После падения Аварского каганата хазарам в начале IX в. пришлось делить освободившиеся после аваров территории и народы с Болгарским царством, а также с некими варягами, оккупировавшими прибалтийские регионы и проявлявшими военно-торговый интерес к днепровскому и волжскому торговым речным путям. Поскольку в это время варяги не создали какого-либо государства, а являлись, скорее всего, проводниками товаров из Северной Европы в Византию и Персию, их торговые интересы совпадали с интересами торговцев Хазарского каганата. Когда же эти варяги создали Руский каганат где-то в междуречье Днепра и Дона, то это уже напрямую стало подрывать экономические интересы Хазарского каганата. Тем более что Руский каганат попытался наладить политические и, вероятно, торговые отношения с Византийской империей, по крайней мере, о таком посольстве росов к византийскому императору Филофею в 839 г. сообщается в «Вертинских анналах».

Руский каганат просуществовал, вероятно, недолго, так как русские летописи о таком государстве уже не упоминают, а пришедшие в Киев в 862 г. варяги Аскольд и Дир обнаружили, что местное население платит дань хазарам. Видимо, Хазарский каганат ликвидировал своего восточного конкурента еще до прихода туда Аскольда и Дира.

В 866 г. правители Киева Аскольд и Дир ходили походом на Константинополь на двухстах кораблях. То, что это киевское воинство перепугало жителей Константинополя не удивительно, так как тогда Византийской империей управлял молодой Михаил III, который предавался в основном плотским утехам и обильному употреблению вина, за что и получил прозвище Михаил Пьяница. Но вот где набрали такое количество подготовленных воинов и кораблей Аскольд и Дир, – непонятно. Вполне возможно, что этими воинами были перешедшие на службу к хазарам варяги уже не существующего Руского каганата, ведь по какой-то причине в летописи говорится, что византийцев напугало известие о приходе Руси.

«В год 6374 (866). Отправились Аскольд и Дир войной на греков и пришли туда в четырнадцатый год царствования Михаила. Царь же был в это время в походе на агарян, дошел уже до Черной реки, когда епарх прислал ему весть, что Русь идет походом на Царьград, и возвратился царь. Эти же вошли внутрь Суда, совершили много убийств христиан и осадили Царьград двумястами кораблей. Царь же с трудом вошел в город и всю ночь молился с патриархом Фотием в церкви святой Богородицы во Влахерне, и вынесли они с песнями божественную ризу святой Богородицы и омочили в море ее полу. Была в это время тишина и море было спокойно, но тут внезапно поднялась буря с ветром, и великие волны, чтобы разметать корабли язычников русских, и прибило их к берегу и переломало так, что немногим из них удалось избегнуть этой беды и вернуться домой» (72,34).

Когда в 882 г. образовалось государство, вошедшее в историю под названием Киевская Русь, под управлением князя Олега, то Хазарскому каганату сначала пришлось уступить часть территорий и народов, плативших хазарам дань, а затем и потерпеть существенное поражение в 965 г. от киевского князя Святослава, после чего от былого могущества хазаров ничего не осталось.

Население Хазарского каганата в основном было тюркского происхождения, поэтому и языком общения подвластных каганату народов был тюркский язык, тем более что предыдущие хозяева этих народов на протяжении многих веков были тоже тюрки.

Государство волжских булгар образовалось в результате откочевания в середине VII в. на Среднюю Волгу части болгар вместе с одним из сыновей Куврата, хана Великой Булгарии, которая распалась на части при дележе между сыновьями после его смерти. Благостояние и могущество этого государства зависело от торговли, так как через его владения проходили речные торговые пути вверх по Волге к государствам Балтийского региона, по Каме – с Уралом и Сибирью, а вниз по Волге с Хазарским каганатом и Арабским халифатом. У волжских булгар было, как минимум, два города: Булгар и Сувар, хотя Ахмед ибн Фадлан при описании местожительства царя сообщает только о многочисленных юртах, т. е. об отсутствии стационарных строений.

Начиная с X в., интересы Волжской Булгарии вошли в противоречие с интересами молодой Киевской Руси и в дальнейшем между ними происходили как малые, так и большие войны.

В начале X в. царь Волжских булгар направил к халифу письмо с просьбой содействовать принятию булгарами ислама, а также постройке крепости для противостояния хазарам. Вероятно, он предполагал, что вместе с исламом получит и защиту единоверцев от хазарского угнетения. Ахмед ибн Фадлан приводит это обращение царя Волжской Булгарии и само имя повелителя булгар в следующем виде: «Когда прибыло письмо Алмуша сына Шилки йылтывара, царя «славян», к повелителю правоверных ал-Муктадиру, в котором он просит его о присылке к нему кого-либо, кто наставил бы его в вере, преподал бы для него кафедру, чтобы он установил на ней от его (халифа) имени хутбу в его (собственной) стране и во всех областях его государства, и просит его о постройке крепости, чтобы укрепиться в ней от царей, своих противников (речь идет о защите от царя хазар), – было дано согласие на то, о чем он просил» (42,297).

В результате посольства Ахмеда ибн Фадлана волжские булгары приняли ислам и оставались верны вере в Аллаха вплоть до окончания существования этого государства при завоевании его территории ханом Батыем в 1236 г. Еще Ахмед ибн Фадлан сообщает, что для прочтения письма халифа потребовался переводчик с арабского на тюркский. В более поздние времена такой переводчик с арабского для тюрков-мусульман уже не потребовался бы, так как богослужение у мусульман происходит на арабском языке.

Ахмед ибн Фадлан поведал в своей книге о впечатлениях от Волжской Булгарии. Его как южного человека удивило изменение продолжительности дня и ночи в течение года: короткая ночь во время летнего солнцестояния приводила его и муэдзина в смущение, как и когда производить оповещение к ночной молитве, между теми, что производятся на закате и на восходе солнца. А как быть с молитвами в еще более, чем эти, северных краях, где, по рассказам булгар, жил народ вису, под которым, вероятно, подразумевался народ весь? В исламе того времени или не существовал пост во время Рамадана, или Ахмед ибн Фадлан не стал об этом упоминать, чтобы не смущать верующих, поскольку неясно, как быть с запретом приема пищи до заката солнца в местах, где оно по полгода не заходит или не восходит?

Какое количество увиденных змей на Среднем Поволжье должно было удивить Ахмеда ибн Фадлана, жившего в Месопотамии, где в жарких песках, по мнению европейцев, во все времена было огромное количество ядовитых змей? Между тем количество змей в Поволжье сильно не только удивило, но и устрашило этого южанина.

Ахмед ибн Фадлан упоминает и несколько булгарских имен: Алмуш, Текин, Сусанн и Барыс. Из них два – Сусанн и Барыс – подобны славянским именам, хотя славянские имена могли тоже появиться в тюркской среде, ведь среди дунайских болгар можно также встретить имя Борис. Да и обычай, по которому происходит встреча гостей, подобен тому, какой описывает Приск Панийский при своем посольстве к гуннскому вождю Аттиле, здесь на Средней Волге булгары встретили посольство хлебом, мясом и просом.

Вообще о пище, ее производстве и сборе налогов Ахмед ибн Фадлан сообщает следующее: «Пища их – просо и мясо лошади, но и пшеница и ячмень (у них) в большом количестве, и каждый, кто что-либо посеял, берет это для самого себя. У царя нет на это никакого права, кроме лишь того, что они платят ему в каждом году от каждого дома шкуру соболя. Если же он предложит отряду (войска) (совершить) набег на одну из стран, и он награбит, то он (царь) имеет долю вместе с ними» (42, 321). Собранные народом шкурки соболя царь отдает в виде дани хазарскому кагану. А что же достается самому царю булгар? Оказывается, в случае свадьбы или званого обеда подданные должны делать от этого пиршества царю отчисления, так же и купцы должны отдавать царю десятую часть своих товаров, в том числе и рабами.