Вот здесь подполковник был первый раз неприятно удивлён. Сейчас, стоя на одной из башен Ярославого города, он прекрасно видел, как работают вражеские инженеры. Ни какой самодеятельности и близко не наблюдалось. Три типа машин, большие, средние и маленькие, каждый класс сделан по своему проекту, и как бы ни в одной мастерской. Перед батареей ров с рогатками, за ним вал с частоколом, обслуга камнемётов защищена здоровенными щитами из досок. Всё это конечно ерунда, серьёзного штурма не выдержит, но до прибытия подмоги продержаться позволит. Плохо дело. А вот на соседней батарее осаждающие строили нечто необычное. Судя по всему, замахнулись на гигантский требушет. Интересно, как такое длинное коромысло выдержит нагрузки? Должны же они были провести испытания, прежде чем тащить такую дуру на другой конец страны. Климин молча передал бинокль своему новгородскому заму. Варяжко долго осматривал суету под городскими стенами, отдавая обратно бинокль удовлетворённо хмыкнул.

– Споро работают, глядишь к ночи управятся.

– Ты мне лучше скажи, у вас всегда столько пороков для осады выставляют – спросил Алексей. В его мире, на Руси, такая осадная техника особого распространения не получила. Предки конечно про осадные машины знали и не плохо умели ими пользоваться, Вроде бы и первая в истории артиллерийская засада была придумана черниговскими воеводами, заманивших монгольскую конницу под удар крепостных камнемётов. Но при осаде, русичи больше полагались на внезапный штурм или взятие измором.

– Не, чтото не припомню – ответил Варяжко после не продолжительных раздумий – у нас их особо не потаскаешь, да и дружины сильны конницей, чёрный люд, как сейчас, стараются не брать. А попробуй кого из княжих воев уговорить в земле ковыряться. Вот говорят, когда Мономах на греков ходил, у него десяток ладей одни лишь пороки везли. Вот в городах, это да, почитай в каждом есть, лестницы сшибать, таран разбить, щиты само собой. Правда таких здоровых мало – новгородец махнул рукой в сторону «супер требушета» – а про такие вообще не слышал никогда.

– Понятно, здаётся мне, гдето там затесался мой соотечественник, придумавший сие безобразие и от которого очень не плохо бы избавиться. А то глядишь, припрётся под наши стены вместе со всем этим барахлом.

– И как ты собрался порешить его прям посреди вражеского лагеря?

– Я что, больной на голову, у нас для такого дела есть десять молодых дураков, мечтающих о ратных подвигах.

– Такто да, они с Киева кормятся, вот теперь время пришло отрабатывать, а то глядишь, мы одни войну выиграем – усмехнулся новгородец.

– Про войну ты загнул, в этот раз Киеву не отвертеться, посмотри какую ораву нагнали, так просто её уже не распустить по домам. Если только степь не зашевелиться.

– Не зашевелиться, Мстислав, в своё время, им хвосты здорово накрутил, сейчас небось сидят по кочевьям своим да злорадствуют.

– Вот и славно, избавимся от моего соотечественника и можно домой собираться, пока нам самим зад не подпалили.

– Слушай Алексей – Варяжко замялся – мы тут с мужиками подумали, может дождаться пока город возьмут и под шумок потрясти местных бояр. Тут одинадцать князей с дружинами, борярами и чёрным людом, они друг дружку знать не знают, затеряемся в толпе, а там ищи ветра в поле.

Алексей только про себя усмехнулся, предки не переставали его удивлять. И что самое смешное, план вполне жизнеспособный. Доспехи и оружие у всех одинаковые, говорят на одном языке, боевое слаживание не проводится, командиры отрядов зачастую плохо знают друг друга, про простых воинов и говорить нечего. По этому уже который раз прокатывает идиотский трюк с поднятием чужого флага. Папашка теперешнего князя проворачивал его не раз и всякий раз на ура. Его двойник в родном мире, один раз умудрился таким макаром нахватать пленных больше, чем осталось воинов в собственной дружине.

– Жадных не любит ни Христос ни Среча, гляди, как бы удача у вас не кончилась.

Варяжко аж посерел лицом, не далеко они ещё ушли от своих варяжских предков, для которых потерять удачу и диагноз и приговор. Аж смешно, иногда практичные и циничные на столько, что великий приватизатор удавился б от обиды. С другой стороны, верили во всяческих русалок с лешими, ставили свечи Богоматери, а потом бежали в лес поклониться Мокоши.

– Думаешь заигрались?

– А то нет. Сколько мы уже дел натворили и ни у кого ни царапины, одни бороды подпаленные. Нас там – многозначительный взгляд на верх – явно берегут. Поговори с мужиками, стоит ли разменивать ТАКОЕ, на обычное серебро. И пригласи ко мне молодых да горячих, расскажу им что делать.

Остаток дня прошёл в приготовлениях к ночной вылазке, нарезал молодежи задач. Киевляне на яву грезили подвигами, пусть в прошлый раз сжечь вражеский флот не вышло, за то сегодня, грохнут главного инженера противника. План операции слушали со священным трепетом. Самураи, мля. Отправив пацанов готовиться, сам уселся за наблюдения. С высоты башни, хорошо просматривались три батареи, причём одна из них была прямо как на ладони. Велика вероятность, что интересующий его человек засветится хоть на одной из них. Не появится и фиг с ним, доклады о ходе работ по любому должны ему представлять, отследить курьеров, к какому из шатров чаще бегают и ночью к нему наведаться.

Нужный человек объявился после обеда, приехал посмотреть на установку коромысла у супер требушета. Ну точно, старый знакомый, гроза официанток славного города Великие Луки. Тогда денег на его выкуп не нашлось, да и откровенно, не больно хотелось приходить ему на помощь, за время пути всех успел конкретно достать. Но он и сам разрулил вопрос, и судя по всему, хорошо устроился. Сначала у бандитов на Ловати, теперь у самого Андрея Боголюбского. А ребята с ним до зубов вооружённые, видать охрана. Плохо, с княжескими дружинниками здесь шутки плохи, прошлой осенью один такой чуть не зарубил великого ушуиста всея Руси, который оружием владеет не в пример лучше. Может натравить на них киевскую молодёжь, ребята тоже, не пальцем деланные, с малолетства при дружине, колюще режущими железками управляются с завидной ловкостью.

Пока Алексей соображал, что делать с охраной, суздальцы установили коромысло, подвесили на него противовес и теперь активно загружали его камнями. Иномирянин отдал последние распоряжения одному из работников и направился к одному из шатров в центре лагеря. Ну что за гадство, час от часу не легче. Судя по торчащему стягу, расположился он не далеко от княжеской резиденции. И как скажите его оттуда выковыривать?

Ближе к вечеру на башне собрались новгородская и киевская части команды, доложить о выполнении поставленных утром задач. У обеих всё было готово, оставалось расставить их на местности, указать конкретные цели и можно отправляться к князю на доклад. Мстислав мариновать его в приёмной не стал, принял сразу. После дерзкой вылазки в первую ночь, князь проникся к нему уважением поставил старшим над крепостной артиллерией, задвинув штатного городника, и требовал присутствия на всех совещаниях.

– Мысли у тебя, одна безумнее другой – пробормотал Мстислав, выслушав предложенный Климиным план.

– По этому они и работают.

– Не уверен, что тебе следует лезть на рожон. Ну допустим, прирезал ты его, но судя во всему с пороками они и без него справятся. Нам от этого не легче. А вот ты ещё пригодишься, да и лишних воев у меня нет.

– В прошлый раз, ты нас заранее в покойники записал, однако и Боголюбскому хвост подпалили и сами целыми вернулись. Касательно моего соотечественника, тут лучше перебдеть, чем не добдеть. Знаний у него много, и всему научить он их не мог. Кто знает, какие он пакости ещё измыслит, нет, в живых его оставлять ни как нельзя.

Князь посмотрел с прищуром – сдаётся мне, мастер, чтото ты не договариваешь.

Алексей кивнул и придвинувшись поближе к князю зашептал – он знает секрет огненного зелья.

– Как у греков – встрепенулся Мстислав.

– Лучше чем у греков, ворота в щепки разбивает на раз. Если правильно сделать, можно башню срыть мгновенно. Только добиться таких результатов не просто, малейшая ошибка и дорогое зелье просто громко хлопнет, не принеся особого вреда. Такому долго учиться надо, а кроме него правильно использовать зелье некому.