Археологам очень редко доводится находить памятники, имеющие прямые свидетельства об изменениях климата или других природных явлениях, имевших место в древности. Полвека назад греческий археолог Спиридон Маринатос высказал предположение о том, что яркую минойскую цивилизацию Крита подорвало огромное извержение вулкана на острове Санторин (Тера) в 1688 году до н. э. Немногие археологи соглашались с его теорией, но неутомимый Маринатос продолжал усердно искать минойские памятники на острове Санторин, но там все было погребено под мощными слоями вулканического пепла. В 1967 году местные фермеры рассказали ему о массивных камнях, расположенных близко к поверхности земли, в районе города Акротири на юге острова. Эти валуны не давали фермерам вскапывать свои земли. Маринатос начал раскапывать те места, где грунт провалился между находящимися под землей валунами, и сразу же открыл греческие Помпеи, островной город был полностью погребен под слоями пемзы и пепла при извержении вулкана 3500 лет назад (рис. 12.1).
Дома в Акротири сохранились замечательно хорошо, их стены из камня и дерева часто были двухэтажными. Яркие многокрасочные фрески, изображавшие религиозные и батальные сцены, ландшафты острова, животных и растения, до сих пор украшали комнаты. В подвалах зданий стояли сосуды с запасами пищи. Но не было следов обитателей города, бежавших при первых зловещих звуках из-под земли. Привезенная минойская керамика в Акротири была по крайней мере на 20–30 лет моложе, чем та, что находилась на последних уровнях критских деревень, что говорило о том, что теория Маринатоса была неверной. Извержение на острове Санторин не разрушило минойскую цивилизацию.
Рис. 12.1. Двухэтажные дома в Акротири на греческом острове Санторин в Эгейском море прекрасно сохранились под слоем пепла
Геоархеология
Геоархеология — отрасль археологии с использованием методов и концепций наук о земле, играет главную роль в реконструкции окружающей среды в древности, длительных и кратких климатических изменений (Батцер — Butzer, 1974, 1982; Уотерс — Waters, 1993). Это намного более широкое поле деятельности, чем геология, и включает в себя, по меньшей мере, четыре основных подхода.
1. Геохимические, электромагнитные и иные дистанционные разведывательно-сигнализационные методы для обнаружения особенностей и признаков памятников, относящихся к характеристикам окружающей среды (глава 8).
2. Изучение процессов образования памятников (глава 4) и пространственных контекстов археологических памятников, процесса, который включает в себя различение явлений природного характера от явлений, вызванных деятельностью человека.
3. Реконструкция древнего ландшафта посредством множества палеогеографических и биологических методов, включая анализ пыльцы.
4. Относительная и хронометрическая датировка памятников и их геологического контекста (глава 7).
Люди являются таким же геоморфологическим агентом, как и, к примеру, ветер. Вольно или невольно, они приносят неорганические или органические вещества в свои дома. Они выбрасывают мусор, изготавливают орудия, строят дома, теряют инструменты. В то время, когда люди обитают на памятнике, или после того, как они оставляют его, все эти минеральные и органические материалы подвергаются разного рода механическим или биохимическим процессам. Контролируемая геоморфологическая система на памятнике, независимо от его размеров, состоит не только из природных элементов, в нее также входит жизненно важный культурный компонент. Геоархеолог вовлекается в археологические изыскания с самого начала и имеет дело не только с формированием памятников и с теми изменениями, которые произошли с ними в период обитания, но и после того, как они были заброшены. Работая вместе с археологами-изыскателями, геоархеологи находят памятники и другие культурные объекты в естественном ландшафте с помощью аэрофотоснимков, спутниковых изображений и даже геофизической разведки на отдельных памятниках. Частью этого процесса является осмотр десятков естественных геологических обнажений, где ученые изучают стратиграфическую и осадочную историю целого региона как более обширного контекста для памятников, найденных там. Конечной целью является идентификация не только окружающей микросреды памятника, но также условий окружающей среды региона в целом — установить экологические и пространственные рамки для социоэкономических и поселенческих структур, которые вскрываются во время археологических раскопок и изысканий (Брошир и другие — Broschier and others, 1992) (см. также главу 15).
Длительные климатические изменения: великий ледниковый период
Около 1,8 миллиона лет назад глобальным похолоданием было отмечено начало эпохи плейстоцена или, проще, великого ледникового периода (Гуди — Goudie, 1992; Лоуи и Уолкер — Lowe and Walker, 1997). (Термин четвертичный период обычно используют для обозначения как эпохи плейстоцена, так и эпохи голоцена (послеледникового периода), что будет обсуждаться ниже в этой главе.) В это время произошли драматические изменения климата. Во многих случаях во время плейстоцена огромные ледниковые панцири покрывали большую часть Западной Европы и Северной Америки. Арктический холод проник на огромные пространства Северного полушария. Ученые идентифицировали, по крайней мере, 8 основных гляциальных эпизодов в течение 780 000 лет, чередовавшихся через короткие периоды потепления, когда климат становился несколько теплее нынешнего. Общая структура плейстоцена носит циклический характер, с медленным похолоданием и сравнительно короткими периодами чрезвычайного холода, за которыми следовало быстрое потепление. За последние три четверти миллиона лет мировой климат находился в переходном состоянии от одной крайней точки к другой в течение 75 % всего времени. Сейчас мы живем в ледниковом периоде в теплой межледниковой фазе. Если сегодняшние научные прогнозы верны и глобальное потепление, вызванное деятельностью человека, не наступит, то мы, возможно, начнем входить в очередную холодную фазу приблизительно через 23 000 лет.
Никто точно не знает, что вызывает климатические колебания в ледниковом периоде, но они связаны с изменениями интенсивности солнечного излучения и траектории движения Земли вокруг Солнца. Такие климатические изменения очень важны для археологов, так как они создают картину состояния окружающей среды, на фоне которой происходили события нашего далекого прошлого. Хотя людей на ледниковых панцирях, покрывавших значительную часть Северного полушария, или близко от них почти не было, но они жили в регионах, на которые оказывали влияние геологические явления, связанные с ледниковыми панцирями: в прибрежных зонах, у озер, в поймах рек. Когда артефакты находят в непосредственном комплексе с геологическими знаками плейстоцена, то иногда можно связать археологические памятники с относительной хронологией событий плейстоцена, сведения о которой опять же почерпнуты из геологических напластований (Гэмбл — Gamble, 1999).
Ледники ледникового периода и ледниковые панцири сформировались в горах, в высоких широтах и в континентальных долинах в течение плейстоцена. Длительные периоды арктического климата и обильных снегопадов вызвали значительное распространение ледников в Северной Европе, Северной Америке и альпийских областях Франции, Италии и Швейцарии. Эти периоды чередовались с более короткими межледниковыми фазами, когда мировой климат был значительно теплее, чем нынешний. Геологи-гляциологи идентифицировали следы от валунов, перемещаемых наступлением или отступлением ледникового панциря в Северном полушарии. Однако процессы продвижения в большинстве мест были настолько разрушительными по отношению к более ранним слоям, что теперь у нас есть ясная картина только о последних двух или трех продвижениях ледников.