— Химера, — отмахнулся я, падая на своё одеяло. — Есть что-то не хочется. Дружище, ложись спать. Я первый подежурю.

Сокол внимательно на меня посмотрел и, вытрясая трубку, сказал:

— Всю ночь не сиди. Завтра переходить Виеру.

— Не вброд же.

— Будешь клевать носом — спихну с парома.

Я улыбнулся и, глядя, как приятель устраивается в лежачем положении, сказал, будто самому себе:

— Договорились.

— За такое его точно казнят, — констатировал я после нескольких минут размышлений. — За измену и разглашение государственной тайны.

— Если поймают, — кивнул Кир, лежащий рядом. — Хотя меня больше беспокоит охрана.

— Какая охрана?

— Вот и я о том же! А твой приятель сказал, что она есть!

— Рэн, видишь что-нибудь?

Пуэри приподнялся на локтях и внимательно огляделся.

Мы залегли в двух вёрстах к северу от Лотора, посреди полуголого леса. Холмы мешали хорошему обзору, а подниматься на высоту было слишком рискованно. Пришлось притаиться прямо в куче листвы под раскидистым деревом, вокруг которого возвышались каменные глыбы, добытые дождями из-под земли.

— Всё тихо. Как будто нет никого.

— Может, всё-таки сняли охрану? — предположил я, цепляясь взглядом за каждую мелочь в пейзаже.

— Если охрану сняли, значит прохода больше нет, гений, — проворчал Кир. — Никто не оставит тайный ход в столицу без присмотра, особенно во время войны.

— Арджин сказал, что охранники здесь из Соколов, — сказал Рэн. — Подозреваю, они просто очень хорошо спрятались.

— Как думаете, среди Соколов есть чародеи? — спросил я.

— А что? — насторожился Кир.

Вместо ответа я встал в полный рост и уверенно пошагал туда, где, по словам Арджина, находился вход в тайный тоннель. Рэн, который понял мою задумку, тут же направился следом. Гном только испуганно икнул — видимо, решил, что мы рехнулись, но шум поднимать не стал.

Выйдя на полянку, окружённую несколькими каменюками, мы остановились, чтобы оглядеться. Если здесь и впрямь был какой-то проход, то ничто об этом не говорило. Совершенно ничем не примечательная глушь.

— Вон они, — охотник указал на восток.

Там, в небольшой ложбинке на склоне холма виднелась землянка с окошками для наблюдения за окрестностями. Оттуда, где мы лежали раньше, это место не просматривалось, так что вряд ли наблюдатели нас заметили. А теперь было уже поздно — нас троих надёжно укрывал созданный мной «покров».

В землянке явно кто-то был.

— Значит, ход не завалили, — сказал я и сделал знак Киру, чтобы присоединялся.

— По башке бы тебе настучать за такие выходки, — прошипел гном, подойдя ближе. — А если бы тут ловушки были, м?

— Это вряд ли. Ловушки скорее будут в самом проходе.

— И что, эти ребятки нас совсем не видят?

— Пока действует заклинание, им будет интересно смотреть только в другую сторону. Но лучше всё-таки не наглеть. Давай спрячемся вон за тем камнем.

— А я сильно обнаглею, если пошарю тут на предмет входа в тоннель? — спросил Кир. — Лучше спрятаться внутри.

Я думал ровно секунду.

— Пошарь. Я подержу заклинание. Рэн, пойдём.

Мы с пуэри укрылись в указанном мной месте, а гном остался на полянке. Он бродил туда-сюда, то притопывая ногой, то припадая к земле чуть ли не всем телом. В общем, применял своё обычное гномское шаманство, которое я вообще не понимал, как работает.

— Полдень уже миновал, — заметил пуэри, глядя на небо, — а его всё нет.

— Арджин сказал, что будет здесь, значит будет. Не нагнетай.

— Он сказал, что проходил по этому тоннелю только раз, причём почти двадцать лет назад. Многое могло поменяться за это время. Нам нужен запасной план.

— А я тебе говорю — не нагнетай! Если здесь пройти не получится, тогда и будем думать над альтернативой.

Охотник только пожал плечами.

— Я нашёл, — тихо сказал Кир, присоединяясь к нам. — Там железное кольцо торчит прямо из земли. Под ней — люк, но он не открывается. Видимо, заперт изнутри.

— Значит, ждём Арджина, — подвёл итог я. — Если у него…

Договорить я не успел, потому что неподалёку раздался скрип ржавых петель. Мы дружно высунулись из-за своего укрытия.

Пласт земли на противоположном краю полянки поднялся на пару ладоней. Под ним из темноты отчётливо вырисовывалось бородатое лицо моего давнего приятеля.

— Эй! — громким шёпотом позвал Арджин, пока не заметивший нас. — Вы тут?

Кир звонко клацнул языком, привлекая внимание разведчика.

— С охраной разобрались? — тем же тоном спросил сокол.

— Всё путём, — отозвался я. — А у тебя как?

— Давайте бегом сюда!

Мы трусцой перебежали к люку. Сразу под крышкой брала начало узкая лесенка, которая уходила в глубину на пару саженей. Мы один за другим спустились по ней. Арджин вернулся и снова запер люк, а потом подобрал брошенный на пол тоннеля факел и поманил нас за собой. На нём был грузный доспех и зелёная форма, которую я раньше не видел.

Коридор напоминал штольню — такой же прямой, низкий и грубый. Через равные промежутки потолок подпирали деревянные балки, лежащие на деревянных же столбах. Освещения здесь не только не имелось, но и вообще не было предусмотрено. Всюду висела паутина и пахло сыростью.

— Что сделали с охранниками? — спросил Арджин, не оборачиваясь.

— Ничего, я отвёл им глаза. У тебя как всё прошло?

— На той стороне тоннеля склад, его охраняет обычная стража. Я велел ребятам погулять часок.

— Сверкнул бумажками?

— Лучше. Я оделся офицером, — разведчик сверкнул улыбкой через плечо. — Так на них наехал, что они были рады смениться пораньше. Так, тут осторожно, — он указал на натянутую над полом леску. — Ловушка.

Мы перешагнули препятствие и с опаской посмотрели на несколько брёвен, подвешенных под потолком.

— И много тут таких тайных ходов? — спросил Рэн.

— В столице — шесть. Один ведёт из дворца, и даже я не знаю, где у него второй конец. Сугубо для королевской семьи, все дела. Остальные в разных частях города. Два выходят из внутренней части, где сплошь богатеи живут. Один из района ремесленников. Ещё один из храмовой площади. А по этому мы придём в Благолепье.

— Благолепье?

— Трущобы, — коротко пояснил Арджин.

Идти по тоннелю пришлось долго. Один участок подтопило: пришлось идти по колено в воде. Коридор забирал то влево, то вправо, но в целом сохранял направление. Ещё несколько раз мы обходили ловушки, то перепрыгивая их, то ступая вдоль стенки. Я вслух поразился тому, что Арджин спустя столько лет помнит расположение всех капканов. Тот с видом полного превосходства усмехнулся, а гном возмущённо цокнул языком и сказал:

— Да тут перед каждой ловушкой камень лежит в одном и том же месте. Тоже мне безупречная память.

Улыбка разведчика тут же увяла. Гном, конечно, оказался прав.

В конце концов тоннель вывел нас к массивной стальной двери, сейчас распахнутой настежь.

— Из-за неё и задержался, — сказал сокол. — Новый замок поставили. Пока вскрывал, изматерился весь. Руки уже не те.

Сразу за проёмом находилась глухая комната с очень высоким потолком. Часть стен была такой ветхой, что кладка мало чем отличалась от скалы. Другие секции, напротив, выглядели достаточно новыми. Я догадался, что мы оказались в катакомбах, оставшихся, видимо, ещё со времён Трон-Гарада. Ненужные ответвления заложили, оставив только путь наверх: туда вела верёвочная лестница.

Две сажени вдоль стены, ещё три — по круглой трубе, похожей на колодец, и мы оказались в тёмном сухом помещении, заваленном ящиками и мешками. Арджин тут же добыл из стоящей рядом коробки накидки с капюшонами и бросил нам.

— Надевайте, — прошептал он. — И держитесь позади меня.

Мы повиновались. Разведчик тем временем прокрался к двери и уже собирался её открыть, когда она вдруг распахнулась, и в темноту склада хлынул дневной свет. По ту сторону стоял донельзя удивлённый стражник в таком же доспехе, что и Арджин. На миг все замерли от неожиданности.