– Ясно. Ты предпочитаешь, духовное общение, а на нее тебе наплевать, главное, что она с тобой, а ты с кем хочешь? Да.

– Пусть привыкает. – Огрызнулся Саймон. – Чем выше плод, тем он слаще.

– Это ты ей скажи, а она тебе после быстро объяснит, кто ты и куда тебе пойти, прежде чем утереться.

Саймон нахмурился, предложение ему явно не понравилось. Так себе предложение, значительно ниже пояса. Пойми этих девчонок, а Кер в особенности. То у нее лютики-цветочки, томный взгляд и улыбка Будды, то посылает. Да еще такую пошлость брякнет. Хуже даже Джи Джи с Таллером не придумают. И как в ней может, столько цинизма, практицизма и детской непосредственности уживаться за один раз. То у нас возвышенные чувства, то возниженные. Кошмар, когда подумаешь, что она женщина.

Но вот что забавно, что будет, если она с кем-то в группе захочет переспать? Получит то, что хочет, или нет? Потом ему на ум пришел случай с лордом Аш Рером, когда они с Кер, всю ночь проспали на одном диванчике у ректора, и решил в такие дебри не лезть. Владетель Мары ведь вряд ли, всю свою жизнь мечтал переспать с Кер в кабинете ректора? Нет, все же интересно, было у них что-то? А с хранителем Пар-э-Мора? Он что, просто так разрешил ей ловить свою форель? Саймону осталось только пожать, хотя бы мысленно, плечами. Надо же, быть таким идиотом, чтобы захотеть спать с Кер. А он бы сам…? А она бы…? А если спросить? Но она же спрашивает, спал ли я с ее подругой. Что же в ней такого особенного, что лорд Аш Рер…? Саймон подумал, и решил, не теряя времени спросить у Вейса. Он дольше всех Кер знает. Только говорить об этом не любит. Наткнувшись, наконец, на Серджио, тихонько отвел его в сторону, чтобы спросить.

– Вейс, слушай, Кер меня замучила. Спал я с ее подругой или не спал? С чего бы это? Может, ревнует? Так она сама меня с ней и знакомила.

– Кер не ревнует, она любопытствует. Что у вас было? То, что планировалось, или нет? А вот я любопытствую, откуда все эти цветы в коридоре.

Саймон наконец огляделся, недоуменно пожав плечами. Ума не приложу, может Кер, деньги потратить не куда?

– Ну да? А подруга ее старше или младше?

– Младше.

– Тогда это материнский комплекс. Значит, она вас опекает.

– Ну да, а Назира она зачем опекает, Кларисска ее старше. Тоже материнский инстинкт?

– Собственнический. А что за Кларисса? С хвостом?

Каким хвостом? Беленькая такая, стриженная. Высокая. Хотя не знаю, скорее всего, она крашенная. Маленькая мышка с розовыми ушками.

– Стоп, по-моему, маленького Микки – Мауса звали как-то иначе.

– Кого-кого?

– Одну ее подругу, маленькую сероглазую, похожую на куницу.

– Нет. Это другая. Сколько же у нее подруг?

– Вот-вот. – Вмешался проходящий мимо Джи Джи. – А нам, в гнездах работать не с кем. Ищешь вечно, а на охоту нужно, оказывается, ходить с Кер.

– Точно,– согласился Вейс. – Пойдешь за субстратами, а вернешься с невестой. То-то папа будет рад.

– Если каждую неделю с новой, то папа не расстроится. – Парни расслабленно рассмеялись.

– А все же забавно будет в субботу, глядишь, кого-либо и подберем. – Глубокомысленно заметил Серж.

– Ты Кер сразу, об этом скажи, а то она не так поймет. – Осторожно посоветовал Саймон. К смеющимся подошел Мор-Ган. Прислушался к обрывкам веселья. Парни балагурили о предстоящем вечере.

– Девчонок много будет? – Вклинился он в разговор.

– Штук семь, без Кер, Ниты, Лоны, Таммы и сестренок Таллера.

– О, хоть потанцуем, что там у Таллера? Думаешь их отпустят?

Сергей плавно отошел от беседующих и присоединился к Лике, благо тем для разговора, минимум две.

– Привет. С днем варенья. Во сколько в субботу, в пять?

– Ты собиралась быть с подружкой, она кто?

– Лик, не волнуйся, ты ее не знаешь. Она местная из нашего пригорода. Ее отец держит на Золотой магазин. У него фирма по продаже парфюма.

– Точнее можно?

– Магазин "Мистраль", знаешь? Благовония и необходимые для работы химические реактивы.

– Чего?

– Реактивы для гнезд. Кстати, у меня к тебе личная просьба. Ты не могла бы оставить для нее личное приглашение, в салоне. А то ее не отпустят. Ее папенька на слово никому не поверит.

– Уговорил. Но только в случае, если меня сегодня отпустят раньше.

– Ру тебя уже выгонял, ты что не слышала? Кстати, что за история с диваном? Колись!

К беседующим постепенно начали стекаться любопытствующие.

– Диван как диван. Большой, метра два, серый с подушками. Весь прямоугольный. На металлических ножках. Ничего себе диван, вполне современный, в стиле минимализма, и подушки арт-деко. Меня тут с днем рождения поздравляли, вот диван в коридоре и остался. Пришлось его к Ру перетаскивать.

– Не знаю, как насчет мебели, но цветами весь коридор завалили. Кто это тебя так поздравил?

– Друг, а что, тебе не безразлично?

– Ты у нас сегодня как примадонна оперы. – Встрял в разговор Лине. – Весь коридор завален цветами. А девчонки из города у тебя на дне рождения будут?

– А что, если будут, не придешь?

– Что ты, что ты, скорее наоборот. Если не будут, идти почти не имеет смысла. Если нужно будет их развести по домам, только свистни, я в списке первый.

Парни рассмеялись. Придурки, подумала Лика, вот и думай с ними, о гармонии вселенной и музыке, звучащей в сердце. Они сразу спросят, не подарить ли мне аккордеон.

Столновения взглядов порождает непонимание. Непонимание приводит к неприятию. А от неприятия рукой подать до вооруженного противостояния. Может быть именно так возникает классовая ненависть. Одни не хотят понимать других, точнее не хотят принимать во внимание чужие идеи и взгляды на жизнь. Мышка задумалась, прислушалась к своим ощущениям. Кот, мерно урчал, развалившись под солнцем. Искрился иней на ветках деревьев и по небу несло тонкие, как перья облака.

Как хорошо, когда тебя понимают. Лика мысленно потянулась к полосатому бездельнику, развалившемуся на пятистах квадратных километрах. Разъелся. Город обиженно муркнул. Да нет, я не против, ты не подумай. Хорошо, когда хорошего становится больше. Город был в принципе согласен. Конечно, когда его больше, это хорошо. Жаль, что не все его понимают

Так рождалось согласие и проникновение в интересы друг друга. Мышка высунула свой любопытный носик и не получила по нему. Жизнь настраивалась на все более позитивный лад. Хорошо бы и другие ее понимали как надо. А как надо, лениво подумала Мышка и махнула хвостиком…

***

Поскольку, куратор ее отпустил, Лика решила, что приятнее всего будет пробежаться по магазинам. Особенно теперь, когда в рюкзачке прописался тяжеленький замшевый кошелек. Надо же простому человеку отдыхать от всяких заучек. Но любопытство и хвастовство победили осторожность. Мышке очень хотелось продемонстрировать свою новую прическу и личность декану. И почти сразу, она напоролась на Грэгора. С ним беседовал новый помощник Шлоза, кажется Вик.

– Добрый день. Господин декан, вам понравились мои цветы?

Грэгор скривился, словно его мучила жесточайшая зубная боль. От этой Кер одни неприятности: – Кер, вы хотите сказать, что сегодняшнее безобразие ваших рук дело?

– Нет, совершенно честное нет. Я ничего ни о каком прорыве не знаю, кроме того, что мне сказал господин наставник. Первым делом он поинтересовался, не имею ли я к этому какое-либо отношения. Нет, не имею.

– Кто-то должен убирать за вами мусор.

– Мусор? Ах, это вы о цветах. Они еще не завяли. Пусть постоят. У меня сегодня день рождения, смотрите как красиво, как в оранжерее.

Лицо декана вытянулось сильнее обычного и застыло.

– Кер, у вас на сегодня какие-то особые планы? – Получив утвердительный ответ, он развил свою мысль. – Раз вы хотели пробежаться по магазинам, бегите. Наверное, у вас слишком много денег? Да? Остались от прически? – Грэгор оценил прическу. – Где вы ее делали? В "Крыльях"!?