Но дяденька, заметив движение в придорожных кустах, уже так рванул вперед, что только гравий разлетелся!
- Внимательно, - раздался в телефоне голос Косолапова, произнесший привычное приветствие.
- Косой. Привет из танка.
Знакомый отклик незнакомым голосом заставил Колю на секундочку опешить.
- Э-э-э...
- Привет из танка, говорю, - соблюдая привычные интонации проговорил Завянь тихим шепотом. - Где Вадик и Максим? с тобой?
- Э-э-э..., нет, - догадливо не называя имени Бориса, сказал Колян. И настороженно спросил:- Ты сам-то - где?
- Ховаюсь, - буркнул Завьялов. - Но нужно - м е с т о. Нас будет трое.
- Место?.. Ты это..., - задумчиво протянул Косолапов, - помнишь, где я рыбок подкармливаю?
- Ну.
Шум кабачка затих, словно Коля трубку и губы лапищей прикрыл:
- Давай дуй туда. Я встречу. Макса и Вадима прихватить?
- Нет. Ты главное хвоста не прихвати, - мрачно произнес Завьялов.
- Обижаешь, друг.
У обочины притормаживала запоздалая маршрутка.
Общий друг Завьялова и Коли - Юрий Коромыслов регулярно навещал Бали.
На время отъезда оставлял ключи от квартиры наипорядочнейшему Косолапову: тот девок на чужие хаты не водил, поскольку был перманентно холост и жилищно обеспечен. Бардака на вверенной территории в жизни не устраивал, за рыбками следил, цветочки поливал, с соседками здоровался.
Соблюдая все законы конспирации Завянь привел туда компанию. Прежде чем войти в подъезд многоэтажного дома, посидел в кустах: убедился, что за Колей никто лишний не притопал. Легонько озадачился, увидев, что вместе с Косолаповым приехала какая-то смутно узнаваемая брюнетка...
Наморщил ум. Припомнил окончательно. Ого! Да вместе с Косым пришла больничная сестричка Раечка. Та самая из-за которой Коля прыщ лечил послушно.
"Неужто уломал чертяка?! - вылезая из кустов, немного удивился Боря. - А как же Гоги? Доцент носатый?.."
"Хватит отвлекаться на ерунду, - прозвучал в общей голове командирский голос генерала. - Давай, шагай к подъезду и оборачиваться не забывай".
Огромный как медведь с пивным пузом Косолапов застыл в дверном проеме. Рыжеватые брови Коли хмуро сошлись на переносице, глаза исследовали, выпущенное первым из лифта Завьяловское тело. Косой, разумеется, заметил, что с другом что-то не так. Не совсем в порядке... И касается это отнюдь не одежды. Не коротковатых вислозадых треников и отстойной олимпийки. А фигуры в целом: Завянь двигался как-то иначе, глядел не привычно, головой крутил, как будто за ним собачья стая гонится... Трусил, что ли...
- Борь, ты как? - спросил Коля хмуро. - В поряде?
Еще не зная, кто конкретно им поможет, компания договорилась: никого из посторонних в ситуацию посвящать нельзя. Борис любил друзей и не хотел, чтоб им стирали память.
Иннокентий мрачно кивнул. Прошел мимо Косого в квартиру, дождался, пока тот пропустит Зою и непосредственно Завьялова в генеральском облике.
- Коль, я тебе ничего рассказывать не буду, - строго, в первую очередь предупредил стилист Косолапова. - Тут - меньше знаешь, легче спишь.
- А у меня сон крепкий. Не беспокойся. - Не согласился Колян, в упор разглядывая уже Зою. О том, что в пропаже наследницы Карповских миллионов обвиняют его друга, Косолапов знал: все средства массовой информации о том трубили. Но все же..., воочию увидеть перед собою суть переполоха... Поморщился трагически: - Что, Боря, - конкретно влип, бродяга?
Глаза, управляемые стилистом, юркнули на генеральское лицо, как будто спросили: "Что в этом случае ответить?! Какой текст будет правильным?!" Увлеченный лицезрением красотки Коля эти переглядки, слава богу, не заметил. Капустин уверенно сказал, как было раньше уговорено:
- Косолапов. Я тебя в свои проблемы втягивать не хочу. Оставь мне ключи от хаты и отваливай.
- Чего-о-о?! - разворачиваясь к другу всем телом, выпучился байкер. - Ты чо, Завянь?! С пальмы рухнул, мозжечок отбил?! Какой "отваливай"?! Я тебе...
- Коля, - с истинно Завьяловской интонацией выговорил Иннокентий, - затухни. Давай ключи и отваливай. Я рыбок покормлю.
Косолапов ошалело поглядел на появившуюся в просторной прихожей черноволосую Раечку с осиной талией:
- Не ты видала, а... Ты видала?! - косолаповское рычание набирало обороты и демонстрацию: - Он, видишь ли, меня впутывать не хочет!! У него типа - проблемы!! Завянь!! А когда под мою "беху" мотоциклист на трассе залетел?! Когда мне в "Трех свинках" два ребра сломали и зубы выбили?! Кому я первому позвонил, а?! Кто первым ко мне всегда подрывался?! Кто за меня перед всеми мазу держал?!
К подобному отпору компания была готова.
Скромно стоя в уголке у одежной вешалки, Завьялов наблюдал, как лицо Иннокентия пошло какими-то волнами, исказилось...
- Прекрати давить!! - почти что взвизгнул Кеша. - Ты ничего не понимаешь!! Ты д о л ж е н уйти!! Для твоей же безопасности!!
Последнее предупреждение стилист добавил зря: забылся видимо. Колян не просто озверел, а зверски разобиделся. Встал в наполеоновскую позу, скрестив поверх пуза могучие татуированные руки, и гордо выдал:
- Еще одно слово. И я тебя в аквариуме притоплю. - Повернулся к ветреной медсестричке, дал команду: - Раечка, бери девушку и на кухню. Мужики проголодались. Пиво в холодильнике. Сейчас состоится разговор не для детских ушек, шлепайте отсюда.
Завьялов мысленно закатил глаза к потолку. Чего-то подобного он, в принципе, и ожидал. С Коляном н у ж н о посидеть. Поговорить. На этот случай был заготовлен иезуитски хитрый финт - ответная обида, выход на авансцену рассудочного дядюшки из Конотопа.
Приветливо улыбающаяся Раечка подхватила Зою под руку - пойдемте, пойдемте, пускай мужчины поговорят, - увлекла ее к холодильнику с застоявшимся пивом и скудными (консервированными) закусками, сухариками, чипсами. Капустин воспроизвел лицом выражение "ненавижу ссориться по пустякам", проговорил заранее условленную фразу:
- Не буду обижать тебя, Колян... Тебе все Михаил Борисович скажет, иначе подеремся.
Конотопский Михаил Борисович выбрался из угла за вешалкой и, практически не глядя на надутого, набычившегося Косолапова, двинулся к гостиной, украшенной огромным аквариумом с экзотическими зубастыми рыбинами.
Сел в глубокое кожаное кресло цвета и фактуры мягкого океанического песка. Ногу на ногу закинул, спокойно поглядел, как недовольно сопящий Коля усаживается напротив на диван и смотрит исподлобья, кулаки пудовые оглаживает.
Некоторое время два приятеля глядели друг на друга. Генерал Потапов упрятался в глубь личной сущности, позволив выступить вперед Завянь. Иннокентий на цыпочках двинулся к удобствам. Его жена и так куда-то исчезла...
Друзья глядели в упор. Как будто искали бреши и лазейки в обороне. Как будто принюхиваясь, наподобие двух волкодавов перед дракой.
Первым не выдержал Косолапов. Его брови дрогнули, приподнялись... Удивленное выражение на секунду промелькнуло на лице. Николай улавливал, но не мог понять - что в этот мужике его привлекает?! что кажется знакомым? близким. Родным насквозь, до самой печени!
- А Райка меня в тот вечер сама в "Ладье" нашла, - выдал Косолапов неожиданно. Словно конотопский дядюшка мог что-то знать о ветреной больничной медсестричке и проигранной лав-стори!
Смущенно поскреб заросший подбородок, хмыкнул.
Борис удивленно вытянул губы. Ах вот оно что. Рая..., черноволосая девушка на крыльце, та самая, что сообщила "Борису Михайловичу" в какую сторону прошли к стоянке Зоя и ее охранник?.. Завьялову тогда брюнетка показалась смутно знакомой, но сосредотачиваться было некогда - лицо почему-то никак не монтировалось непосредственно с "Ладьей"...
Неожиданно из самого нутра выступил носитель Константинович с вопросом: