запирали на ночь ворота. Юэ Юнь спешился и обратился к ним:

— Не пустите ли меня переночевать?

Наш хозяин очень гостеприимен, — ответил один из слуг, — но только он уже лег спать, и нам неудобно его тревожить. Я бы устроил вас у себя, но, боюсь, вам не понравится — постель жестковата.

— Ничего, — сказал Юэ Юнь. — Я и не собираюсь спать: посижу до рассвета — и в дорогу. Только куда поставить коня?

— Об этом не беспокойтесь.

Юэ Юнь поблагодарил. Человек провел гостя к себе в домик. Юэ Юнь стал его расспрашивать, как называется место, куда он попал, и кто хозяин усадьбы.

— Поместье называется Гунцзячжуан, — отвечал тот. — А хозяин наш большой хлебосол, у него часто бывают гости. Если бы вы приехали пораньше, он принял бы вас как подобает!

— Ничего, спасибо, хоть вы меня приютили! — поблагодарил его Юэ Юнь.

Несмотря на то что добыча ушла из его рук, Лю Ни и не думал успокаиваться. Он пустился по следам беглеца. В сумерки он тоже добрался до усадьбы, где устроился Юэ Юнь.

— Что там за строение? — спросил он своих разбойников.

— Усадьба Гунцзячжуан.

«Я давно хотел забрать дочь Гун Чжи себе в наложницы. Сама судьба, видно, привела меня сюда», — подумал Лю Ни и приказал разбойникам взять усадьбу.

Слуги заметили чужих людей и разбудили хозяина. Тот вооружился и вместе со своими людьми выступил против нападающих. Но разве простые крестьяне могли устоять против вооруженных до зубов разбойников? Они сразу же обратились в бегство.

Их крики разбудили Юэ Юня. Он схватил свои молоты и выскочил во двор.

Лю Ни не успел опомниться, как молот Юэ Юня обрушился на его голову. Потеряв своего предводителя, разбойники бежали.

Пока Юэ Юнь преследовал их, в главном зале усадьбы были накрыты столы в честь гостя, и когда тот вернулся, Гун Чжи пригласил его занять почетное место.

Жена хозяина из-за двери незаметно подглядывала за Юэ Юнем и была поражена его необыкновенной внешностью.

— Вот бы нам такого зятя! — сказала она мужу, когда он вышел отдать кое-какие распоряжения. — С виду он молод и, наверное, еще не просватан.

— Это легко узнать. — Гун Чжи снова вышел в зал и обратился к гостю: — Почтенный молодой гость, моя супруга не знает даже, как благодарить вас за спасение. Нашей единственной дочери четырнадцать лет, и если вы не возражаете, мы готовы ее за вас сосватать.

— Женитьба-дело серьезное, — ответил Юэ Юнь, — и я не могу дать согласия, не посоветовавшись с родителями.

— Я вас понимаю и могу подождать, — заверил его Гун Чжи. — Вы только оставьте нам какую-нибудь вещь в знак того, что сговор состоялся.

Юэ Юнь достал связку монет и протянул ее Гун Чжи:

— Эти деньги мне дала бабушка на дорогу вместо амулета. Пусть они останутся у вас в знак того, что как только настанет мирное время, я приеду за невестой.

Сказание о Юэ Фэе. Том 2 i_003.jpg

Юэ Юнь еще одну ночь провел в усадьбе Гунцзячжуан, а наутро распрощался с радушными хозяевами и снова пустился в дорогу.

А теперь возвратимся к Ню Гао. В пятнадцатый день восьмого месяца он, грустный, сидел в шатре. К нему зашел Тан Хуай.

— Брат Тан, — сказал ему Ню Гао, — сегодня я хочу принести жертвы и поплакать на могиле Гао Чуна.

— Хорошо, я доложу юаньшуаю.

Когда Тан Хуай вышел, Ню Гао велел телохранителям приготовить вино, жертвенные кушанья и вечером отправился на могилу.

Преклонив колена, он принес жертвы и горько заплакал:

— О, мой брат! О, несчастный брат Гао!…

От рыданий в голове у Ню Гао помутилось, и он без чувств упал на могилу.

В этот день юаньшуай Юэ Фэй в сопровождении Чжан Бао выехал из лагеря, чтобы ознакомиться с расположением цзиньских войск.

— Ну и армия у чжурчжэней! — сокрушался он, когда они проезжали мимо лагеря Учжу. — Как же тут уберечь государя? В один прекрасный день кончится провиант, и все мы погибнем!

Возвратившись в лагерь, расстроенный юаньшуай удалился в шатер, приказав Чжан Бао выставить повсюду усиленную охрану.

Между тем император в монастыре Юйсюй отмечал праздник Середины осени. На столе были расставлены вино и закуски. С императором был только один Ли Ган.

— Мой верный друг! — сетовал Гао-цзун. — До чего же неласкова ко мне судьба! Отца и деда враги увели в неволю. Мне самому чудом удалось вырваться из рук чжурчжэней, переплыть реку и вступить на трон в Цзиньлине. Как будто все стало налаживаться, и тут опять в нашу землю вторгся Учжу. Если всемогущие духи не явят чудо, нам, видно, до конца дней не видать покоя!

Император горько заплакал. Ли Ган, как мог, его утешал:

— И все-таки, государь, судьба не лишила вас счастья. Пусть два старых императора в неволе, сидят в яме, но главное — они живы!

Как только Ли Ган упомянул о старых императорах, Гао-цзун зарыдал еще горестнее. Чтобы как-нибудь отвлечь его от грустных мыслей, Ли Ган предложил:

— Государь, вы помните изречение древних: «Сколько раз в жизни человеку удается видеть над собою полную луну»? Сегодня праздник Середины осени — не хотите ли полюбоваться луной? Может быть, это развеет вашу печаль?

— Я не против, — согласился император. — Только вы уж составьте мне компанию.

Ли Ган приказал подать коней. Они выехали за ворота монастыря и направились к храму Полководца огненных колесниц. Навстречу им вышел Тао Цзинь и осведомился:

— Осмелюсь спросить, куда направляется государь?

— Хочу спуститься с горы и полюбоваться луной.

— Простите, государь, но я не могу вас пропустить, иначе юаньшуай меня строго накажет! — набравшись смелости, сказал Тао Цзинь.

— Не бойся. Если он вздумает тебя наказывать, я заступлюсь, — пообещал император.

Тао Цзиню пришлось уступить. Гао-цзун и Ли Ган спустились к хребту Лист лотоса. Здесь их попытался задержать Чжугэ Ин.

— Не мешайте мне — я знаю, что делаю! — с недовольством сказал император. — Ничего со мной не случится. Чжугэ Ину пришлось открыть проход в заграждениях на дороге. Когда император проехал, он шепнул Ли Гану:

— Великий наставник, прошу вас — присматривайте за государем! Возвращайтесь поскорее, появляться на глаза врагу опасно!

Ли Ган в знак согласия кивнул головой.

Когда государь и его наставник спустились к подножью горы, Ли Ган придержал коня и обратился к Гао-цзуну:


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: