Не смотря на появившиеся средь них разногласия, индийцы собрались и после продолжительной ругани, измыслили как можно свои адские машины в поле использовать. А что переругались, это нормально, они новое дело завсегда с ругани начинают. Ненормально только то, что после работы она случайно стала невольной слушательницей одного неприятного разговора между Олегом и Алексеем. Слышала она только его окончание, но хватило и этого, чтоб понять, дело дрянь.

– Я не пойму, ты ради подобной ерунды готов рискнуть всеми нами – это Олег, не просто говорит, а шипит.

– Готов, и это не ерунда, один из поворотных моментов истории, может быть именно после него, она покатилась, сам знаешь куда – Алексей совершенно спокоен – а риск вообще минимален.

– Мне странно слышать об этом от инженера из двадцать первого века. Внезапно ударился в религию? И кстати, по поводу рисков, коллективную ответственность ни кто не отменял.

– Вокруг полно ослов, соответственно важность религии – Алексей усмехнулся – ни кто не отменял. Просто с таких мелочей начиналось падение русской цивилизации. Одну родину мы уже просрали, я не хочу, чтобы подобное повторилось и здесь. Тебе не кажется, что целый мир стоит любого риска?

– Твою то мать – голос Олега просто сочиться ядом – ты решил изменить мир. Хотя, мы оба знаем чем всё закончится, чип в башку и в стойло. А потом всё, скоты для Его замысла не нужны. Нам несказанно повезло покинуть умирающий мир, живи и радуйся, а не ищи на жопу приключений. Хотя, мне то что, развлекайся как душе угодно, единственное, нас не втягивай.

– А вот здесь ты ошибаешься, думаешь Он создавал мир для последующего уничтожения? Ты неправ, у Иоанна лишь один из вариантов будущего и я пытаюсь его не допустить. Сам знаешь, то что должно случиться – неправильно. Значит надо это предотвратить, если просто жить и радоваться, будет тоже самое, что и у нас.

– О как, ты и это знаешь – после продолжительного молчания прошипел Олег – глубоко копнул, жаль выводы сделал неправильные. Но я философские споры устраивать не собираюсь, я говорю нет.

– А знаешь, мне пофигу. Как я скажу, так и будет, я глава рода, для детишек безусловный авторитет, как бы они к тебе не относились, но мой приказ они выполнят. Если ты начнёшь агитацию, они всё равно выполнят, но в голове засядет мысль, что поступают неправильно, а сомнения могут их погубить. Средневековый менталитет, ни куда не денешься. По этому, сиди ровно и молчи в тряпочку, твоё мнение по этому вопросу меня не интересует.

– Вот как – Олег успокоился – глава рода говоришь, это легко поправить.

– Не спорю, но уже поздно, если попытаешься меня остановить, город падёт.

– Сдаётся мне, ты окончательно с катушек съехал. Но в одном ты прав, не время для разборок, сочтёмся после войны – бросил Олег и девушка услышала как хлопнула входная дверь и сказанные ему во след слова Алексея.

– Думаю не придётся.

Интересно, о каких мирах говорили братья? То, что о страшном суде, это понятно, вот только где? А что такое русская цивилизация? С каких мелочей может начаться её падение, если в прошлом году даны Руян захватили и Аркону с храмом Святовида сожгли, рассеяв по всему свету оставшуюся русь? Или он имел ввиду русь которая вокруг Киева живёт? Сама ссора из за чего, Алексей хочет их в какомто деле использовать, а Олег тому противиться. Один считает это дело невероятно важным, второй глупостью. И что же получается, Алексей хочет апокалипсис предотвратить, а Олегу всё равно? По силам ли задачу взял на себя старший? Одни вопросы.

Причину размолвки между братьями и ответ на самый главный вопрос, она узнала следующим утром. Алексей собрал всех учеников и сообщил о том, что на днях новгородцы выйдут в поле и дадут бой суздальцам. Но перед тем, архиепископ решил устроить молебен и крестный ход, таким образом благословив горожан на битву. Этого допустить ни в коем случае нельзя. Просить благословения Создателя на убийство своих братьев по крови и вере, недопустимо. Дабы предотвратить это, им необходимо в ночь перед битвой пробраться в резиденцию архиепископа и подсыпать всем обитателям сонного зелья. Что ж, с причиной размолвки между братьями стало понятно, если они попадутся… страшно подумать что с ними всеми архиепископ сделает. Олегу на церковные дела плевать, кроме писания он и не знает ничего, ни службы, ни обрядов, даже смысла их не понимает. И теперь он боится, не хочет благополучие своё, тяжким трудом заработанное, неразумным детям и случаю доверить. Значит и им, подвести индийцев ни как нельзя. Если индийцы падут, ей с Ириной достанется больше всех.

К её огромному удивлению, выполнить дело порученное Алексеем оказалось не слишком сложно. Все одели на себя туники с крестом, как у мирян состоящих в братстве Иисуса исцеляющего и спокойно прошли на подворье архиепископа. На них и внимания ни кто не обращал, символика братства уже примелькалась в городе, да и они сами по разной надобности бывали там не раз. Потом всё просто, зелье что выдал им Алексей нужно было подлить в питьё, а чтоб святоши выпили по больше, надо добавить им соли в кашу. Единственная сложность возникла с архиепископом. Неугомонный старец мало ел и мало спал, зато много работал, частенько пропуская общую трапезу. Но хуже всего то, что из всех напитков он предпочитал родниковую воду, а сонное зелье кислое с лёгкой горчинкой. Проблема.

Перед комнатой архиепископа располагалось специальное помещение где сидели писцы со служками. Так просто к нему не попасть, всем, кроме неё. Не раз бывала у него по делам газеты и служки её знали. Значит, придётся ей самой заняться этим делом. Не смотря на вражеское войско под стенами, ни какой дополнительной охраны она не заметила, служки и писцы всё те же. Вошла, поприветствовала монахов, поинтересовалась, можно ли к владыке по делам газеты. Один из служек заглянул к архиепископу, когда вернулся обратно пригласил её. Войдя перекрестилась на иконы, поклонилась священнику.

– Владыко, индийцы просят прощения, что сами придти не могут. Огненные машины к завтрашнему сражению готовят – во время монолога быстро обежать взглядом комнату, ага, вот и искомое. На столике у окна пузатая стеклянная бутыль с водой и стакан, подарок от индийцев – спрашивают, не согласишся ли ты слово своё сказать против войны братоубийственной, а они его после победы первым делом напечатают.

– Они так уверены в победе – старик покачал головой – хорошо, будет им слово. После битвы займусь. Ещё чтото дитя?

– Владыко, смотрю у тебя для питья простая вода?

– Так и есть.

– Суздальцы начали в город трупы животных закидывать, пытаясь заразу средь жителей распространить. По сему, Владимир Сергеевич запретил простую воду пить, только кипячёную, а лучше травяной отвар специальный, заразу убивающий – про трупы животных была чистая импровизация, вспомнила один из рассказов лекаря о лекарском деле на войне. Он ещё отдельно остановился на том, что в холода такой метод не работает, зараза плохо распространяется, но архиепископ скорей всего об этом не знает – позволь я тебе отвар сделаю – и не дожидаясь его согласия подбежала к окну, схватила бутыль.

– Что ж, благодарствую за заботу девица, сделай, коли так.

К началу сражения все обитатели подворья спали крепким сном. Вот так, ничего сложного.

В день битвы Лада стояла на среднем ярусе воротной башни в толпе таких же зевак и наблюдала за разворачивающимся действом. Наблюдала не просто так, по просьбе Олега, если Суздаль победит, они с лекарем должны были сжечь дом. Почему попросил сразу двоих? А малоли. Как обычно перестраховался. Новгородское войско только вышло из ворот, а сражение уже началось, часть суздальского лагеря скрылась за дымовой завесой. А вокруг начало происходить нечто интересное. Ктото бегает, в когото стреляет, новгородские флаги почемуто в суздальском лагере и за дымовой завесой. Жаль бинокль всего один и тот у лекаря.

Момент начала самого сражения, Лада упустила. Ни каких поединщиков как в сказаниях, обе рати сразу начали сходиться попутно обстреливая друг друга. Главной целью для войнов залесья естественно являлся огнемёт, за которым неотрывно наблюдала девушка. Не за самой машиной конечно, но ведь там был Олег. От стрел он укрыт надёжно, но всё же, видя нескончаемый дождь из стрел, её сердце сжималось от страха. Когда до огнемёта осталось несколько саженей Лада вообще перестала дышать. Ужели их адская машина сломалась в самый неподходящий момент? Нет! Струя пламени рванулась навстречу воинам залесья, растеклось по рядам пробив боевой порядок насквозь, прокатилось по широкой дуге поджигая всех и всё на своём пути. Заглушая грохот разгорающейся битвы, над полем сражения повис жуткий вой сгоравших заживо людей. Когда индийцы испытывали свою адскую машину, она даже не могла помыслить как оно будет на самом деле. Один выстрел и фланг противника перестал существовать. Кто погиб, кто бежал, но организованной силы там уже не существовало.