— Вы ее здесь видели?

— Конечно. Она тотчас же пришла и пробыла со мной добрый час.

— Вы ввели ее в курс дела?

— Конечно, нет. Я сказал ей, что с того времени, как меня стукнули по голове у Алреда, я ничего до настоящего момента не помню.

— Хорошо,— нетерпеливо сказал Траг.— Ваши сердечные дела меня мало интересуют. Расскажите обо всех деталях. Миссис Алред освободилась из багажника и выпрыгнула на землю. Крышка багажника осталась открытой?

— Нет, тотчас же захлопнулась. Она недостаточно высоко ее подняла, чтобы поставить на защелку.

— А кровь в багажном отделении?

— Шла у нее носом,— ответил Флетвуд.— Это единственное возможное объяснение.

— Что вы в это время делали?

— Я вышел из машины, оставив в ней Алреда. Он все еще был без сознания, но уже проявлял признаки жизни. Я считал, что нахожусь недалеко от фермы Овербрука, так как слышал вдалеке лай собаки. Обежал вокруг машины, подошел к краю дороги и изо всех сил швырнул револьвер в ущелье. Прошло довольно много времени, пока я услышал звук его падения.

Потом пошел, ориентируясь на лай собаки. Я прошел около пятисот метров, пока не добрался до фермы. Постучал. Овербрук открыл, и я сказал ему, что, вероятно, произошел какой-то несчастный случай, я очутился на дороге, не помню своего имени и того, как туда попал.

Овербрук сперва был очень подозрительным. Он обыскал меня, потом сказал, что на ферме нет женщин и у него все очень просто. Он сможет предоставить мне комнату и одеяло, но простыней у него нет.

Я поблагодарил его и сказал, что надеюсь завтра все вспомнить, затем вошел в комнату и слышал, как он лег в постель. Немного погодя я хотел вернуться к машине и посмотреть, пришел ли Алред в сознание или, может быть, уехал. Но боялся собаки: был уверен, что Овербрук приказал ей стеречь меня. И действительно, только я подошел к двери, как увидел пса, сидевшего у порога с настороженным видом и легким ворчанием.

Я вернулся на кровать и приблизительно через полчаса услышал шум мотора, трогающегося с места.

— В котором часу Алред ушел из «Хорошего отдыха»? — спросил Мейсон.

— Я не знаю,— ответил Флетвуд.— Алред все у меня забрал, оставив только деньги. Он не хотел, чтобы я мог доказать, кто я. Взял у меня даже носовой платок, потому что на нем была метка прачки. Он меня полностью обезличил.

— За исключением денег?

— Он даже прибавил несколько долларов.

Мейсон вопросительно посмотрел на Трага, который пожал плечами.

— А чемодан миссис Алред,— спросил адвокат,— она, вероятно, поместила его в багажник?

— Да.

— И вы хотите нас уверить, что она забрала его с собой, когда спасалась бегством, когда жизнь ее была в опасности? — саркастически проговорил Мейсон.

— Нет, мистер Мейсон. У нее в руке был лишь какой-то инструмент вроде металлической трубки. Я его хорошо видел в свете задних фонарей.

— Но между прочим, ее чемодан не был найден,— торжественно заявил адвокат.

— Это странно,— проронил Флетвуд мрачно.— Но в конце концов, я мог и ошибиться.

— Ваша история не выдерживает критики,— с неприязнью сказал адвокат.— Женщина под страхом смерти вдруг возвращается за своим чемоданом!

— Одну минуту,— сказал Флетвуд.— Я вам расскажу, что могло произойти. Миссис Алред старалась на дороге остановить какую-нибудь машину, чтобы вернуться в город. Алред мог прийти в себя и выехать на дорогу, встретить жену, которая подала знак остановиться, так как из-за света фар не могла узнать машину.

Он хотел силой заставить ее сесть в машину, и она ударила его тем инструментом, который был у нее в руке. В этот момент она могла взять свой чемодан и пустить машину под откос.

— Какая ерунда,— сказал Мейсон.

— Поверьте мне,— с силой сказал Флетвуд.— Алред получил то, что он заслужил, и если миссис Алред пустила машину под откос, она совершила это в целях самозащиты. Заставьте ее говорить, и вы увидите, что я прав. Она...

Зазвонил телефон. После некоторого раздумья Траг поднял трубку.

— Да... Кто это? А! Это вы, шериф... Я рассматриваю вопрос под другим углом... Слушаю... Идите...— Траг внимательно слушал, не спуская с Флетвуда недоброжелательного взгляда. Потом добавил:

— Пойдите посмотрите это сами, шериф... Это интересно. Дело принимает определенный оборот... Понимаю. У меня есть еще несколько вопросов, на которые надо получить ответ, а потом я присоединюсь к вам. Слушаю. До свидания.

Лейтенант повесил трубку и проницательно посмотрел на Флетвуда.

— Где вы оставили машину Алреда? — спросил он.

— Я вам сказал. На расстоянии трех или четырех сот метров от фермы Овербрука.

— Я знаю. Но в каком это было направлении?

— Было плохо видно. Под фарами все мелькало. Почва была очень мягкой.

— Слушайте, Флетвуд,— сказал Траг.— Вы достаточно нас поводили за нос. Уже во второй, если не в третий, раз вы меняете свои показания. Этого достаточно — или берегитесь!

— На этот раз, лейтенант, я говорю со всей серьезностью. Все произошло именно так, как я вам сказал.

— Надеюсь, для вашего блага. Вы сказали, что миссис Алред выскочила из машины и бросилась бежать.

— Да.

— Она потом вернулась обратно?

— Вернулась?! — со смехом повторил Флетвуд.— Ничто не заставило бы ее вернуться. Даже выстрел из ружья.

— Вы в этом уверены?

— Она боялась своего мужа и имела к тому основания.

— Она знала, что ее муж находился без сознания?

— Я ей кричал об этом, но она продолжала бежать.

— Что вы ей сказали?

— Я точно не помню. Во всяком случае, я кричал, что револьвер у меня и что Алред без сознания. Но она побежала еще быстрей. Так мне, во всяком случае, показалось.

— Где вы находились?

— Я стоял под фарами.

— Значит, вас она хорошо видела?

— Безусловно,— ответил Флетвуд, немного подумав.— Я был на свету.

— Скажите честно, вы не видели, что она сделала после того, как вы ее позвали?

— Правду говоря, нет. Было очень темно, и падал мелкий дождь, который мешал что-либо разглядеть. Мне пришлось потратить порядочное время, чтобы дойти до фермы Овербрука.

— У меня впечатление, что ваши дела идут неплохо, Флетвуд,— сказал Траг.— Но вам придется еще остаться здесь некоторое время в нашем распоряжении.

— Это меня устраивает, лейтенант,— ответил Флетвуд.— Я очень рад, что сказал вам всю правду.

— Вы совершенно уверены, что бросили револьвер?

— О! Что касается этого, то да. Вы можете это проверить, лейтенант. Вы найдете место, где я оставил машину, и найдете револьвер. Я бросил его слева от дороги, и бросал изо всех сил. Он, вероятно, упал за сотню шагов. Почва была рыхлая и, вероятно, остались следы.

— Дело сделано,— сухо проговорил Траг.— Я проеду на место и посмотрю сам. Похоже, ваши показания подтверждаются. Но теперь,— внимание! Вы не обрезали проводов освещения автомобиля, когда уходили?

— Нет.

— И выключили фары?

— Нет. Я оставил их горящими.

— Чтобы легко было найти машину?

— Да.

— Когда вы бросали револьвер, вы были освещены фарами?

— Да.

— Значит, все люди, находящиеся по соседству, могли видеть то, что вы делали?

— Да.

— Ваша клиентка говорила вам об этом? — спросил Траг у Мейсона.

Мейсон секунду подумал, потом покачал головой.

— Напрасно,— сказал Траг.— Она должна была это сделать.

— Что вы хотите этим сказать?— спросил адвокат.

— Дело для меня становится ясным,— заявил лейтенант.— Ваша клиентка, Мейсон, сперва побежала, потом остановилась. Она поняла, что ей кричал Флетвуд, видела, как он бросил револьвер и удалился по направлению к ферме. В руках у нее был большой английский ключ. Она знала, что муж хотел ее убить. Немного подождала, стоя в темноте, под дождем. Потом медленно вернулась обратно к машине. Муж ее был на грани сознания. Каждую минуту он мог прийти в себя.

Она открыла левую дверцу и ударила его изо всех сил.

Потом, сев за руль, повернула машину и доехала до крутого спуска, вынула свой чемодан из багажника, бросила английский ключ, направила машину к обрыву и выскочила. Позже она остановила мотоциклиста и вернулась в город. Самое лучшее для нее было признать себя виновной и объяснить все необходимостью защиты.