Человек по жизни убеждён, что всё будет именно так, как ему видится, верится, хочется, как указали вожди, кукловоды, верховные жрецы. Притом безрассудство сие присуще любому индивиду, будь то простецкий лондонский вольный каменщик; свободный от предрассудков и карьерных поползновений потомственный вечный бханги-мусорщик из Мумбая; убелённый сединами, цепляющийся за тёплое местечко академик с Ленинского проспекта, дом четырнадцать; или к примеру вот майор спецслужб, по совместительству — завклубом. Без разницы, уж поверьте! И все, без исключения, ужасно расстраиваются, когда что-нибудь идёт наперекосяк. Представляете? Бывает, так расстраиваются, точно достопочтенный мистер Крук¹⁷⁴, мокрого места не остаётся! Люди же здравомыслящие, положа руку на сердце, признаются себе: в натуре всегда что-нибудь да не так. В силу чего предпочитают относиться к унылой прозе жизни подобающе философически.

Мудрые свонцы говорят: ложка говна в кринке молока, глаз не видит — брюхо рвёт! И ещё: человек предполагает, а Ваагл — располагает. Где-то мы это уже слышали… Строить предположения, высчитывать вероятности, математические и прочие ожидания, неуклюже прогнозировать, плохонько, мягко говоря, предсказывать погоду, сносно гадать на кофейной гуще, картах, воде, свечах и прочих достойнейших предметах, экстраполировать, интерполировать, системно моделировать — излюбленное занятие человечества с приснопамятных времен. В то же время, ежели разобраться, досужие рассуждения о вероятности наступления какого-либо события, в сущности, бессмысленны. Ибо произойдёт оное всенепременно. На то, собственно, и событие.

Со-Бытие… С Бытием, значит, ныне и присно, ну… и так далее. Бытие же — штука божественная, разумению нашему неподвластная, как бы всякие приверженцы абиогенеза не тужились, притягивая за уши разнообразные зубодробительные теории, одна другой завиральнее. Событие — настоящая и единственная реальность. К вопросу о всяких там невнятных вероятностях — стопроцентная! Всё остальное — либо безжизненные картинки прошлого, либо всего лишь домыслы и слухи о непостижимом туманном будущем, не имеющие ничего общего с собственно бытием. Короче, от лукавого!

Зададимся, к примеру, простецким вопросом: может ли вдруг, ни с того ни с сего, прилететь небольшой такой метеоритик в самый разгар рабочего дня и разнести к едрене фене, скажем, Детинец наш заповедный — Кремль со всей его челядью обрыдлой? Теоретически, конечно, всё возможно, начнут разводить антимонии маститые учёные, но, к сожалению, вероятность наступления сего события ничтожно мала, увы! Примутся слюной брызгать, какашками швыряться, бороды оппонентам с пионерским задором в клочья рвать, хамски перекрикивая друг друга в запале академических препирательств, рисовать на стенах переполненных аудиторий длиннющие выкладки, являя учёному миру убедительнейшие доказательства своей незыблемой правоты.

Нам, гоям, один хрен, не понять. Наше дело — молча хавать всю эту шнягу.

Он вот возьми, чертяка, и прилети в Челябинск! Тупо. Но под очень острым углом. И никто, кстати, его не заприметил, не ожидал. От же сука! Скорее всего, ввиду полнейшей ничтожности той самой, не заслуживающей просто ну вообще никаковского внимания, вшивенькой такой, малюсенькой-малюсенькой стопроцентной вероятности! И в Детинце не ждали. Весьма, честно говоря, опрометчиво, поскольку подобного Дара Божьего — пары сотен килотонн Небесного Огня в тротиловом эквиваленте — вполне достаточно для решения локальных насущных проблем в одном отдельно взятом государстве. На всё хватило бы: и на помощников нерадивых, и на советчиков бездумных! Велико ли расстояние от Москвы до Челябинска, скажите на милость, по космическим-то меркам, а? Мизер! То-то и оно! Грош цена всем нашим прогнозам-гипнозам! Значит, запасаемся терпением и ждём-с…

А ждать-то на самом деле, господа хорошие, и нечего. Прилетит, не прилетит — какая, собственно, разница? Чего гадать-то? Пущай этими глупостями несусветными математики-аналитики-прогнозисты занимаются вкупе с цыганками, ясновидящими и пророками разношёрстными. Кого волнует, что безуспешно? Главное, настойчиво! Главное — заявлять во всеуслышание о себе почаще, в комитет нобельский головой стучаться регулярно, а то ведь в суете житейской и подзабыть могут. У цыганок, провидиц, справедливости ради отметим, получается иногда, угадывают. Нда-а-а… Нам-то, други мои, какое по большому счёту дело до всех этих умозрительных догадок, неточных прогнозов, абсурдных безжизненных гипотез, шокирующих шарлатанских предсказаний? А? Давайте-ка, уважаемые, избавляться от ненужной шелухи пустых фантазий кучки умоблудствующих головастиков. Хе-хе! Руками бы лучше блудили!

Живите сейчас, сию минуту, правильно, полной грудью, с душой! Что мешает-то? Ага! Вот где собака порылась! Здесь мы вас слегка подковырнём! Несбывшиеся, разной степени меркантильности, надежды, мечты, желания, пускай и самые незначительные, а пуще прочего — неизвестность и уж тем паче следствие последнего — внезапность, то есть, следуя человеческой логике, полнейшая нелепость, несвоевременность происходящего, — вот что, как правило, дезориентирует, расстраивает, настораживает, порою даже здорово пугает!

Зачастую мы, сами того не замечая, всю свою сознательную жизнь лишь тем и обеспокоены, что взращиваем, холим, лелеем дурные и всякие другие привычки, предпочтения, иллюзии, бездумно расточая жизненные силы главным образом на создание раковинок, подобно улиткам, кажущихся прочными домиков для пагубных в большинстве своём пристрастий, мечтательных плотских устремлений, тесно прилепляясь друг к другу, поддерживая, скрепляя растворами цементов лучших марок, всячески сохраняя, оберегая от фатальных потрясений привычный образ жизни, эдакое комфортно-аморфное статус-кво, при коем чистое, без излишних душевных примесей, сытое потребление поступательно, без суеты и особых усилий растёт в соответствии с повышением социально-блатного статуса. Не спорьте! Без блата — никуда! Пока, по крайней мере… В этом истинный смысл существования человека разумного, социально ориентированного — скрепиться с себе подобными!

Скрепы знаете, что такое? Думаете, раз в полгода достаточно подержаться за свечку в самозабвенном единении с такими же, вдруг, ни с того ни с сего, вновь обращёнными в некое лоно блажными? С чего бы это?! Вот когда у вас зомбовизор шире, чем у соседа, и самодвижущаяся тележка — шайтан-арба с «прицелом» на капоте того же «S» класса — самое то! И сразу становятся понятны и приятны все ориентиры! Главное ведь что? — благосостояние! И оно, бл*дь, неуклонно должно расти, коррелируя с набитыми снедью утробами, захламлёнными жилищами-чуланами, которые просто-таки жизненно необходимо постоянно набивать, уплотнять и всё более захламлять! Затем с огромным сожалением чуток освобождать и далее — по кругу. На то они и чуланы. Пока же всякое беспринципное злопамятное существо с залысинами над пустыми блёклыми глазками, развинченной походкой и извечными, чисто по-жигански, руками в карманах строгих костюмных брюк упивается собственной значимостью, прикорытная жизнь избранных — неизменно замечательна!

Соответственно, экстраполируем и на всю народную массу. Указано всем жить замечательно, значит, быть тому! Ежели по недомыслию противиться кто вздумает, то помните, граждане алкоголики, тунеядцы, хулиганы, либералы и олигархи, Рассея-матушка — страна огромная, есть где потрудиться во благо, так сказать. Ужасно всё же интересно, что оно там, в карманах, гоняет, оно же роду среднего? А в ответ — тишина, лишь слышен запах свежих чернил да шелест новых страниц моего пухлого досье… Э-э-эх! Варежки, варежки, хоть без работы не останемся! Климат суровый, на рукавицы да ватнички всегда спрос хороший!

Весь кайф нашего бытия — именно в этой добровольно-принудительной так называемой стабильности. Оттого-то боимся мы неизвестности и внезапных перемен. Короче, капуста цветёт, бизнес процветает. Денежки капают — кап-кап, будто водица из крана худого подтекает. Кран-то, по большому секрету, и взаправду худой! Красавица-жена регулярно верность супружескую блюдёт. Это радует! Полиция — охраняет. Детишки престижный колледж исправно посещают, учатся прилежно. Все довольны, все смеются! Как говаривал известный креативный персонаж: «Хороший дом, хорошая жена — что ещё нужно человеку, чтобы встретить старость?»¹⁷⁵ Для полноты картины добавим: добропорядочный Отец Нации и заботливое человеколюбивое Правительство. Без них, любимых, согласно многочисленным честным и объективным социологическим опросам, даже достойная старость — не радость! Да что там старость достойная — просто посрать не в кайф! Опрошенных завсегда не менее двух — Отец и Председатель. Сталин и Мао слушают вас.