В некрологе, посвященном трагической кончине знаменитого предпринимателя, «Нью-Йорк Таймс» писала: «Истмен внес огромный вклад в развитие системы образования современного мира. Он помогал учебным и научным учреждениям, поддерживал музыкальную культуру, содействовал укреплению здоровья людей, помогал беднякам и, превратив свой родной город в центр культуры, прославил свою страну в глазах всего мирового сообщества».

Компания «Истмен Кодак», которой бизнесмен отдал всю свою жизнь, получила реальную монополию в фотографической промышленности США еще в 1927 г. Она продолжает оставаться одной из крупнейших американских компаний в этой области и по сей день. На предприятиях международной корпорации на всех континентах работают почти 150 тыс. человек, а ее годовой оборот превышает 10 млрд долларов. Только на исследования и разработки в области фотографии «Кодак» тратит около 2 млн в день. Помимо фотопленки, фотобумаги, фотоаппаратуры и других фотопринадлежностей, этот гигант производит химикаты для промышленности и сельского хозяйства, витамины, пластмассы, искусственное волокно, электронное оборудование и т. д. Дело, начатое талантливым предпринимателем Джорджем Истменом в далеком 1881 г., уверенно чувствует себя и в нынешнем XXI столетии.

(род. в 1835 г. — ум. в 1919 г.)

Американский миллионер шотландского происхождения. Владелец огромной стальной империи, крупной недвижимости в США и Шотландии, нефтяных источников в Сторифарм. Организатор большого количества благотворительных фондов.

Автор книг «Путешествие вокруг света», «Евангелие богатства», «История моей жизни».

Известный американский исследователь «философии личного успеха» Наполеон Хилл писал: «История почти каждого огромного состояния начинается в день встречи автора и покупателя идеи. Карнеги окружил себя людьми, делающими то, чего не умел он сам, — людьми, создающими и реализующими идеи. Это принесло и ему, и его команде баснословные деньги». Сам бизнесмен неоднократно признавался: «Этим успехом я больше обязан своей способности всегда отыскивать таких людей, которые лучше меня знали, что надо было делать, нежели собственным знаниям и уменью. Я ничего не понимал в паровых машинах, но старался вникнуть в тот гораздо более сложный механизм, который называется человеком».

Секрет Карнеги заключался не только в его организаторском и деловом таланте, но и в характере этого человека. От своих предков Эндрю унаследовал жизнерадостность и способность отгонять от себя мрачные мысли, умение вдумчиво подходить к решению любой проблемы, не впадать в уныние при неудачах. Он говорил: «Я умею “превращать” своих уток в лебедей. и думаю, что в жизни такая бодрость духа имеет даже больше значения, чем богатство». Жизненным девизом Карнеги, которому он следовал с юных лет, были слова, украсившие впоследствии камин в его библиотеке в нью-йоркском доме:

«Кто не может думать, тот глуп,

Кто не хочет — слеп,

Кто не дерзает — раб».

Эндрю Карнеги родился 25 ноября 1835 г. в Данфермлине, центре шотландской полотняной торговли. Как писал сам бизнесмен впоследствии в своей автобиографической книге, происходил он из «бедной, но уважаемой семьи». Его отец, Уильям Карнеги, был ткачом. Вследствие появления и постоянного совершенствования паровых двигателей, дела мелких фабрикантов в Данфермлине стали ухудшаться. В 1848 г., распродав за бесценок ткацкие станки, Уильям уехал с семьей в США.

Америка сильно поразила воображение 13-летнего мальчика: «Нью-Йорк был первым громадным городом, напоминавшим гигантский пчелиный улей по своей кипучей деятельности, и я смешался с его обитателями». Семья для постоянного местожительства устроилась в Аллегани-Сити, около Питтсбурга, штат Пенсильвания, где отец стал работать на хлопчатобумажной фабрике шотландца Блэкстока.

Учиться мальчик начал еще на родине, а в Америке посещал вечернюю школу только в течение одной зимы. Позднее он выучился французскому языку, алгебре и латыни. Все его мысли и стремления были направлены на то, чтобы самому заработать деньги, чтобы семья могла обеспечить себе положение в новом отечестве. Постоянная нужда неотступно мерещилась юноше, и, чтобы избежать ее, Эндрю для начала вынужден был пойти работать на ту же фабрику, где трудился его отец. Обязанностью его было следить за котлом в подвальном помещении.

В начале 1850 г. мальчик получил работу на телеграфной станции, что стало поворотным пунктом в его жизни: «Из темного подвала, где я, вымазанный сажей, возился за два доллара в неделю с паровой машиной, я был перенесен теперь на небеса, где среди солнечного света меня окружали газеты, перья, карандаши. Не было минуты в течение дня, когда я не мог бы научиться чему-нибудь новому или узнать, как много мне еще предстоит учиться и как мало я еще знаю. У меня было ощущение, что я стою на нижней ступеньке лестницы, по которой мне предстоит подниматься».

С работой на телеграфе связано и первое проявление организаторских способностей будущего гениального бизнесмена. По его словам, большим соблазном в жизни каждого телеграфного рассыльного была добавочная плата в 10 центов за доставку телеграмм за пределами определенной черты. Из-за этих заказов нередко между рассыльными возникали споры об очередности доставки. Чтобы положить этому конец, Эндрю предложил вносить эти деньги в общую кассу и в конце каждой недели делить накопившуюся сумму поровну. Это была его первая попытка финансовой организации.

Через год произошел случай, который позволил Карнеги получить прибавку к жалованью.

Однажды, когда служащие еще не пришли на работу, возникла необходимость в приеме срочной телеграммы, и Эндрю рискнул сделать это самостоятельно. Явившийся позднее заведующий не только не отчитал его, а напротив, одобрил его инициативу. С тех пор Эндрю стали допускать к аппарату во время отлучек телеграфистов и даже позволяли замещать их в отпускной период. В результате он был повышен по службе и стал получать 25 долларов в месяц. Работа развивала в нем способности комбинировать, улучшила знание английского языка и других иностранных языков. С течением времени он стал принимать все депеши на слух.

В 1853 г. расторопный юноша познакомился с начальником участка Пенсильванской железной дороги Томасом А. Скоттом, который предложил ему место секретаря и телеграфиста. Под руководством нового хозяина Эндрю стал исполнять все больше и больше таких служебных функций, которые не входили в непосредственный круг его обязанностей, но значительно расширяли его деловые навыки.

Одно происшествие, отчетливо сохранившееся в памяти Карнеги, послужило поводом к его дальнейшему повышению по службе. В то время железные дороги были еще одноколейные. Поэтому отправкой поездов руководил по телеграфу лично директор дороги. Томасу Скотту приходилось почти каждую ночь проводить на станции, корректируя движение составов, и поэтому по утрам он нередко отсутствовал. Придя однажды утром на службу, Карнеги узнал, что на Восточной линии произошла серьезная катастрофа, задержавшая отправление курьерского поезда на Запад. В связи с этим товарные поезда, шедшие в обоих направлениях, были отведены на запасные пути. Мистера Скотта нельзя было найти, и тогда Карнеги стал самостоятельно отдавать распоряжения от его имени. Сидя за телеграфным аппаратом, он отправлял поезда, передвигая их с одной станции на другую, принимая все необходимые меры предосторожности, — и, в конце концов, привел все в полный порядок. С тех пор Скотт лишь в редких случаях отдавал личные распоряжения по движению поездов, а Карнеги стал заместителем своего начальника и смог существенно повысить благосостояние семьи.

В 1856 г. Томас Скотт был назначен директором Пенсильванской железной дороги и предложил Карнеги поехать с ним в Эльтуну. Там они проработали вместе более двух лет, и именно там произошло важное по своим последствиям событие. Однажды к Эндрю подошел человек, с виду похожий на фермера, и показал ему модель изобретенного им вагона для ночных поездок по железным дорогам, получившего впоследствии название спального. Это был ставший потом знаменитым изобретатель Вуудруф. И сам Карнеги, и его начальник по достоинству оценили это изобретение. В результате их дальнейших переговоров с Вуудруфом было условленно, что тот построит два спальных вагона, а они пустят их в обращение на линии в Эльтуне. Карнеги предложил изобретателю партнерство, претендуя на восьмую часть прибыли. И изобретатель, недолго думая, принял его предложение. Чтобы внести необходимый взнос — 217,5 долларов — Эндрю первый раз в жизни выписал вексель и нашел банкира, который принял его. Спальные вагоны имели большой успех, и выручка вполне покрыла расходы и стала давать прибыль.