Право на защиту

Автор: marlu

Беты (редакторы): Marbius

Фэндом: Ориджиналы

Рейтинг: NC-17

Жанры: Слэш (яой), Романтика, Флафф, Психология, Повседневность, POV

Предупреждения: Кинк

Посвящение:

Написано в подарок на День Рождения natali3112.

Примечания автора:

Является сиквелом к Праву на любовь. Может читаться как самостоятельное произведение.

Превосходные иллюстрации от natali3112

Глава 1

Зависть. Я чувствовал горькую в своей откровенности зависть к тем двоим, что вышли пять минут назад из кабинета и сейчас усаживались в грязную и старую бордовую восьмерку, стоящую как раз под моими окнами. Мотор надрывно взревел, и машина, вихляя задом по скользкой дороге, исчезла из зоны видимости.

Я откинулся на спинку кресла, продолжая смотреть сквозь мутное стекло на улицу. Перед глазами все еще стояли счастливые лица двух мужчин, которые получили, наконец, то, о чем мечтали и к чему шли долгое время. Только вот счастливы они были и без материальных благ. В таких случаях говорят, что с милым рай и в шалаше; глядя на них, в этот сомнительный постулат верилось абсолютно.

Я помнил тот день, когда впервые увидел эту пару, до мельчайших подробностей. Как только распахнулась обитая темной кожей дверь кабинета и внутрь шагнул, подслеповато щурясь, новый клиент и следом зашел его друг, мне вдруг стало жарко. Тело окатило такой горячей волной, что я едва смог усидеть в своем глубоком кресле и с усилием наклонить голову в скупом приветствии. От них обоих исходила такая мощная аура любви и принадлежности друг другу, что стало тяжело дышать, и я отвернулся, невидяще глядя в окно, пытаясь восстановить самообладание. Это было невежливо, это было непрофессионально, но повернуться лицом и наблюдать за чужим, бьющим через край счастьем оказалось выше человеческих сил.

Да, я слаб, хотя и не произвожу такого впечатления. У меня тренированное тело и высокий рост, девушки пытаются улечься у ног в штабеля, но природа сыграла шутку, подарив склонность к мужчинам. Даже не склонность, будь я бисексуалом, жилось бы на порядок проще, но увы, я стопроцентный гей, причем любящий подчинение, но не признающий никаких специфических практик.

В городе, пусть и довольно большом районном центре, быть открытым геем значит быть изгоем. При моей профессии нельзя даже пойти в тематический клуб или просто расслабиться вечером пятницы, попивая пиво или скотч в компании себе подобных. Поэтому мой удел тихо сидеть в своей новой, купленной на заработанные нелегким трудом денежки квартире и кусать губы от тоски в ожидании редких поездок в столицу или того лучше – за бугор, где можно было встречаться с кем угодно без опаски. Но как же этого было мало! Два-три раза в год, а остальное время работать и работать, проводя время в ожидании следующего раза и в сладких воспоминаниях о том, что было где-то и с кем-то.

Еще курсе на третьем университета был у меня опыт общения с одним человеком. Наверное, мы так бы и остались с ним вместе, но, к сожалению, разлучило нас то, над чем люди не властны – смерть. Я тяжело переживал потерю единственного человека, которому смог открыться, с которым мне было хорошо рядом и в котором я был уверен, что не предаст и не расскажет, что не возмутится и не посмеется над моими фантазиями. И мне плевать было на разницу в возрасте, на то, что он мой преподаватель. Аркадий Петрович многому научил меня и по специальности – благодаря ему я смог пробиться в жизни, начав с низов, и помог принять себя таким, каков я есть.

– Стас, – говорил он, – если Бог создал тебя именно таким, значит это кому-нибудь надо, – и улыбался, давая понять, что ему я точно нужен и интересен.

Жаль, что отношения продлились так недолго, без него в сердце поселилась пустота, и одиночество стало еще более острым.

Я еще раз посмотрел на улицу, на сгустившиеся ранневесенние сумерки, на фонари, ронявшие мутные пятна розоватого света на тротуары, на плохо почищенную подъездную дорогу и с тоской думал, что вот и наступила очередная пятница. Как бы в подтверждение этого факта в дверь просунулась голова секретарши Полины:

– Станислав Ильич, домой можно идти? Клиентов нет, документы подшила, справку напечатала.

– Идите, Полина, идите, – чего бы не отпустить девушку, раз она торопится на свидание. Хорошо, что у нее есть молодой человек и на меня она видов не имеет, жаль было бы терять хорошего помощника.

Я остался один в конторе, все наши по случаю последнего рабочего дня решили не возвращаться на рабочие места. Как начальник я был лоялен к таким нарушениям трудовой дисциплины, поскольку сам не раз говорил, что волка ноги кормят, и многие сотрудники работали и сверхурочно и по ночам, когда этого требовали интересы дела. Пожаловаться на наш коллектив было нельзя.

В приёмной хлопнула дверь, и наступила тишина, нарушаемая лишь детским голосами с улицы – две мамашки вывели своих отпрысков на площадку прогуляться перед сном. Сидеть в пустом офисе уже смысла не было, идти куда-то одному тоже. В кармане завибрировал поставленный на беззвучку телефон.

– Алло, – произнес я, взглянув на экран – звонила мама.

– Сынок, ты не забыл, что мы завтра тебя ждем? – ее голос служит дополнительным источником раздражения, потому что он такой преувеличенно ласковый и заботливый, что хочется положить в рот ломтик лимона.

– Нет, мама, я все помню. Не волнуйся, – ответил я и быстро добавил: – прости, не могу разговаривать, клиент.

Врать, конечно, нехорошо, но что делать? Вести пустопорожние разговоры тоже не слишком здорово. В любом случае, я никогда не манкирую своими сыновними обязанностями и каждую неделю посещаю отчий дом. Присутствую на обедах и ужинах, терпеливо снося попытки мамы, тетки и сестры познакомить меня с очередной кандидаткой в жены. К счастью, уже давно мною был обнаружен идеальный способ по избавлению от возможных невест: в их присутствии я говорю только о работе, законах и подзаконных актах, честно зарабатывая репутацию зануды и педанта.

Сидеть в пустом офисе смысла не было. Попытался было поработать с бумагами, но накатившая чуть раньше терпкая горечь зависти к чужому счастью не давала сосредоточиться. Оставалось только: идти домой. И уже собрав со стола все документы и убрав частью в сейф, а частью в любимый кожаный портфель и защелкнув блестящие замочки, вдруг подумал, что дома-то как раз будет еще хуже. Мысли уже не удастся держать в узде, настроение, и так изрядно подпорченное, упадет совсем до отрицательных значений, придется доставать из бара бутылку чего-нибудь покрепче, в надежде забыться… А это означает неизбежное субботнее похмелье, скверное самочувствие и внешний вид. И неотвратимые вопросы со стороны родных, их попытки влезть в душу и совершенно нелепые выводы о том, что кому-то пора жениться. Как будто со штампом в паспорте все в жизни как по мановению волшебной палочки становится не просто хорошо, а замечательно и даже превосходно. Или они так намекают на то, что после свадьбы все холостяцкие печали покажутся цветочками по сравнению с ягодками семейной жизни? Так что по зрелом размышлении я решил пойти куда-нибудь развеяться. Может быть, зайти в какой-нибудь ресторанчик в центре, коих там было в изобилии, возможно даже в итальянский и заказать… Да хоть лазанью заказать и вина какого-нибудь домашнего, выдаваемого, конечно, за жемчужину Италии, но на самом деле скорее всего произведенного где-нибудь на широте Сочи. Хотя от этого оно хуже не становилось, как на мой вкус.


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: