Богиня Деметра, услыхав крик Персефоны, поспешила в Нисейскую долину, всюду искала дочь, спрашивала подруг её, океанид, но нигде не было её. Океаниды не видали, куда скрылась Персефона.

Тяжкая скорбь об утрате единственной возлюбленной дочери овладела сердцем Деметры. Облачившись в тёмные одежды, девять дней, ничего не сознавая, ни о чём не думая, блуждала великая богиня Деметра по земле, проливая горькие слёзы: всюду искала Персефону, всех просила о помощи, – но никто не мог помочь её горю. Наконец, уже на десятый день, пришла она к богу Гелиосу и стала молить его со слезами:

– О, лучезарный Гелиос! Ты объезжаешь на златой колеснице высоко по небу всю землю и все моря, ты видишь всё, ничто не может скрыться от тебя; если ты имеешь хоть немного жалости к несчастной матери, то скажи мне, где моя дочь Персефона, скажи, где мне искать её! Я слышала её крик, её похитили у меня. Скажи, кто похитил её. Я всюду искала её, но нигде не могу найти!

Ответил Деметре лучезарный Гелиос:

– Великая богиня, ты знаешь, как я чту тебя, видишь, как скорблю вместе с тобой в твоём горе. Знай: великий тучегонитель Зевс отдал дочь твою в жёны своему мрачному брату, владыке Аиду. Он похитил Персефону и увёз в своё полное ужасов царство. Побори же тяжёлую печаль, богиня, – ведь велик муж твоей дочери: женой могущественного брата Зевса она стала.

Ещё больше опечалилась богиня Деметра и разгневалась на громовержца Зевса за то, что отдал без её согласия Персефону в жёны Аиду. Она покинула богов, покинула светлый Олимп, приняла вид простой смертной и, облекшись в тёмные одежды, долго блуждала между смертными, проливая горькие слёзы.

Всякий рост на земле прекратился. Листья на деревьях завяли и облетели. Леса стояли обнажёнными. Трава поблекла; цветы опустили свои пёстрые венчики и засохли. Не было плодов в садах, засохли зелёные виноградники, не зрели в них тяжёлые сочные грозди. Прежде плодородные нивы были пусты, ни былинки не росло на них. Замерла жизнь на земле. Голод царил повсеместно: всюду слышались плач и стоны. Гибель грозила всему людскому роду, но ничего не видела, не слышала Деметра, погружённая в печаль по нежно любимой дочери.

Наконец Деметра пришла к городу Элевсину. Там, у городских стен, села в тени оливы на «камень скорби» у самого «колодца дев». Недвижима сидела Деметра, подобная изваянию. Прямыми складками спадала до самой земли её тёмная одежда. Голова её была опущена, а из глаз одна за другой катились слёзы и падали ей на грудь. Долго сидела так Деметра, одна, неутешная.

Увидали её дочери царя Элевсина Келея. Они удивились, заметив у источника плачущую женщину в тёмных одеждах, подошли к ней и с участием спросили, кто она. Но богиня Деметра не открылась им. Она сказала, что её зовут Део, что родом она с Крита, что её увели разбойники, но она бежала от них и после долгих скитаний пришла к Элевсину. Деметра попросила дочерей Келея отвести её в дом их отца и согласилась стать служанкой их матери, воспитывать детей и выполнять любую работу.

Дочери Келея не думали, что вводят в дом отца своего великую богиню, и привели Деметру к матери своей Метанейре. Когда входила Деметра в покои, коснулась головой дверного проёма, и весь дом озарился дивным светом. Метанейра поняла, что не простую смертную привели к ней дочери, и встала навстречу богине. Низко склонилась жена Келея перед незнакомкой и предложила ей занять место царицы. Отказалась Деметра и молча села на простое сиденье служанки, по-прежнему безучастная ко всему, что делалось вокруг. Служанка же Метанейры, весёлая Ямба, видя глубокую печаль незнакомки, как могла, старалась развеселить её: громко звучал её смех и сыпались шутки. Улыбнулась Деметра – в первый раз с тех пор, как похитил у неё Персефону мрачный Аид, – и в первый раз согласилась вкусить пищи.

Деметра осталась у Келея воспитывать его сына Демофонта. Решив дать ребёнку бессмертие, богиня держала его у своей божественной груди, на коленях; младенец дышал вместе с ней. Деметра натирала его амброзией, а ночью, когда все в доме Келея спали, заворачивала в пелёнки и помещала в жарко пылавшую печь. Но Демофонт так и не получил бессмертия. Увидала как-то раз Метанейра своего сына лежащим в печи, страшно испугалась и стала молить Деметру больше так не делать. Разгневалась богиня, вынула младенца из печи и сказала:

– О, неразумная! Я хотела дать бессмертие твоему сыну, сделать его неуязвимым. Знай же: я Деметра, дающая силы и радость смертным и бессмертным.

Открывшись Келею и Метанейре, Деметра приняла свой обычный образ богини, и божественный свет разлился по покоям Келея. Богиня Деметра стояла, величественная и прекрасная, золотистые волосы спадали на её плечи, глаза горели божественной мудростью, от одежд её лилось благоухание. Пали на колени перед ней Метанейра и её Келей.

Богиня Деметра повелела выстроить храм в Элевсине, у источника Каллихоры, и в нём поселилась. При этом храме Деметра сама учредила празднества.

Печаль по нежно любимой дочери не покинула Деметру, не забыла она и гнева своего на Зевса. По-прежнему бесплодна была земля. Голод становился всё сильнее, так как на полях земледельцев не всходило ни единой травки. Напрасно тащили быки земледельцев тяжёлые плуги по пашне – бесплодна была их работа. Гибли целые племена. Вопли голодных неслись к небу, но не внимала им Деметра. Наконец перестали куриться на земле жертвы бессмертным богам. Гибель грозила всему живому. Не хотел гибели смертных великий тучегонитель Зевс, поэтому послал к Деметре вестницу богов Ириду. Быстро помчалась она на своих радужных крыльях в Элевсин, к храму Деметры, и принялась звать её, молить вернуться на светлый Олимп в сонм богов, но не вняла та её мольбам. Посылал и других богов великий Зевс к Деметре, но богиня не хотела возвращаться на Олимп, до тех пор пока не возвратит Аид её дочь Персефону.

Послал тогда к своему мрачному брату Аиду великий Зевс быстрого, как мысль, Гермеса. Гермес спустился в полное ужасов царство Аида, предстал перед сидящим на золотом троне владыкой душ умерших и поведал ему волю Зевса.

Аид согласился отпустить Персефону к матери, но предварительно дал ей проглотить зерно плода граната, символ брака. Взошла Персефона на золотую колесницу мужа с Гермесом, и помчались бессмертные кони Аида. Никакие препятствия не были страшны им, и в мгновение ока достигли они Элевсина.

Забыв всё от радости, Деметра бросилась навстречу своей дочери и заключила её в свои объятия. Снова была с ней её возлюбленная дочь Персефона. С ней вернулась Деметра на Олимп. Тогда великий Зевс решил, что две трети года будет жить с матерью Персефона, а на одну треть – возвращаться к мужу своему Аиду.

Великая Деметра вернула плодородие земле, и снова всё зацвело, зазеленело. Нежной весенней листвой покрылись леса; запестрели цветы на изумрудной мураве лугов. Вскоре заколосились хлебородные нивы; зацвели и заблагоухали сады; засверкала на солнце зелень виноградников. Пробудилась вся природа. Все живое ликовало и славило великую богиню Деметру и дочь её Персефону.

Но каждый год покидает свою мать Персефона, и каждый раз Деметра погружается в печаль и снова облекается в тёмные одежды. И вся природа горюет об ушедшей. Желтеют на деревьях листья, и срывает их осенний ветер; вянут цветы, нивы пустеют, наступает зима. Спит природа, чтобы проснуться в радостном блеске весны тогда, когда вернётся к своей матери из безрадостного царства Аида Персефона. Когда же возвращается к Деметре её дочь, тогда великая богиня плодородия щедрой рукой сыплет свои дары людям и благословляет труд земледельца богатым урожаем.

Великая богиня Деметра, дающая плодородие земле, сама научила людей, как возделывать хлебородные нивы. Она дала юному сыну царя Элевсина, Триптолему, семена пшеницы, и он первый трижды вспахал плугом рарийское поле у Элевсина и бросил в тёмную землю семена. Богатый урожай дало поле, благословлённое самой Деметрой. На чудесной колеснице, запряжённой крылатыми змеями, Триптолем по повелению Деметры облетел все страны и всюду научил людей земледелию.