Но Хеллеру, кажется, не добился ожидаемого эффекта, Адмирал, удивленно слушавший его выступление: вдруг сказал:

– Черт! Неудивительно, что император приказал уничтожить эту планету!

– Когда Джет был там, – вступил в разговор капитан Роук, – мне стало интересно узнать побольше об этом местечке, и я принялся собирать данные об этой планете – хотя, должен признаться, мне не удалось раскопать очень уж много, ведь этим вопросом тогда занимался Хисст. Я проверил все маршруты к другим солнечным системам, которые отмечены в Графике Вторжения, и я обнаружил, что ни один из них не проходит через систему Блито-ПЗ: хотя их солнце – желтый карлик, но эта звезда не находится ни на одной прямой линии от Воптара до других солнечных систем. Я тщательно изучил социальную структуру этой планеты, и. хотя я сначала и смеялся над Джетом, когда он заявил, что принц Каукалш, должно быть, привнес в их культуру частичку волтарианской цивилизации, я думаю, что кое в чем Джет прав. Их культура представляет собой причудливую смесь примитивизма и прогрессивности, то есть, я имею в виду, что они используют прогрессивные средства для достижения примитивных целей. Они собственными руками задушат свою цивилизацию, прежде чем доберутся до космоса. Так что, ЕСЛИ бы мы и уничтожили эту планету, то это все равно бы не повлияло коренным образом на все наши начинания.

– Что ж, значит, – сделал вывод генерал, – я не вижу причины, по которой мы не могли бы доставить в район Земли несколько военных подразделений, и они расстреляли бы эту планету с воздуха химическими бомбами, даже не приземляясь на нее.

– В таком случае мы не можем быть уверены, что там не останется ни одного живого человека, – возразил Хеллер. – И все равно Земля будет продолжать значиться в расписании космических завоеваний.

– Джет прав, – согласился с ним адмирал. – Я бы не хотел, чтобы там через сто пятнадцать лет оказались мои пехотинцы после того, как в том районе было использовано химическое оружие. Жуки-мутанты. Бр-р! К тому же, неизвестно, какие вновь развившиеся болезни мы можем перетащить потом на Волтар – ведь когда-то нам все равно надо будет туда приземляться. Но мне еще не нравится в этих изменениях в Графике Вторжения вот что: через месяц у нас запланирована еще одна операция по захвату новой планеты – Колипина. И если мы примемся производить всякие перестановки в четком расписании, мы рискуем совсем выбиться из графика. Если смотреть правде в глаза, нам придется бросить на Землю несколько флотилий, а мне кажется, что при нынешней нестабильности на нашей планете нам дорог здесь каждый корабль, каждый солдат. Представляю, сколько неприятностей нам могут доставить все эти попрятавшиеся по норам аппаратовцы. Да даже узнав об амнистии, многие из них предпочтут заниматься пиратством, чем вести добропорядочную жизнь. Мы же будем не в состоянии удвоить космический патруль, если у нас вдвое уменьшится количество военных кораблей.

– Мы тоже оказались в довольно затруднительном положении, – подхватил генерал. – Придется помогать полиции, а значит, нужно будет задействовать все имеющиеся в наличк ресурсы.

– Итак, давайте посмотрим, к чему мы пришли, – сказал Хеллер. – Император не желае никогда больше слышать о Блито-ПЗ, и нам необходимо уничтожить эту планету, чтоб, вычеркнуть ее из Графика Вторжения. Чтобы взорвать эту планету, нам придете. приземлиться. Если мы приземлимся, то контакт с земной цивилизацией просто неизбежен. Контакт же с данной цивилизацией содержит в себе реальную угрозу для Волтара.

– Боже мой, вот это задачка, – пробормотал адмирал,

– Да уж, – согласился генерал.

Сердце Хеллера учащенно забилось, но он постарался скрыть от остальных евс волнение под маской показного равнодушия. Сможет ли он все сделать правильно? Он взя-в руки последнюю прокламацию.

– Что ж, джентльмены, – снова обратился Хеллер к присутствующим, печально покача: головой, – теперь мне совершенно ясно, что у нас остается единственный выход – объявив что планеты Блито-ПЗ, или Земли, не существует в природе,

От неожиданности все застыли на месте, не в силах произнести ни слова. Хеллер, реши-дать им время обдумать это предложение, с трудом сдерживая волнение, молча ждал.

Генерал посмотрел на него, потом адмирал, за ним – Бис и капитан Роук. Самьи' смешным персонажем в этой немой сцене оказался Нобль Артрит Чванни, который уставился на Хеллера выпученными от удивления глазами, Хеллер, стараясь не встречать^ с ними взглядом, быстро настрочил на черновике примерный текст прокламации:

КОРОЛЕВСКАЯ ПРОКЛАМАЦИЯ ВОЛТАРИАНСКАЯ КОНФЕДЕРАЦИЯ СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО

На планете Блито-ПЗ, Земле, при исследовании были выявлены разнородны, элементы криминального свойства, представляющие собой реальную угрозу интересам и культуре Волтара,

Поэтому при приземлении на поверхность планеты существует риск контакта инопланетной цивилизации, который в последствии может сказаться самык губительным образом на моральном и физическом здоровье населения Конфедерации,

И поскольку от императора поступило распоряжение позаботиться о том, чтобы о никогда больше не слышал о данной планете, Блито-ПЗ, то есть Земле,

Эта планета официально лишается статуса планеты и провозглашается несуществующей в природе.

Поэтому данной прокламацией мы официально заверяем, что вышеуказанна-планета НЕ СУЩЕСТВУЕТ И НЕ БУДЕТ СУЩЕСТВОВАТЬ ДЛЯ ВОЛТАРА НИКОГДА, НАЧИНАЯ С НАСТОЯЩЕГО МОМЕНТА!

Перечитав несколько раз текст прокламации, все пришли к выводу, что это единственный выход из создавшегося положения, и согласно кивнули. Хеллер с трудом сдерживал охватившую его радость.

Победа! Он в тяжелой битве отвоевал жизнь Изи, Бац-Баца, Бэби и еще пяти миллиардов людей.

Хеллер низко наклонил голову, чтобы никто не заметил сияющей улыбки на его лице, поспешно передал прокламацию на подпись.

Все расписались.

А теперь coup бе grace. Именно поэтому он назначил на должность Цензора Нобля Чванни.

Окинув задумчивым взглядом фигуру бывшего газетного издателя, Хеллер проговорил:

– А теперь мы перейдем к той почетной и ответственной роли, которую вам, Нобль Иванчи, предстоит сыграть в истории Волтара. Нобль Артрит Чванни. Его Величество не желает никогда больше слышать о Земле. Поэтому вам придется взять на себя труд проследить, чтобы ни в одном из будущих газетных выпусков не упоминалось ни имени этой планеты, ни вообще о недавних восстаниях и обо всем, что с этими восстаниями связано.

Нобль Чванни беспомощно хватал ртом воздух, напоминая большую рыбину, выброшенную на берег

– От вас теперь зависит, будет ли решение, зафиксированное в этой прокламации, претворено в жизнь! Вы должны уничтожить все упоминания о Блито-ПЗ во всех книгах и во всех печатных текстах в целом, и даже на географических картах!

– Везде? – переспросил едва живой от навалившегося на его хрупкие плечи бремени ответственности Чванни.

– Везде, – подтвердил Хеллер. – И теперь ваш священный долг проследить, чтобы имя этой планеты нигде не употреблялось. И ЭТО ОТНОСИТСЯ ДАЖЕ К ТЕКСТУ ЭТОЙ

ПРОКЛАМАЦИИ!

– О, боже! – удрученно простонал Нобль Чванни,

– И когда, – строго продолжал Хеллер, – кто-нибудь спросит вас о том, что же все-таки стало с Блито-ПЗ. вы должны поморщиться, сделать печальные глаза и твердо заявить, что этот предмет не подлежит обсуждению и что любое упоминание об этой планете запрещено цензурой, и взять с этого человека страшную клятву, что он больше никогда в жизни не посмеет произнести это слово. Понятно?

Нобль Артрит Чванни слабо кивнул. Что-то в глазах Хеллера сказало ему лучше всяких слов, что Хеллер собственноручно свернет ему, бедняге Чванни, шею, если он откажется исполнить все точности так, как ему было сказано,

И он не посмел отказаться'

И по сей день эта историческая прокламация лежит в запертом ящике стола в офисе Королевского Историка и Цензора.