Православно-догматическое Богословие.

Макария,

Митрополита Московского и Коломенского.

Том 1.

Издание исправленное и дополненное, 2005 год.

©Свято-Троицкая Православная Миссия.

Под общей редакцией Его преосвященства Александра,

епископа Буэнос-Айресского и Южно-Американского.

(По изданию четвертому, Санкт-Петербург, 1883 год.)

Быв утверждены на основании Апостолов и пророков,

имея Самого Иисуса Христа краеугольным камнем.

Еф. 2:20.

Чтобы, если замедлю, ты знал,

как должно поступать в доме Божием,

который есть Церковь Бога живаго,

столп и утверждение истины.

1 Тим. 3:15.

Возлюбленные! не всякому духу верьте,

но испытывайте духов, от Бога ли они.

1 Иоан. 4:1.

Ведение.

§1. Долг православно-догматического Богословия.

Православно-догматическое Богословие, понимаемое в смысле науки, должно изложить христианские догматы в систематическом порядке, с возможной полнотой, ясностью и основательностью, и притом не иначе, как по духу православной Церкви.[1]

§2. Понятие о христианских догматах, как предмете пра­вославно-догматического Богословия.

Под именем христианских догматов разумеются откровенные истины, преподаваемые людям Церковью, как непререкаемые и неизменные правила спасительной веры. То есть, в каждом христианском догмате предполагаются три необходимые черты: догмат —

1) есть истина откровенная и, значит, содержащаяся в Священном Писании, или Священном Предании, или в обоих вместе: потому что других источников для христианской Религии нет, и учение, не заключающееся в этих источниках, никогда не может быть христианским догматом. В этом-то смысле истины — принесенные на землю Христом Спасителем, в самом Слове Божием на­зываются догматами,[2] и у древних знаменитых пастырей Церк­ви встречаются выражения: догматы Божественные,[3] догматы Христовы,[4] догматы Господни,[5] догматы евангельские, догматы апостольские;[6] даже все христианское учение на­зывается вообще догматом,[7] Евангелисты и Апостолы име­нуются учителями догмата,[8] а православные христиане — блю­стителями догмата.[9] Этой первой чертой христианский догмат отличается: а) от всех догматов и вообще истин нехристианских, как-то: от догматов и истин всякой другой религии,[10] от догматов в смысле философическом,[11] политическом[12] и под.; б) от истин и христианских, но не заключающихся в Божественном Откровении, каковы: большая часть истин исторических, например, касательно жизни и творений того или другого Отца Церкви, истин обрядовых и канонических, т.е. определяющих церковное богослужение и благочиние. Все эти истины уже потому одному, что они не содер­жатся в Божественном Откровении, как бы важны ни были, не могут назваться христианскими догматами.

2) — есть истина, преподаваемая Церковью. Ибо хотя все христианские догматы до одного заключаются в Божественном Откровении, но мы, как частные верующие, заимствуя их каждый непосредственно из Откровения, легко можем не понять того или другого догмата, или понять превратно, или, если и поймем правильно, не можем быть решительно убеждены, что наше разумение догматов совершенно истинно,[13] — тогда как Цер­ковь на то, между прочим, и учреждена Господом, чтобы быть ей хранительницей и истолковательницей Его Откровения для всех людей, быть столпом и утверждением истины (1 Тим. 3:14), и с этой целью соблюдается Духом Святым так, что не может погрешать, ни обманывать, ни обманываться.[14] Следовательно, для того, дабы нам вполне убедиться, что известные откровенные истины надобно признавать за догматы, и что их надобно понимать так, а не иначе, нам необходимо услышать эти исти­ны и точное определение их из уст Христовой Церкви, — разумеется. Церкви истинной, православной. В сем-то смысле еще Собор апостольский, Иерусалимский, представлявший собой всю Церковь учащую, употребил слово — έδοξε (Ибо угодно Святому Духу и нам... Деян. 15:28), начиная свои краткие определения, обнародованные потом всем верующим для руковод­ства, а святой Евангелист Лука назвал эти определения догматами или определения (δόγματα), постановленные Апостолами и пресвитерами в Иерусалиме (16:4). В таком же знаменовании и все, следовавшие затем, Соборы Вселенские, также представлявшие собой всю Церковь учащую, начинали свои определения, по примеру Собора апостольского, словом — έδοξε (изволися) и называли эти определения догматами, например: догмат ста семидесяти святых Отец шестого вселенского Собора о двух волях и действиях в Господе нашем Иисусе Христе.[15] Посему, наконец, в писаниях древних пастырей христианские догматы нередко называются прямо догматами Церкви, словами Церк­ви,[16] а христиане, неизменно содержащие догматы, называются принадлежащими Церкви.[17] Этой новой чертой христианские догматы отличаются: а) от частных мнений, какие могут составлять сами верующие непосредственно на основании Божественного Откровения, касательно истин веры, и которые, хотя бы были совершенно справедливы, навсегда останутся только мнениями, если не будут определены и преподаваемы для всех Церковью.[18] А с другой стороны — б) как догматы право­славные, здравые, благочестивые,[19] отличаются от догматов не православных или, по выражению святых Отцов, от догматов нечестия, догматов развращенных и еретических, которых держатся частные церкви или общества, отделившияся от истин­ной Церкви Христовой.[20]

3) — есть истина, преподаваемая Церковью, как непререкаемое и неизменное правило спасительной веры: — последняя суще­ственная черта христианского догмата, отличающая его от всех других истин самого Откровения христианского, содержимых и преподаваемых Церковью. Истины христианского Откровения, заключающегося преимущественно в книгах Священного Писания, разделяются на два рода: на истины веры, которые должно усвоять умом верующим, и на истины деятельности, которые должно усвоять волей и осуществлять в жизни. Истины веры подразделяются еще на два класса: одни относятся к са­мому существу христианской Религии, как восстановленного союза между Богом и человеком, и содержат учение о Боге и Его отношении к миру и в особенности к человеку, определяя, во что именно и как должен веровать человек, чтобы спастись: они-то и преподаются Церковью, как непререкаемые и неизменные правила спасительной веры. Другие к существу христианской Религии непосредственно не относятся, и содержат в себе или исторические сказания о Церкви Божией ветхозаветной и отчасти новозаветной, о судиях, царях, правителях, первосвященниках народа Божия, о святых Пророках, Апостолах и многих других лицах; или частные изречения разных лиц, Пророков, Апостолов, самого даже Христа Спасителя, не относящиеся к существу христианской Религии (наприм. Иоан. 1:42,47; 4:50; 6:8); или пророчества касательно судьбы народа Божия, дру­гих народов, городов и т. п., — а потому хотя достойны всей нашей веры, будучи изложены в Божественном Откровении, но не преподаются Церковью, как необходимые для спасения. Ис­тины деятельности подразделяются также на два класса: на такие, которые определяют, что именно должен делать человек, как существо нравственное, призванное в новый благодатный союз с Богом: это собственно нравственные христианские заповеди; и — на такие, которые показывают, как христианин должен выражать свое отношение к Богу во внешнем богослужении, и как христианину должно поступать в доме Божием (1 Тим. 3:15), — истины обрядовые и канонические, которых, впрочем, в книгах нового Завета весьма мало. Из всех этих откровенных истин, подразделяющихся таким образом на четыре класса, догматами называются в строгом смысле только те, которые заключаются в классе первом, т.е. истины, которые относятся к самому существу христианской Религии, содержат учение о Боге и Его отношении к миру и человеку, и опреде­ляют во что именно и как должен веровать христианин, чтобы спастись. Как истины веры, они отличаются от всех истин (правил) деятельности; а как правила спасительной веры, отли­чаются от истин веры, не относящихся непосредственно к су­ществу христианской Религии и спасению человека.

вернуться

1

См. “Введение в православное Богословие” А. М. §§ 151, 152, 160, 162, 177 и 178.

вернуться

2

Когда, например, говорится о Спасителе, что Он упразднил закон заповедей (δόγμασι) учением (Еф. 2:15), или что Он истребив учением бывшее о нас рукописание (δόγμασι, — Кол. 2:14). Святой Златоуст, блаж. Феодорит, святой Феофилакт и некоторые другие учители, объясняя эти места, разумеют здесь под догматами именно учение евангельское.

вернуться

3

Δόγματα θεΐα (Theodoret· Epist. ad Johan. Antioh.), — Θεού (Orig. in Matth. T. 12, n. 23; Clem. Alex. Strom. 3: 2; 6:15).

вернуться

4

τά Ίησοϋ Χρίστου δόγματα (Ignat. ad Magnes. 13; Martyr. S. Justin. n. 4; Basil, in Psalm. 46, n. 4).

вернуться

5

Σπουδάζετε βεβαιωθήναι έν τοίς δόγμασιν τού Κυρίου (Ignat. ad Ephes. § 13).

вернуться

6

Δόγματα τών έύαγγελίων (Athanas. in. Matth. serm. 9); αποστολικά (Theodoret. Histor. eccles. 1. 2. 7).

вернуться

7

.... τούς καθάπερ νόμισμα τό δόγματα θείον παραχαράττοντας περιβνέγκατε (Synes. Epist. V). Ordinavit eos et instruxit ad praedicationem dogmatis ac doctrinae suae (Lactant. de mort. persccut. n. 2. Conf. S. Basill, Hexaëm. orat. 6).

вернуться

8

Διδάσκαλοι τού δόγματος, — apud Origen. contra Cels. lib. III.

вернуться

9

Όι τού δόγματος — apud Evseb. Hist, eccles. lib. VII, cap. 30.

вернуться

10

Говорится, например: δόγματα έλληνικά (Sozom. Hist, eccles. lib. V, cap. 16).

вернуться

11

.... De suis decretis, quae philosophi vocant dogmata (.Сіcer. Quaest. acad. IV, Ѳ). Потому святой Исидор Пелусиот называет Сократа τέν άττικών δογμάτών νομοθέτήν. Lib. I, epist. II Ophelio Grammatico.

вернуться

12

В Священном Писании догматами иногда называются: повеления кесарева или царские (Лук. 2:1; Деян. 17:17; Дан. 2:13), царская заповедь (Дан. 6:8 и 9), царский устав (15), и слово — έδογμάτισαν употребляется как по отношению к царям (Есф. 3:9), так по отношению к решениям народного собрания, действовавшего в духе правительственной власти (2 Макк. 10:8; 15:36).

вернуться

13

См. “Введение в правосл. Богословие” А. М. § 127. Спб. 1847.

вернуться

14

Послан. Патриархов восточно-каф. Церкви о прав. вере чл. 2 и 12, а по­дробнее см. в означенном Введении §§ 134-140.

вернуться

15

См. Кормчую или Книгу правил святых Апостолов, святых Соборов вселенских и поместных и святых Отцов — на первых страницах.

вернуться

16

Δόγματα έκκλησιαστικά (Cyrill Alex. in Amos. 2:7; VI, 2; Chrysost. in Matth. 21:23); τά τής έκκλησίας δόγματα (Gregor. Nyss. contra Eunom. orat. XII, in tom. II, pag. 815. Paris. 1638; Chrysost. homil. VI in epist. ad Philip.); έκκλη­σιαστικοί λόγοι (Orig. in Matth. T. XI, n. 17; T, XII, n. 23).

вернуться

17

Έκκλησιαστικοί (Greg. Nyss. contra Eunom. orat. II, in Opp. tom. II, pag. 481 ed. Morel.); έκκλησιαζόμενοι (Epiphan. Haeres, LXI, n. 4); οί άπό τής έκκλησίας (Origen. contra Cels. V, 61).

вернуться

18

В этом смысле святой Златоуст говорит о самом себе: έκείνο γάρ έχε παρατετερημένον, ότι πολλά τών λεγομένων παρ' ήμΐν άγωνιστικώς κηρύττεται, ου δογματικώς. In Matth. XXI, 23, in Coteler. Моnum. eccles. gr. III, 145.

вернуться

19

Όρθά τής έκκλησίας δόγματα (Cyrill Alex. defens. anathem. X; Ghrysost. in Genes, homil. II, n. 5); ύγία (Origen. in Joh. T. VI, n. 2; T. XX, n. 22); τής έυσέ­βειας (Orig. in Matth. T. XVII, n. 7; Cyrill Alex. in Amos. 6:2); έυσεβή (Cyrill. in Symbol, ad Monach.).

вернуться

20

Τής άσεβείας δόγματα (Chrysost. tom. VIII, serm. V, edit. Paris, pag. 133); impia et irreligiosa dogmata (Iren. advers. haeres. lib. II, praef. n. 1); δόγματα μυσαρά (Theodoret. in Jes. Nav. quaest. XVI); άθεα (Evseb. in Ps. LVII, 12); pestifera et mortifera dogmata (Avgust. de civit. Dei XVIII, 51, n. 1). В VII Правиле третьего вселенского Собора также говорится: “скверные и развращенные Несториевы догматы.”


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: