(7) отношение частичного значения к целому понятию («идти» – «ФУНКЦИОНИРОВАТЬ», ср. Часы пока идут; здесь глагол идти актуализирует лишь часть своего значения, а именно признак «движение», ср. Двигаются стрелки);

(8) отношение частичного значения к частичному понятию («голова» – «ЗАТЫЛОК, ЛОБ», ср. Он ударился головой о стену (= он ударился затылком, или лбом о стену); здесь у слова голова реализуется лишь один из множества признаков, который согласуется с обозначаемым понятием).

В философском наследии находим толкования понятий анализа и синтеза как основных методов научного исследования.

Обзор взглядов мыслителей прошлых столетий на синтез и анализ показывает, что данные понятия неразрывно связаны с проблемами соотношения мышления и языка, рода и вида, части и целого, единственности и множественности и др.

Анализ представляется как интеллектуальное действие разложения сложного, целого, т. е. синтетического, на множество частей. Эти части можно назвать аналитическими единицами. Они относительно неделимые и простые. Синтез как интеллектуальное действие – это соединение простого, отдельного, частного, т. е. аналитического, в целое. При этом целое является не случайным. Оно также должно быть функционирующим. Синтетическое целое – это сложение, комплекс отдельных частей.

Целое, как для аналитического, так и для синтетического подхода, предполагает множество частей и их отношений. Соответственно, части предполагают наличие единого целого. Таким образом, аналитический, как и синтетический подход связан с категорией квантитативности. Анализ имеет своей целью получение множества частей, синтез – получение единого целого из множества частей. Результатом анализа являются части. Целью и результатом синтеза является целое, составленное из частей.

Множественность предшествует единичности. Множественность – это результат анализа. Единичность – результат синтеза. Множество разнородных предметов – это аналитический взгляд на действительность, ср.: «листья», «ветки», «бумага», «банки» и др. Единство разнородных предметов – это синтетический взгляд на действительность, ср. «мусор», «груда». На реально-онтологическом уровне нет различий между множеством и единством, здесь можно говорить лишь о совокупном множестве разнородных или однородных предметов, объединенных каким-то образом в едином пространстве, или, наоборот, разъединенных локально. Не зря Э.Б. де Кондильяк утверждал, что синтез – это и есть анализ [25, 252]. Образы действительности мыслятся едино или расчлененно благодаря синтезирующей и анализирующей функции языка – наименования и предицирования.

Целое для аналитического подхода – это объект, предназначенный для разложения или разрушения. Наоборот, целое для синтетического подхода – это созидаемый или складываемый объект.

Часть для аналитического подхода – это вычленяемый или созидаемый объект. Часть для синтетического подхода – это объект, предназначенный для соединения или складывания.

Разлагаемое целое – это уже сконструированный, созданный по какой-то схеме или модели объект, функционирующий как система. Как правило, это – артефакт, например, демонтируемый автомобиль.

Разрушаемое целое – это природный объект, разлагаемый на части по конвенциональной схеме, не соответствующей его природе, например, распиливаемое, ошкуриваемое, освобождаемое от веток дерево. Разрушаемым целым может стать и артефакт, ср. автомобиль, разбиваемый кувалдой или попадающий в аварию.

Вычленяемая часть – это готовый артефакт, входящий в целое как составная компонента, например, изымаемая из автомобиля деталь.

Созидаемая часть – это создающийся в ходе какой-то деятельности объект-артефакт, предназначенный для целого в качестве его составной компоненты, например, вытачиваемая слесарем деталь для автомобиля.

Аналитическое действие, развертывающееся в направлении от целого к его частям, связано не только с понятием множества, но и с другими логико-мыслительными категориями, например, с предметностью, пространством, временем, качеством. В языке эти категории объективируются в виде логико-семантических признаков.

Как целое, так и часть могут представлять субстантность определенного или неопределенного множества, ср. распилить доску пополам или кроить платье. Множество субстанции может быть ограниченным, ср. наколоть дров.

Анализируемая и синтезируемая субстантность, как целая (холотивная), так и частичная (меротивная), может быть эксплицитной и определенной или имплицитной и неопределенной, ср. обезжиренное молоко, намыленные волосы или все разобрано, все укомплектовано. Имплицитным, но предсказуемым может быть меротив на фоне эксплицитного и определенного холотива, ср. чистить рыбу, запрягать лошадей. Имплицитным, но определенным может быть и холотив на фоне эксплицитного меротива, ср. наломать веток, приклеить.

Холотив может быть представлен и другими логико-семантическими признаками, например, локативностью, ср. разрядить, зарядить ружье и выделить, впитать влагу; и др.

Однако, как в аналитические, так и синтетические связи могут вступать предметы, которые по отношению друг к другу не мыслятся как целое и часть, ср. расчехлить, зачехлить пушку, ср. также: выкрутить, закрутить лампочку; отклеить обои; облицевать дверь; разъединить, соединить провода.

Анализ объективирующих и репрезентирующих возможностей языка показывает, что разновидностями синтеза можно считать такие взаимодействия однородных предметов или явлений, как: пересечение, сопряжение, соединение, наложение, ср. брошюровать, заплетать, вязать, комплектовать, компоновать, клеить, крепить, налепить, подселить, прессовать, привязать, пригвоздить, складывать, связать, сколотить, смешать, сомкнуть, стягивать, скреплять, собрать, сцепить и др.

Аналитические отношения однородных величин сводятся соответственно к непересечению (параллелизму, или синхронии), несопряжению (неконтактной последовательности), например, к разъединению (делению на однородные части), разложению (отделению одного от другого), удалению, лишению, и т. п., ср. вычленять, делить, крошить, обезжирить, опустошить, отклеить, отнять, оторвать, отнимать, отпилить, отсечь, отсыпать, оттяпать, переломить, распределять, разрезать, распороть, разорвать, разбить, развязать, разделить, расчленять, убирать и т. д.

Следует заметить, что в естественном мире, а значит и в его языковом воплощении, мы чаще встречаемся с аналитическими и синтетическими действиями, совершаемыми с неоднородными предметами.

Познание в перспективе анализируемой проблемы предстает как наложение старого знания на формирующийся новый образ действительности или новый концепт. В конечном итоге это манипуляция имеющимися в сознании понятиями (соединение, разъединение, т. е. синтез и анализ).

Сами аналитические и синтетические отношения, т. е. действия, направленные на разъединение и соединение каких-то предметов, характеризуются многообразием, как в плане задействованных в них компонентов, ср. исполнитель; инструмент; разрушаемый и созидаемый объект; получаемые и используемые компоненты, например, обрубить (лесоруб, топор, дерево, ветки), пришить (швея, нитки, иголка, пиджак, пуговица), так и в плане оформления или способа их реализации, ср. многоактность (крошить хлеб = разламывать кусок или буханку хлеба на очень мелкие кусочки или крошки, повторяя однообразные действия или одни и те же акты одного действия), разноактность (заварить чай = вскипятить воду, насыпать заварку, залить кипятком).