Вот и все. Я весь вывернут перед тобой. Решай что-нибудь, Хлоя!

Но она только прерывисто вздыхает, как заплаканный ребенок, и задумчиво поглаживает меня.

Смещаю губы на ее лоб. Нужно еще что-то делать с этим жаром…

– Ты останешься? – замираю, и, по-моему, мое сердце тоже.

Бл*ть, ну ПОЖАЛУЙСТА!

– Да.

ДА!!!

– Мне нужно напоить тебя лекарством, – облегченно шепчу я, не в силах поверить в реальность происходящего. – Ты слишком горячая.

– Хорошо, – слабо отзывается она.

Ее тело полностью полностью расслабленно в моих руках. Подхватывая за талию, поднимаю нас обоих, беру ее под колени и кладу на кровать.

Прижимаюсь губами к волосам: – Ты же не исчезнешь, пока меня не будет?

– Боюсь, не дойду и до двери… - в ее голосе чуть уловимая грустная усмешка.

– Я знаю, что это отвратительно, но я, бл*ть, рад этому…

Поднимаю на нее глаза. Она почти в ауте. Жар, страх и стресс раздавили ее напрочь. Глаза закрыты, и я оставляю на каждом свой поцелуй, извиняясь за все это безумие.

– Не засыпай пока, маленькая… Я быстро.

Еще один поцелуй в ладонь, и я сбегаю – отдышаться и сделать для нее лекарство.

Из всего запланированного времени хватает только на «заварить нужный порошок», так как меня невыносимо тянет обратно. Я боюсь, что она сбежит.

Я не отсутствовал и пары минут, но Хлоя уже спит. Сладко и по-детски вздрагивая во сне.

Ослабляю завязки на ее мягких полуспортивных брючках, целуя ее рядом с пирсингом на пупке. Всеми силами торможу себя, чтобы не сорваться и не зацеловать ее, спящую, насмерть.

Пробегаюсь по согнутым в коленях ногам и освобождаю ступни от стягивающих белых носочков. Массирую ее пальчики, проходясь по акупунктурным точкам и пытаясь расслабить еще сильнее.

Дома жарко. И я решаю не доставать из-под нее одеяло и не тревожить лишний раз, а укрыть пледом.

Выключаю свет, оставляя неяркую настольную лампу, чтобы видеть ее лицо, вырубаю прямо из розетки чертов комп и, переодевшись, тихонечко ложусь рядом, притягивая её к себе.

Засыпаю, прижимаясь губами к виску.

Мне так хорошо, что я даже не могу ни о чем думать. Я - сплошное удовлетворение и облегчение.

Ночью просыпаюсь от того, что Хлоя опять дрожит.

Целую лоб и щеки – как пламя.

– Хлоя, – поглаживаю губами ее виски и целую лоб. – Просыпайся…

Невнятное мычание в ответ. Может, получится напоить ее во сне?

Приподнимаю, опирая ее на себя, и дотягиваюсь до заранее приготовленной кружки с лекарством. Все еще теплое. Подношу к губам.

– Хлоя, выпей...

Рывок - и кружка переворачивается прямо на нее. От неожиданности я даже не успеваю перехватить ее второй рукой. Хлоя уже в метре от меня, и ее глаза сонно и тревожно всматриваются в мое лицо.

Я в шоке…

Через пару секунд облегченно вздыхает и, расслабляясь, падает прямо там, где оказалась – на другом краю кровати.

Я это уже видел…

Это - система? Что ей снится?

Очень испуганная. Просто жесть!

– Хлоя, – перекладываю подушки так, чтобы устроить ее удобно там, где она лежит, – нужно выпить лекарства.

Она слабо кивает, подчиняясь моим манипуляциям. Пока закипает вода для очередной порции лекарства, достаю свою футболку. Притянув Хлою к себе спиной, стягиваю с нее мокрую майку, чтобы переодеть.

А под ней - ничего…

И меня топит резко нахлынувшее возбуждение.

Стряхивая это сумасшествие, быстренько помогаю ей влезть в сухую одежду, стягивая заодно и брючки. Она не в состоянии реагировать. По-моему, вообще, слабо осознает, что происходит. И очень хочется воспользоваться этим, чтобы пройтись руками по ее податливому телу.

Но я встаю и ухожу. Это даже для меня - перебор.

Возвращаюсь с лекарством – опять спит.

Немного посоображав, делаю горку из подушек возле изголовья кровати. Сажусь и притягиваю ее спиной к себе на грудь, располагая между ног. Жду, пока лекарство остынет, охлаждая ее лоб своими руками. И Хлоя удовлетворенно постанывает, когда я меняю одну руку на другую.

Пробую пахнущую клубникой жидкость – уже не обжигает.

Бужу, гговариваю выпить, и она делает несколько глотков.

Через пару минут спаиваю остатки.

– Выздоравливай, моя Хлоя… – шепчу я ей в ушко.

Поворачивается и, обхватывая руками мою шею, немного подтягивается выше, отыскивая своими горячими губами мои.

Замираю – предвкушение, нежность, восторг!

И несколько поцелуев – быстрых, легких и нежных – обжигают меня.

Я, бл*ть, в счастливой коме!

Сжимаю крепче. Расслабляется и засыпает глубже. Тут же вырубаюсь следом…

Тревожное чувство будит меня с утра.

Что?

Ее нет?

Ну пожалуйста, только не это… Она не могла так со мной! Я же почти поверил…

Открываю глаза. Поднимаюсь: моя футболка на краю кровати, рюкзачка нет, кроссовок тоже.

Ушла...

_________________

Глава 14 - Сообщение

Ушла. Ушла. Ушла. Ушла! – вбивается в виски потоком крови.

Почему?

Потому, что напугал?

Нет. Она не была испуганной… Она была доверчивой и нежной.

Потому, что передумала?

Но я ничего и не просил у нее.

Трезво с утра оценила ситуацию?

Она целовала меня вчера… Я помню каждое горячее касание и даже силу давления ее губ, и вкус клубники, который остался от лекарства…

Может, просто, в знак признательности за то, что заботился?

Хочется верить, что нет.

Да я знаю, что нет!

Но ПОЧЕМУ тогда?

У нее квалификация сегодня! Она просто…

Нет. Могла бы разбудить или оставить записку. Хоть какое-нибудь сообщение!

Подрываюсь на ноги, обыскивая глазами комнату – кровать, стол, тумбочка, полки…

НИЧЕГО.

Беру в руки футболку, в которой она спала. Вдыхаю запах… Пахнет и мной, и ею. Очень правильный запах. Мой любимый, после ее. Надеваю футболку на себя. И сердце начинает щемить еще сильнее.

Ушла…

Может, скинула смс?

Ищу телефон. Лежит там же, где она выронила его вчера. Облегченно выдыхаю, что не пришлось удалять фотки. Пока. У меня есть, конечно, копия на жестком диске, но я бы все равно сказал ей об этом.

Пролистываю последние вызовы и смски. Ни одного незнакомого номера.

Ушла молча, не объясняясь. Что, б*ять, это значит?

Я знаю… Просто не могу пока озвучить это для себя.

Она понимала, что я буду чувствовать, не могла не знать этого! Она чувствует меня!! И, все равно, бросила меня так!!! Почему?

Позвонить?

Нет, НЕ МОГУ!

Боюсь услышать очевидное.

Накрывает какой-то болезненной опустошенностью. Где мои сигареты?

Начинаю обыскивать свои карманы – джинсы, куртки – ни хе*а нет. Вспоминаю, что выкинул пустую пачку вчера и забыл купить в магазине новую. А курить хочется невыносимо. Потому, что начинает наваливаться черная, беспробудная тоска.

А еще хочется выпить чего-нибудь покрепче. А лучше кокса и тупую легкую опустошенность в мою голову.

Бл*ть…

Не надо было говорить ей всего этого. Этот косяк с фотографией! Как я мог так облажаться?! Мы могли бы общаться... как друзья…

Иду на кухню в поисках моей "наркоты".

Заглядываю в телефон – одиннадцать. Как я мог проспать ее уход? Как не почувствовал, что она уже больше не в моих руках?!

Может, и к лучшему…

Я бы с ума сошел, если бы пришлось выслушать все ее «почему нет». Она поняла это и поэтому ушла молча? Чтобы не видеть мои судороги?

Похоже на то…

Есть в этом доме хоть одна е*аная сигарета?!

Сметаю все с подоконника в попытке отыскать какую-нибудь старую пачку. Руки нихрена не слушаются меня, и в ладонь втыкается случайно оставленный нож, распарывая кожу. Глубоко. Е*ануться... Только этого еще не хватало!

Кровь начинает порциями шлепать на пол. Схватив кухонное полотенце, обматываю его вокруг руки. Ладонь пульсирует и начинает ныть. Открываю холодильник, чтобы достать лед. В дверце бутылка «Мартини».

На*ер лед.

Открываю бутылку и залпом выпиваю сразу треть. Прислушиваюсь к себе. Больно. Бл*ть, о*уительно больно! Везде. Особенно в груди…