^{Рис. 18.2. Археологи-подводники ведут постоянную борьбу с разграблением древних мест кораблекрушений, которые защищены всего лишь частично}

Этика археологии требует сохранения как можно большего количества памятников. В идеале, памятникам ничто не должно угрожать и на них следует проводить раскопки из научных побуждений и на основе точных планов исследований. Однако в реальности, когда памятнику угрожает скорое разрушение, приходится учитывать многие другие факторы. Бюджет проекта, стоимость работ, общественный интерес, альтернативные проекты исследования — это только некоторые из них.

Кроме того, имеется проблема «вторичных последствий», когда неожиданно из-за побочных результатов основного проекта подвергаются разрушению незащищенные памятники за пределами территории основного проекта. Дон Фаулер (Don Fowler, 1982) упоминает классический пример — исполинский, позднее отмененный проект, касающийся ракет МХ в Большом Бассейне, который мог затронуть 23 археологических памятника не менее чем в 23 долинах региона. Хотя по предварительным расчетам проект мог повлиять только на археологические памятники в низменностях, археологи указали, что будет затронуто и большинство памятников, находящихся в близлежащих предгорьях и нагорьях. На эти памятники разрушительным образом подействовали бы сейсмические последствия работ, инструментальные разведки и просто само количество строителей и военного персонала, которые были бы размещены для выполнения этого проекта. Эффективность мер по смягчению этих побочных действий находилась под вопросом. В немногих проектах рассматриваются такие вторичные воздействия, если вообще кем-то рассматриваются. Но для археологов они часто являются решающими.

В целом, археологические памятники на государственных землях, включая национальные парки, леса, водоемы и военные базы, защищены в правовом отношении достаточно хорошо. По закону государственные организации должны иметь планы по управлению такими территориями и прикладывать усилия для того, чтобы археологические ресурсы были профессионально задокументированы и надежно защищены законом. Археологи, находящиеся на государственной службе, надзирают над строительными работами и нанимают по контракту археологов для проведения различных работ (см. вставку «Практика археологии» о Форте Драм). Тем не менее некоторые из самых защищенных и наиболее полно описанных национальных памятников недоступны для общественности, так как находятся на военных базах. Например, на территории военно-морской воздушной базы Чайна Лейк в Южной Калифорнии находится Национальный исторический памятник Косо Петроглифс, на котором есть несколько самых примечательных в стране произведений наскальной живописи (Whitley, 1998b). Эти памятники доступны для публики в ограниченном режиме, по особым соглашениям.

Самый большой пробел в защите культурных ресурсов в США касается частных земель. Несмотря на появление всеобъемлющего законодательства о древностях, все же в большей своей части он сконцентрирован на государственных землях и строительных проектах, требующих государственного финансирования и разрешений. Во многих странах древности считаются собственностью государства независимо от того, где они были найдены. Законы в США в этом плане, напротив, очень расплывчаты, потому что Пятая поправка к Конституции США запрещает конфискацию частной собственности без справедливой компенсации. Частная собственность почти священна и неприкосновенна, и в течение многих лет археологические ресурсы на частных землях считаются частью земли и, следовательно, собственностью ее владельца. Право государства на принудительное отчуждение частной собственности, законы о зонировании, сервитут, налоговые льготы и даже законы, касающиеся захоронений, являются теми инструментами, которые могут быть использованы для защиты культурных ресурсов на частных землях. Но эти законы созданы для других целей и нерегулярно, а порой и неадекватно применяются для нужд управления культурными ресурсами.

Хотя многие владельцы земель относятся к сохранению культурных ресурсов на своей земле очень серьезно, но есть и такие, которые по разным причинам относятся к этому иначе. Незафиксированные памятники по незнанию могут распахать. Другие памятники могут разрушить те землевладельцы, которые рассматривают их как источник доходов. По мере того как возрастает юридическое давление на расхитителей памятников, цены на аукционах и незаконном рынке возрастают. Многие памятники на частных и общественных землях тайно раскапываются ради выгоды. К предметам повышенного спроса относятся образцы прекрасно разукрашенной керамики племени мимбрс из одноименной долины в Нью-Мексико (см. рис. 13.14). Почти все памятники племени мимбрс, включая находящиеся на федеральных землях, в последние годы были варварски раскопаны, часто с помощью экскаваторов. Наступление на памятники ускоряется.

Самый сильный урон памятникам был нанесен на западе США, так как великолепная керамика и предметы плетения коренных американцев юго-запада вызывают интерес коллекционеров уже свыше ста лет. Несколько лет назад только одна корзина племени анасази ушла на Лондонском аукционе за 152 тысячи долларов, а миссисипианский каменный топор был продан в Нью-Орлеане за 150 тысяч долларов. Даже простые сосуды могут стоить по нескольку тысяч долларов, поэтому имеет место процветающая, но подпольная торговля эти предметами, а также, возможно, хорошо скоординированная сеть торговцев. Их деятельность, может, и не дает сказочных прибылей, но доходы достаточны для того, чтобы это предприятие было на плаву. Ситуация мрачноватая, как и в случае с торговлей наркотиками. Успехи в борьбе с ней ведут к повышению цен. Что касается артефактов американских индейцев, то и здесь, и за границей имеется множество состоятельных коллекционеров, для которых этика ничего не значит. Коренные американцы давно борются с этим явлением, которое они считают святотатством и кражей национального достояния. Сегодня археологи и коренные американцы создают не всегда простой альянс против общего врага — расхищения памятников.

Управление культурными ресурсами и соответствующие археологические исследования являются лишь одной частью намного более широкого мероприятия, касающегося последствий деятельности человека для всего ландшафта (см. главу 8) (Эдовейсио и Карлисль — Adovasio and Carlisle, 1988). В этом контексте решения о понятии невосстановимого археологического комплекса являются частью общей озабоченности хрупкой экологией Северной Америки и воздействия человека на окружающую среду (Фалер — Fowler, 1986). Национальный закон о защите окружающей среды дал юридическую основу для обоснований о воздействии на окружающую среду, то есть при реализации всех основных проектов, как на уровне отдельных штатов, так и на федеральном уровне, требуется изучение того, как это может повлиять на жизнь человека на земле. Часто управление культурными ресурсами действует в рамках этого положения.