Используя подобную тактику им удалось отправить обратно ещё троих, но тут погиб их сосед слева и на их стороне оказалось сразу двое противников. Первый же удар Олег неудачно блокировал щитом, отчего его верхний край ударил его самого по шлему. Он покачнулся и второй удар свалил его на одно колено. Если не принимать в расчёт сильно повреждённый щит и лёгкий звон в ушах, ничего страшного не случилось, жаль Саня этого не понял. Увидев товарища стоящего на колене, расценил его положение как критическое и немедленно атаковал, мощно, быстро, не раздумывая, не умело, опытный дружинник лишь слегка отклонил удар щитом. Лезвие скользнуло по умбону и врезалось в мостовую. От могучего удара её трёхгранный наконечник сломался, а лезвие топора намертво застряло в дубовой плахе. И Александру повезло, дружинник с Олегом нанесли свои удары одновременно. У первого меч ударился ему в грудную пластину, второй в глубоком выпаде вонзил своё оружие в открытый правый бок муромца.

Строитель не успел уйти из неустойчивой позиции, как второй противник нанёс свой удар, окончательно разваливший щит и опрокинувший его на землю. И снова храбрый студент чуть не угробил их обоих. Поняв, что алебарда застряла намертво, Саня бросился на противника в рукопашную. Спасла студента только короткая дистанция боя, дружинник уже не успевал нанести ему удар мечом, по этому просто пригнулся, потом распрямился и здоровенный парень кувыркнувшись в воздухе рухнул на место где пару секунд назад лежал Олег. Он еле успел откатиться в сторону. Вскочил на ноги и понимая, что защитить попаданца уже не успеет, одним движением рванул из ножен второй меч, швырнул его в муромца, одновременно бросаясь в атаку. Ни какого ущерба не нанёс, тот успел закрыться щитом, но внимание от поверженного товарища отвлёк. Не размениваясь на фехтовальные изыски, строитель просто врезался в него всей массой.

Удалось сбить его с ног, но поединок продолжить им не получилось, через оставленный без защиты участок прорвались новые враги. На других участках баррикады ситуация тоже складывалась не лучшим образом, без поддержки стрелков псковский отряд не смог организовать полноценной обороны. По первоначальному плану, нападающие должны были завязнуть в заваленном рогатками рву, необходимое для этого количество сулиц и длинных копий разместили по всему периметру загодя. Но муромские лучники занявшие стену буквально засыпали баррикаду стрелами, не давая высунутся. Как и предполагал Олег, три метательные машины и малочисленные лучники погоды не сделали, фланговый огонь, на который они сильно рассчитывали при строительстве укреплений не принёс заметных результатов, они просто не смогли создать достаточную плотность.

И псковичи дрогнули. Не побежали, смогли организованно отойти, намертво закупорив узкие улицы. На поле боя установилось хрупкое равновесие, ни у одной из сторон недоставало сил переломить ситуацию в свою пользу. Обеих попаданцев, как негодных к бою в тесном строю, один меч на двоих, быстро отогнали в самый конец строя, создавать давление на противника. Как оказалось, именно эта их никчемность сыграла решающую роль в сражении.

В горячке боя Олег не сразу понял, что ктото толкает его в спину и зовёт по имени. Оглянулся, оказалось Путимир, спрашивает куда пригнать паровик. Куда пригнать? Да сюда и как можно быстрее! Сколько прошло времени до прибытия на позицию огнемёта, субъективно час, не меньше. В попытках укрепить строй к ним присоединялись всё новые и новые горожане, со стороны нападающих летели сулицы, они кидали их в ответ. Саня, используя преимущество в росте, вроде даже в когото попал. Ктото из новгородцев догадался притащить длинное копьё которым Саня поверх голов псковичей начал колоть противника. Видимо успешно, потому, что вскоре оттуда ему в голову прилетел топор. Студент успел увернуться, но не до конца, топор задел его шлем вскользь, но хватило и этого. Рухнул как стоял, плашмя, не выпуская копья из рук. Мельком взглянул, вроде жив, Олег подхватил копьё и ударил не глядя, мимо. Чуть изменил угол и ударил ещё раз, попал во чтото твёрдое, ещё раз туда же, снова твёрдое, но сейчас наконечник соскользнул. Значит шлем, пятку поднял на вытянутых руках, наконечник наоборот опустил как можно ниже и снова ударил. Есть, чтото проткнул. Решив не испытывать судьбу в состязании на ловкость с метателем топоров, перебежал на фланг, нанёс несколько беспорядочных ударов и поменял позицию. Несколько ударов и снова перемещение. Вовремя, снова проявил себя метатель топоров. Интересно, сколько у него их с собой, что так разбрасывается?

Узнать сколько, не получилось, снова объявился Лёшкин воспитанник, сообщил, что огнемёт на позиции. Когда он увидел на какой, чуть в штаны не наложил. Мужики выставили его по середине улицы и Горыня уже направил на них сопло с зажжённой перед ним горелкой. Строитель во всех подробностях представил, как у того дёрнется рука и струя пламени рванётся вдоль по улице сметая и своих и чужих. Инстинктивно забирая влево, а ну как вдруг действительно нажмёт, побежал к огнемёту. Первым делом мягко оттеснил кузнеца и направил сопло вверх и в сторону, затем общими усилиями дотолкали сани огнемётом к ближайшему дому с фасадом на улицу. У них в комплекте есть четырёхметровый шланг, должно хватить дотянуться до окошка. Как только новгородцы отступят, они атакуют во фланг. С длинным шлангом далеко не выстрелить, нельзя создать необходимое давление, иначе он просто лопнет, но перекрыть узкую улочку им хватит за глаза.

Пока подогнали сани к выбранному дому, подключили шланг и заняли позицию, противник успел продвинуться вперёд, подставив свой фланг им под удар. Олег заорал – огонь – на компрессоре кузнец открыл вентиль, как живое существо шланг дёрнулся в руках строителя и выплюнул вперёд струю огнесмеси мгновенно вспыхнувшую от пламени горелки. Участок улицы на который пришёлся удар, превратился в филиал ада на земле. Пламя, корчащиеся в нём люди и не человеческие крики, боли и ужаса. Когда Олег выбрался из дома, на улице кроме него и расчёта огнемёта никого не осталось, разбежались и свои и чужие. Что ж, ожидаемо, в первую мировую применение огнемётов оказывало сильнейшее воздействие на куда более подготовленных в техническом плане солдат, что говорить о неискушённых жителях средневековья.

Стравили из шланга остатки смеси и потолкали сани с огнемётом на соседнюю улицу, где во всю шло сражение. Новгородцы успели перегородить её баррикадой, закрепиться на ней и успешно противостоять атакам противника. Олег протиснулся на передний край и выпустил струю пламени прямо в лицо молодого парнишки, провёл соплом слева на право заливая улицу перед укреплением огнём. Под взглядами новгородцев и псковичей, в глазах которых плескался неподдельный ужас они привели огнемёт в походное положение и потолкали на следующую улицу, которая должна была вывести их точно на фланг муромского прорыва.

Двинулись и тут Олег поймал себя на мысли, что картина вызывающая у жителей суеверный ужас, у его современников вызвала бы лишь недоумение. Воистину она достойна кисти сюрреалиста. Хилая лошадёнка тянет сани на которых гремит допотопный паровой двигатель, ей помогают пять закованных в броню мужиков. Пышет жаром открытая топка, из трубы валит чёрный дым, а сзади Путимир тянет санки с пропитанными смолой дровами, периодически закидывая их в топку. Ацкая пехота на марше. Смешно до усрачки, только перед глазами всё ещё стоит горящее лицо того муромского пацана, на свою беду оказавшегося прямо перед ним в первой шеренге.

Прибыли на место очень вовремя, лучники оседлавшие стену, здесь могли стрелять поверх голов своих воинов в плотную толпу новгородцев, такая поддержка позволяла им не ослаблять натиск и медленно оттеснять горожан вдоль стены. А сзади, в тылу наступающего противника ктото ушлый догадался что можно пройти защитникам во фланг, сломав забор домовладения и сейчас несколько человек ожесточённо кромсали топорами его брёвна. Не понимая как ему действовать, Олег побежал по ближе к сражающимся, в надежде оттуда разглядеть будущую позицию. Попал в зону действия лучников, одна стрела воткнулась рядом со ступнёй, вторая скользнула по наплечнику. Но оно того стоило, вроде он понял куда им надо встать.