Утром, когда проснулся Олег, выяснилось на сколько всё плохо. Суздальской разведке удалось провести невероятную по своей эффективности и наглости диверсию. По большому счёту, если навалиться всей кучей, да с разных сторон, не спасёт ни кто и ни чего. Три несчастных огнемёта в том числе. Алексей мысленно снял шляпу перед разведкой великого князя, свежо, остроумно и главное город в конкретной заднице. Единственная радостная новость, разведка и визуальное наблюдение говорили об одном и том же, применение огнемётов вызвало в лагере осаждающих, если не панику, то шок точно. Не удачный поход Игоря Рюриковича так хорошо въелся в память выживших, что спроецировал «нелюбовь к огнемётам» на несколько поколений вперёд. Собственно, город не пал только благодаря самому факту их наличия.

Не на долго, у суздальского воинства был на это адекватный ответ в виде взрывчатки на основе селитры с нефтью. Подорвать кусок стены или лучше одни из ворот, дыра в зашите и моральный дух собственных войск поднять, отличная идея. Что может быть лучше, чем зрелище разлетающихся по воздуху вражеских укреплений. Не зря же они готовили взрывчатку, сколько сортиров пришлось перелопатить, сколько денег потратили. Нет, используют обязательно, на глазах всего союзного войска и настроение союзникам поднять и напомнить, кто на самом деле здесь главный. Смотрите все, чё у нас есть, не верите в Русь единую и не делимую с абсолютной монархией, тогда привезём и вам, хватит на всех сомневающихся.

Шевеление противника началось в лагере на левом берегу, расположенном на против Ильменских ворот, десять к одному, они же и будут целью. Адскую машину тащить далеко не надо и рядом удачный пролом в стене, всё в масть. Воспользовался оптикой, так и есть, народ готовил средство доставки. Знакомая конструкция, передвижной метательной машины, которую они успешно применяли под Киевом, только поставленная на лыжи. Интересно, а как они собираются подвести её к воротам? Одну не пошлёшь, придётся устраивать полноценный штурм, значит времени для подготовки достойной встречи у них вагон.

Набросал для тысяцкого записку со своими соображениями, отослал с ней Путимира, сам остался наблюдать за суздальцами. У тех всё чётко, готовили полноценный штурм. В лагере народ собирал мантелеты установленные на полозья, рядом на батарее тоже не здоровая суета. За ночь они развернули орудия в сторону ворот, словно собирались вести косоприцельный огонь. Климин мысленно сплюнул, какой может быть косоприцельный огонь из требушетов, бред какойто. Словно в насмешку над ним, первый требушет в линии швырнул своё каменное ядро. Как ни странно, почти попал, ядро просвистело в паре метров от шатра надвратной башни. Не плохо, можно даже сказать, отлично, потому, что второй требушет попал точно в башню. Особого ущерба не нанёс, но сам факт! Как они вообще управляет огнём, у них что, прицельные приспособления на требушетах? В принципе, когда цель на таком расстоянии, не обязательно быть знатоком математики или артиллерийского дела, достаточно знаний по физике с геометрией в объёме девяти классов. Смысл в другом, траекторию он регулирует исключительно грузом в противовесе, длиной пращи и положением крюка, это какая же сумасшедшая статистика собрана им на полигоне? Во истину, усердие всё превозмогает.

БАХ! Камень из третьего орудия удачно попал в одну из граней шатра надвратной башни и по всей видимости перебил внутри ещё какуюто балку. Вся конструкция дёрнулась, на какойто миг застыла в шатком равновесии, словно решая, стоять дальше или уже можно упасть. К сожалению, выбрала второе. С громким треском шатёр начал заваливаться, пока окончательно не рухнул на площадку с метательными машинами. Что такое не везёт и как с ним бороться? Хорошо расчёты успели заскочить в башню. Зато восторженный рёв суздальцев наверное слышали во Пскове.

– Это я удачно зашёл – раздался сзади голос Олега – давно стреляют?

– Не поверишь, третий выстрел, все с разных машин.

– Так так, на других участках они стреляли не так хорошо, не иначе ктото из попаданцев руководит стрельбой.

– Очень может быть. У тебя нет идей по поводу прицельных приспособлений для столь примитивных орудий? Уж очень у них меткая стрельба.

– Можно состряпать, ничего особенно сложного. Дальномер треугольничек, прицельная планка и можно добавить примитивный угломер – типа транспортир. Ерунда, одним словом. Но я тебе не про это. У нас же есть винтовка, с этой башни ты сможешь не только уменьшить количество попаданцев в этом мире, но и проредить расчёты, глядишь и стрелять так метко перестанут.

– Видишь, из за щитов только иногда головы мелькают. Маленькая цель, появляется на короткое время, из СВД я бы пожалуй попробовал, из нашей пукалки даже не возьмусь. Но всё же давай установим, какаянибудь шишка обязательно припрётся посмотреть на работу батареи. И припрётся она верхом и даже если подъедет к самому забору, то получится у нас мишень номер четыре.

– И что сие означает – поинтересовался строитель.

– Странно, ты говорил, что в армии служил, это же обязательное упражнение на стрельбах.

– Служил, только автомат в руках держал один единственный раз, на присяге.

– Понятно, я тебе говорю о грудной фигуре с кругами, размеры пятьдесят на пятьдесят. В неё, при некотором везении, попасть из нашей вундервафли вполне возможно.

– Вот и ладненько, единственно, установлю на этаж ниже, сюда шланга не хватит.

На этаж ниже вышло много хуже, обзор совсем не тот, но всё же попытаться стоило не торчать же на башне просто так. До батареи метров двести пятьдесят – триста, для патрона от трёхлинейки практически прямой выстрел, а их винтовку с низкоскоростной пулей надо пристреливать и корректировщика у него нет. Ладно, есть корректировщик, Олежек приблизительно представляет что от него требуется, не смертельно, разберётся. Свинцовые пули он отложил, сразу взял бронебойные, цель у него однозначно будет бронированная и кучность на испытаниях они показали чуть лучше. Пристреливать решил по мужику заряжающему, который постоянно бегал к саням с ядрами, брал их примерно из одного места. Не лучшая идея, но других ориентиров просто не было, он да сани. Отстегнул подзорную трубу которую Величкин считал оптическим прицелом и передвинул прицельную планку на максимум, приказал подать максимально возможное давление. Первый выстрел ушёл в молоко, Алексей даже не увидел куда попал, строитель сказал что сильно левее. Второй нормально засёк, попал в оглоблю, опять много левее цели, третий почти попал, стальной сердечник высек искру ударившись о каменное ядро в санях. Четвёртый выстрел получился хорош, суздальца швырнуло вперёд на камни, на которых он и остался. Сам посмотрел в бинокль в надежде определить место попадания, вроде не плохо, почти между лопаток.

Удовлетворившись результатом Климин прекратил стрельбу, чтоб не насторожить противника. Не насторожил, народ на батарее, наблюдая свою успешную стрельбу, вошёл в азарт, от надвратной башни только щепки летели. Очень скоро стрелять с неё будет не из чего, метательные машины или завалит обломками верхних ярусов или посшибает удачными попаданиями. Вот тогда, убедившись в отсутствии работоспособной артиллерии, они двинут вперёд свою адскую машину. А для этого, поле боя должен осмотреть один из попаданцев. И он не заставил себя долго ждать, Серёжа пожаловал самолично. Ровную мушку совместить с местом посадки на коня, плавный спуск… на!

Серёжа скрючился в седле и свалился на землю. Сопровождающий его народ кинулся к нему на помощь и Климин с чувством выполненного долга расстрелял весь магазин по этой толпе. После того как на вражеской батарее улеглась паника, выяснилось, что хорошо подстрелить ему удалось лишь троих человек и двух лошадей. Остальные отделались лишь ушибами, в том числе и попаданец, который покинул зону обстрела на своих ногах. Видя такой результат своих стараний подполковник только развёл руками. Практика, как критерий истины показала неудовлетворительный результат, ружьишко получилось так себе, снайперская засада не удалась и атаку на ворота они предотвратить не смогли. Вскоре после бегства Серёжи, под прикрытием многочисленных мантелет, их вундервафе поползло вперёд.